Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

видимо, он и был твоей истинной целью. Но я помешала. И пришла к тебе одна, без него»

Она нажала на «отправить». Поинтригует немного. Он прочел и опять стал отмалчиваться.

«Хочешь знать, почему я так поступила? Почему не сдала?»

Опять прочел и молчит.

«Ты мне нужен»

Молчание.

«Помоги мне его убрать, – написала она, начиная нервничать. Когда дело дошло до главного, нервы стали пошаливать. – Помоги, прошу. Моя жизнь – кошмар. Я не представляю, что мне делать. Он контролирует каждый мой шаг, не дает мне встречаться с мальчиками, распугал всех подруг. Его боятся учителя, потому что он бывший разведчик. Я заложница. Освободи меня!»

Написав это, Аска перестала улыбаться, четко осознав, где игра переходит в реальность ее по-настоящему кошмарной жизни. Она вынуждена просить убийцу убрать человека, что дал ей жизнь, дом, образование, держал на коленях, читал на ночь сказки. Но разве не сама судьба ей подослала этого убийцу?

«И тогда мы оба будем друг другу должны».

Молчание. Черт! Он что, не клюнул? Ему неинтересно? Аска перечитала свои сообщения и нашла их трогательными.

«Не бойся. Я не сдам тебя. Этот телеграм-аккаунт – единственный способ общения с миром, про него отец не знает. Если бы я хотела, давно бы тебя сдала. Я же все сняла на видео! Того мужчину, магазин, в котором ты работаешь. Все это у меня спрятано теперь на моем ноуте. Я часто пересматриваю его, представляя, какой шанс упустила. Могла бы прославиться, как девочка, которая поймала маньяка»

«Ты чокнутая»

«А ты жестокий!»

«Скинь мне то, что сняла»

Аска тотчас исполнила просьбу. Короткое видео: узкое хранилище с полками, вытянутые ноги в белых кроссовках, пол, ступеньки, прилавок, вывеска. Всего девятнадцать секунд. Если мотать вперед и назад – получается забавно, хоть в Тик-Ток выкладывай. Этого достаточно, чтобы его арестовали. Потому что на пятнадцатой – его лысый череп крупным планом без парика и бейсболки и пистолет с глушителем в руке.

«Зачем ты их убиваешь?» – Пора подступать к его душе – черной, но не как прогнившая тухлятина, а как черная дыра, кротовая нора или экзотическая материя. Души таких людей – это бездна. Ницшеанская бездна. Непознанное. И эту душу она должна подчинить.

«Их?» – Ломаться он будет недолго. Таким тоже нужна опора. Аска предложит ему свое плечо. Но прежде, чем вынуть пряник, нужно немного помахать кнутом, показать свой револьвер на поясе, как говорит отец.

«Я знаю, он не первый и не последний. Ты слишком опытен для одного-единственного убийства»

Его задело. Он начал что-то строчить, но стер.

«Много людей попадалось на твою удочку? У тебя есть опыт. Это видно. Я слишком долго обдумывала убийство, чтобы хорошо разглядеть опыт в руках и глазах человека, который делает это давно»

«Ты больная»

«И ты. Еще этого не понял? Вообще-то убивать людей – это преступление. А просто так, без причины – психопатия. Ты хоть раз бывал в психушке? А я бывала. Когда мама разбилась. У меня долго не проходила гематома в головном мозге, я не могла ни с кем общаться, говорила, будто с набитым ртом, язык еле слушался. Врачи отцу сказали тогда, что я не выживу»

Он долго не отвечал, дважды набирал сообщение и стирал. Аска улыбнулась – теперь-то клюнул! Разве можно не клюнуть на такую жалобную историю?

«Зачем ты мне это пишешь?»

«Больше некому»

«И что?»

«Ты и я – одной крови. А жена у тебя есть?»

«Нет»

«А хочешь? Жениться хотел бы? Детей завести?»

«Я не могу иметь детей»

«Почему»

«Болел в детстве»

«Бедный! Вот видишь, как мы с тобой похожи. Я тоже не смогу иметь детей. Потому что мне противен контакт с любой особью мужского пола. Я убью отца и ни одного самца больше не подпущу к себе ближе, чем на пушечный выстрел. Разве только ты станешь исключением»

Она поставила смайлик и добавила:

«Хотел бы погулять со мной?»

«Ужас, до чего ты больная»

«Ты жалеешь меня или восхищаешься?»

«Не знаю»

«Мне кажется, будто черный экран ноутбука – это зеркало, я вижу в нем свое отражение. Но на самом деле там, по ту сторону зазеркалья, – ты. Нас не просто так свела судьба»

Они проговорили три часа. Он отвечал так же немногословно, но ей удалось вытянуть из него кое-что.

В четырнадцать он толкнул отчима под поезд, а в выпускном классе старшей школы заставил полицию повесить на одноклассника убийство его подружки, которую сам же и убил. Первую свою любовь он задушил телефонным проводом! И больше у него женщин не было, кроме матери. Он сказал, что убивал много и законно. И ему это сходило с рук. Аксель подумала, что, кажется, он служил в армии – иногда проскальзывали армейские приколы. Забавно, он рассказал, как видел вживую иракского журналиста, бросившего в Джорджа Буша ботинок. А еще поведал о своей излюбленной забаве – во время прыжков с парашютом обожал обхватывать сзади товарища бойцовским захватом и ждать, когда он струсит и дернет за стропу…

Глава 8

Кошки-мышки

Время истекало завтра ранним утром, а Эмиль так и не раздобыл ничего против Сержа Редда. Все, что он сделал, – ценой собственного здоровья подсунул в его телефон маячок. Последующие дни и отец, и дочь торчали дома, а Эмиль с Верой, точно два ворона, кружили вокруг бульвара Распай, меняя локации в кафе и барах поблизости.

Наконец Серж Редда соизволил отправиться на работу. Это случилось в одиннадцать утра. Вера с Эмилем сидели за столиком на углу улицы де Шерш-Миди в кафе «Ле Распай» и видели его садящимся в такси. Вера посмотрела на Эмиля, который отрешенно пялился в экран смартфона, и предложила выманить Аску в кафе. Тот нерешительно кивнул. И когда Редда был почти на половине пути к площади Бастилии – там находился спортзал, где он тренировал, – Вера написала девушке, сообщив, что ждет ее в «Ле Распай» для важного разговора.

Но едва Аска прочла Верино сообщение, как зеленная точка в приложении на экране телефона Эмиля, означающая Сержа Редда, развернулась и двинулась обратно к дому № 67. Молниеносно! Будто он ехал в такси, держал экран перед глазами и тотчас велел таксисту развернуться, едва увидев, что «принцесса сбежала из дворца». Настоящий маньяк!

Аска тем временем уже вышла из парадной и направлялась в кафе.

– Уходи, – теребила рукав Эмиля Вера. Они сидели за столиком в углу, и входящие люди не могли их видеть, но