OFF-LINE интервью с Борисом Стругацким - Борис Стругацкий

Уважаемый Борис Натанович! Знакомы ли Вы с произведением Филипа Хосе Фармера «Внутри и снаружи» («Inside-Outside», 1965). Оно похоже на «Град обреченный» (1988-89; 1989) настолько, насколько могут быть похожими написанные разными людьми (американцем и русскими) произведения, основанные на одних и тех же базовых идеях. Различий значительно меньше чем, например, между «Поиском предназначения» и «Дьяволом среди людей». Есть там и Город, и Наставники, и своя Главная Тайна. Я, разумеется, не обвиняю Вас в плагиате, но хотелось бы узнать, случайное ли это совпадение? Читали ли Вы вышеназванное произведение до написания ГО (или во время, ведь настоящие сроки написания были намного больше)? Не послужило ли именно оно толчком для написания Вашего романа?

Сергей Сторчака <[email protected]> Киев, Украина - 12/16/99 19:04:11 MSK

Да, мне рассказывали о сходстве этих двух романов. «Внутри и снаружи» я, впрочем, не читал – ни «до», ни «после». Равно как и любой другой роман Фармера. Думаю, это (не такой уж редкий в литературе) случай нечаянного совпадения выдуманных миров. Помню, как Владимир Набоков удивлялся, когда ему говорили о сходстве его «Приглашения к казни» с «Процессом» Кафки – ведь он не читал ни этого романа, ни Кафку вообще.

Я, серьезный человек, написал немалое художественное произведение (более 170 тысяч знаков) на тему постлюденизма (в виде личного обращения Тойво Глумова). В какое место и как мне послать мое произведение?

Иван Сергеевич <не зна> Новосибирск, Россия - 12/16/99 19:06:43 MSK

Пошлите его в какой-нибудь журнал. Например, в «День и ночь» (Красноярск) – там регулярно печатают фантастику. [Или пришлите группе «Людены» – по адресу [email protected] – БВИ.]

Скажите, пожалуйста, каково все-таки правильное произношение: лЮдены или людЕны?

Annonimys Россия - 12/16/99 19:07:56 MSK

Авторы считали, что лЮдены (ибо – «хомо лУденс»), но общественное мнение предпочло людЕнов. Пусть так и будет. Когда речь заходит о языке, народ всегда в конечном счете оказывается прав.

Уважаемый Борис Натанович! Нам интересно Ваше мнение по следующему вопросу: Уже много раз Вам задавали вопросы про «синдром Сикорски». Рискнем спросить еще. А как бы, на Ваш взгляд, поступил в такой ситуации Горбовский?

Dan & Serj <[email protected]> Volgograd, Россия - 12/16/99 19:09:40 MSK

Хороший вопрос. Но ответить на него трудно, ибо авторы (по натуре своей) все-таки скорее Сикорски, чем Горбовские. Тут, наверное, надо исходить из того, что Горбовский – добрый человек, а добрый человек всегда доверчив и никогда не склонен к паранойе. Горбовский исходил бы из презумпции невиновности и стремился бы пржде всего поговорить и договориться. И, возможно, ему это удалось бы – в данном конкретном случае. А может быть, и нет. Ведь Абалкин сам отнюдь не сахар. Впрочем, до смертоубийства в любом случае не дошло бы, и на том спасибо.

Борис Натанович, вот в «Улитке» рассматривается вариант развития человека, максимально сближающегося с природой (амазонки). Но ведь жизнь – это процесс усвоения, переработки и выделения энергии. А разумная жизнь этот процесс ускоряет, деятельность разумной жизни направлена на максимальное изменение окружающего мира – это у Веллера очень хорошо раскрывается. Так вот, не получается ли, что попытки органически слиться с природой – это этакий зигзаг, а не закономерный путь развития человечества? Ну вроде тех же фловеров, что ли? Большое спасибо за Ваши книги.

Николай <[email protected]> Москва, Россия - 12/16/99 19:11:08 MSK

Почему Вы, собственно, решили, что амазонки пытаются «органически слиться с природой»? По-моему, они эту природу очень даже энергично переделывают «под себя». Ведь, по сути, сам Лес есть (в значительной степени) не что иное, как творение этих самых амазонок. Другое дело, что изменяя природу, они одновременно меняются и сами, но это – естественное (и органичное) следствие процесса любой социальной эволюции. Например, хомо сапиенс за последние сорок тысяч лет, покоряя природу и создавая «вторую природу», заметно изменился и сам – не по сути, не генетически еще, чисто внешне и чисто поведенчески, но – все-таки. А ведь настоящая «автоэволюция» еще не начиналась – мы только-только учимся вторгаться в геном. Так что «время ужасных чудес» еще впереди.

