Страна призраков - Колин Уилсон

«Ну, возможно, как сказал Тифон, он хочет наконец заключить с нами мир».

«Тогда почему не направил посланников? Почему вместо этого подослал убийц, чтобы разделаться со Скорбо?»

«Ну, может, — произнес Найл, — он чувствовал, что Скорбо в каком-то смысле его предал».

Подушка влекла к себе так, что мысли путались, и ответить на вопрос внятно не получалось.

«Извини, — сказал капитан, чувствуя его усталость, — ты хочешь спать».

В понимании капитана двуногие, очевидно, были созданиями достаточно специфическими — с этой их потребностью отключать сознание, задувая его, словно свечу, через каждые шестнадцать часов. Что до пауков, то они способны пребывать в состоянии полусна днями, а то и неделями, при этом наполовину бодрствуя.

«Обещаю поразмыслить над твоими словами», — виновато улыбнулся Найл.

Капитан, подогнув ноги, улегся на коврик.

«А может, я и ошибаюсь. Может, они и в самом деле хотят мира».

Найл, погасив свет, с блаженством растянулся на постели. Какая, в конце концов, разница, ждали их или нет. Главное, что Магу все-таки нужен мирный договор и что Вайг будет исцелен.

С этой мыслью, наполнявшей беспечным счастьем, он и уснул.

Из омута сна Найл всплыл в седьмом часу; в городе пауков через полчаса должен быть рассвет. Тишину в комнате нарушало лишь мерное тиканье часов и чуть слышное дыхание капитана. Снизу под жалюзи различалась полоска неизменного синеватого света Страны Призраков.

Лежа в постели, он размышлял над тем, что сказал капитан перед отходом ко сну. Да, разумеется; вполне возможно, что их прибытия уже ждали. У Мага в городе пауков наверняка были соглядатаи — потому-то и отправиться пришлось по подземному маршруту. Но с выходом наружу что мешало засечь путника?

А вот прав ли капитан насчет того, что его, Найла, заманили в Страну Призраков специально?

Он воссоздал в памяти сцену, когда порезался Вайг. Завернутый в мешковину топор принес во дворец надсмотрщик Дион, непосредственно из сада, где был убит Скорбо.

Безусловно, тот, кто «забыл» эту улику в саду, рассчитывал, что ее доставят к Найлу. А не окажись там в тот момент Вайг, Найл развернул бы мешковину сам и, увидев лезвие, почти наверняка попробовал бы его остроту большим пальцем.

И яд поразил бы именно его, Найла.

Так что капитан, пожалуй, ошибается: никто не заманивал сюда правителя города пауков.

Настенные часы показывали половину седьмого. Найл решил связаться с матерью. Он сел в постели и, подложив под спину подушку, привел ум в состояние отрешенного спокойствия.

Несколько минут ничего не происходило; он расслабленно сидел, как будто вслушиваясь. И вот Найл осознал присутствие матери так же четко, как она сознавала его.

«Где ты?» — спросила она.

«В Стране Призраков, в их столице».

Голос матери доносился четко, как если бы она находилась в этой же комнате.

«Ты в порядке?»

«Да. Я гость Мага».

«Каков он?»

«Еще не видел. Увижу сегодня вечером».

«Когда вернешься?»

«Надеюсь, скоро. Как Вайг?»

«Так же. Все спит».

«Передай: надеюсь, скоро мы его исцелим».

Контакт пошел на убыль: для поддержания связи требовалась полная свежесть ума.

«Скоро поговорим», — успел сказать Найл напоследок.

Капитан все еще спал. Найл на цыпочках прошел в ванную и, стараясь не шуметь, умылся. Сама ванная до странности напоминала ту, что в городе пауков. А впрочем, и Маг ведь изначально из того самого города, потому и обустроил здесь все по образу и подобию.

Когда Найл возвратился, капитан уже не спал.

«Ты голоден?» — спросил Найл.

«Очень», — пришел ответ скорее в форме чувства, чем образа.

Найл открыл жалюзи и посмотрел наружу, на все тот же синеватый свет. Теперь понятно, почему здесь повсюду часы и циферблаты. Привычный Найлу мир подчиняется временам года и суток. Здесь же нет ночи и дня; не будь часов, счет времени попросту потеряется, оно сделается эдаким вялотекущим безвременьем.

Пока он пребывал у окна, в сад вошла женщина с корзиной под мышкой и стала собирать те похожие на баклажаны плоды. Срывая и складывая их в корзину, к Найлу она стояла спиной. Движения ее были так грациозны, что Найл невольно залюбовался. Когда она повернулась боком, он не без удовольствия отметил красоту ее фигуры и приятную округлость бюста. Волосы у женщины были собраны в пучок. Вот она повернулась лицом, и Найл с изумлением обнаружил, что перед ним, оказывается, уже пожилая женщина с морщинистыми щеками. В этот момент она поймала на себе взгляд Найла и улыбнулась. Оказывается, у нее и зубов-то раз-два и обчелся. Странно, но, несмотря на сморщенные щеки, ее улыбка по-своему пленила.

Через несколько минут, набрав с полкорзины, женщина вышла из сада, сделав при этом Найлу мимолетный поклон.

Он был заинтригован. Попав в город пауков с год назад, он уже привык видеть вокруг себя хорошеньких девушек и привлекательных женщин. В пустыне он и представить себе не мог, что когда-нибудь они примелькаются и перестанут вызывать особый интерес. А все потому, что телепатические способности давали ему возможность сознавать не только их тела, но и умы, казавшиеся ему в основном примитивными. Главным в них была физическая привлекательность, а не углубленный разум или жизненная энергетика. Ему нравилось, как его пестуют Нефтис с Джаритой — омывают в ванне, массируют, умащивают благовониями. Джарита время от времени специально провоцировала, чтобы он ее поцеловал, но он ощущал некую границу, которую не хотелось пересекать, поскольку это вскоре достигло бы ушей остальных служанок (уж Джарита бы об этом позаботилась) и внесло некий разлад. Поэтому, в отличие от Вайга, для которого каждая женщина была вожделенной загадкой, Найл предпочитал сохранять сокровенный баланс, наслаждаясь потаенной сутью женщин, словно ароматом цветов.

Поэтому странно, что здесь, в городе Мага, его восприятие женского пола так обострилось. Может, это просто от отсутствия ежедневного контакта с девушками из свиты? Или это, подобно той загадке красок и запахов, еще одно проявление чародейской силы неистощимого на иллюзии Мага?

В дверь постучали.

— Вы готовы? — спросил из коридора Герек.

На столе ждал завтрак, который дополнял кувшин некой исходящей паром жидкости. Возле тарелки Найла лежала золотистая лента с часами.