Уважаемый Борис Натанович! Что для Вас в первую очередь «Обитаемый остров» – трагедия мира, на фоне которой действует главный герой, или трагедия Максима Каммерера, посредством которой показывается этот несчастный мир...

Алексей Попович <[email protected]> Нальчик, Россия - 12/16/99 19:14:13 MSK

Для АБС «Обитаемый остров» был прежде всего «историей взросления», историей о том, как юный, голубоглазый пионер (комсомолец, бойскаут) превращается (в жерновах реальной жизни) в свирепого и даже жестокого бойца. Именно так это задумывалось, именно так это и реализовывалось.

P.S. Чем дальше, тем больше аналогий я нахожу между Саракшем и нынешней Россией... :(((

Алексей Попович <[email protected]> Нальчик, Россия - 12/16/99 19:15:30 MSK

Ничего удивительного. Руины великих империй, претерпевших тотальное поражение, выглядят одинаково – в Европе или в Азии, на Земле или на Саракше. Уверяю Вас: если бы (упаси Бог!) Россия потерпела бы еще и поражение в «горячей» войне, сходство бы только возросло.

Откуда появляются такие странные имена героев Ваших произведений (Бол-Кунац, Зурзманзор)? Связаны ли они как-нибудь с внутренним миром героев?

П@вел (Пава) <[email protected]> Москва, Россия - 12/16/99 19:22:26 MSK

Все эти имена изобретены были в свое время моим шестилетним сынишкой (он же – автор бессмертного стихотворения «Стояли звери около двери...»). У него, помнится, был написан роман (страницы на три) про некоего Росшепера и его «заметчиков» (которые все, сами понимаете, замечали). Так вот Бол-Кунац, Зурзмансор и Валерьянс (и еще несколько человек, которых я теперь уже запамятовал) и были этими самыми заметчиками. Имена эти нам с АН очень понравились, и мы их вставили в ГЛ, где они (по-моему) оказались вполне на месте.

Здравствуйте, уважаемый БНС. Как известно, братья Стругацкие написали 2 версии «Сказки о тройке». Вопрос мой относится к версии, где главными героями являются не только Привалов и Амперян, но и Корнеев с Романом. В сказку введен ещё один полумистический персонаж – Панург. Кого он символизирует, и какова его функция в произведении?

Павел <aik_1537pa> Москва, Россия - 12/16/99 19:23:45 MSK

Панург – персонаж романа Франсуа Рабле «Гаргантюа и Пантагрюэль». В романе это – шут, остряк, веселый собутыльник и добрый товарищ Пантагрюэля. Нам показалось забавным, чтобы такой вот Панург время от времени возникал бы в «Сказке» ниоткуда, произносил бы очередную сентенцию (или анекдот, или побасенку) и снова исчезал бы в никуда. Он точно так же ничего не символизирует, как и Клоп-Говорун или Снежный человек Федя. Просто – один из странных (и забавных) элементов странного (и забавного) мира.

[Isa] «...Во-первых, я почти уверена, что авторы ТОЧНО ТАКОЙ космогонии не имели в виду...» Почему «особой доблестью» считается именно точное угадывание авторских трактовок? Почему смелость мышления хуже, чем прозорливость? И то, и другое – пища для размышлений, и то, и другое – свидетельство «музыкальности ума». Уважаемый Борис Натанович! Не могли бы Вы нам сказать, пожалуйста, что Вас лично больше интересует в наших дискуссиях: «попадания в десятку» (полное совпадение с авторской трактовкой), или выходы на неожиданные (с авторской точки зрения) логичные альтернативные трактовки текста? Не раздражают ли Вас такие вот «отклонения от канона» (дескать, ну как они не могут понять, это же так очевидно!)?

А.Нешмонин <[email protected]> Торонто, Канада - 12/16/99 19:25:49 MSK

Мне лично интересно ВСЁ. Я наслаждаюсь вашей, господа, дискуссией, как любой автор наслаждается сложной, многоплановой, глубокой критической статьей, написанной умным, страстным и доброжелательным литературоведом. Вообще говоря, таких статей в природе «уже нет и скоро совсем не будет» (как говаривал скептик Паниковский). Только интернет-дискуссии и остались.

(лукаво) Борис Натанович! Расскажите общественности анекдот о двух петухах...