'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

с некроинженером выскочили, влетели в больницу, пронеслись по коридору и обнаружили мечущуюся возле какой-то двери Александру. В руках она держала непривычный аксессуар — трость.

— Владимир Всеволодович! — кинулась ко мне Александра. Заключила в объятия. — Как хорошо, что вы пришли! Я не знаю, что делать, это такой ужас!

— Тихо, тихо! — Я погладил девушку по спине. — Где Ползунов? Он жив?

— Жив, вот только что меня выставили прочь. Операцию делать будут.

— Операцию?

— Ну да, ведь…

Я буквально отшвырнул Александру к некроинженеру. Дверь выбил пинком и вошёл в палату с криком: «Операция на мозге в восемнадцатом веке? Вы тут совсем все *********, что ли⁈»

К счастью, я успел вовремя. В палате находились четверо. Двое, видимо, врачей и двое мужиков попроще — санитаров. Все они стояли возле головы Позунова. Санитары закручивали какую-то хрень типа тисков, а один из врачей кровожадно поигрывал подобием коловорота. Все они уставились на меня в изумлении.

— Что вы делаете? — возмутился тот, что держал коловорот. — Здесь операция!

— Нахрен такие операции! Фу! Кыш! Чтоб ещё лет двести я слов таких не слышал! У вас что, охотников в столице мало⁈

Санитары угрожающе двинулись на меня. Видимо, перчатка на руке не являлась для них авторитетом. Ребята полагали, что в больнице они — цари и боги, что тут и стены помогают.

Убивать парней не хотелось, а самый безобидный Удар был у меня раскачан до такой степени, что запросто мог их если не прикончить, то уложить рядом с Ползуновым. Поэтому я выхватил меч и заставил его вспыхнуть огнём.

Это всегда производило впечатление, произвело и на сей раз. Санитары попятились, даже обладатель коловорота сделал шаг к окну.

— Вы не понимаете, — забормотал второй врач. — Это же Иван Иванович Ползунов, гениальный инженер! Если не сделать трепанацию, он может умереть!

— Вот поэтому я здесь и оказался. Отвалите от пациента!

Подойдя к Ползунову, я простёр над ним свободную руку. Меч не убирал, во избежание.

Для начала прокачал Знак Остановить кровь. Согласно справочнику, на третьем уровне этот Знак мог останавливать кровь от потерянных конечностей. Но кто ж знает, может, и с внутренними кровотечениями управится. В конце концов, Знаки работают сами по себе, а описания составляли люди. Скованные рамками своего опыта и общего развития медицины на конкретный исторический период.

Остановить кровь я кастанул дважды. Потом — Костоправа, тоже два раза. Мне показалось, будто голова Ползунова дёрнулась в стрёмных тисках. Теперь настала пора Заживления. Его я, не скупясь, тоже провёл два раза, а потом полирнул всё это Восстановлением сил.

— И что? — спросил врач с коловоротом, когда я опустил руку. — Вы его исцелили?

— Надеюсь, — процедил я.

Ползунов издал слабый стон.

— Как будто бы цвет лица стал здоровее, — заметил второй врач.

— Всё это — антинаучный бред! — махнул коловоротом первый.

— Антинаучный — да, но не бред, — поправил его я. — Впрочем, согласен, всегда лучше прикрыть себе задницу на всякий пожарный.

Родий у меня было полно, поэтому я решил заодно прокачать ветку, к которой раньше не прикасался. Но вот теперь пригодится.

Знак Удержать дух, открытие, первый уровень, минус пятнадцать родий. Работает на умирающих от старости и болезней.

Второй уровень, минус десять родий — работает на умирающих от ядов.

Третий уровень, ещё десяток родий — самое то для умирающих от физических повреждений.

Справочник упоминал о четвёртом уровне, который, собственно, был уже чутка про другое — он позволял призвать одного голого духа, без тела. Но это было, во-первых, не актуально, а во-вторых, требовало ранга Тысячника.

Я снова поднял руку над Ползуновым. Рука уже подрагивала. Всё-таки Целительные Знаки — это не просто так, побаловаться. Силу поджирают будь здоров. По внутренней моей шкале, мана просела изрядно, осталось меньше трети. Но уж на один последний Знак должно хватить.

Я кастанул Удержание духа и покачнулся. Амвросий, который недолго думая ввалился в операционную вслед за мной, незаметно придержал меня за плечи.

— Сиди тут, — приказал я ему. — И не позволяй этим маньякам сверлить череп живого человека.

— Сделаю, — кивнул Амвросий и, облизнув губы, поглядел на санитаров. — Братушки! Мне бы, это. Водички, а?

Вроде бы тихо спокойно попросил, но прозвучало так, будто если через минуту воды не будет — зарежет. Санитары бочком выдавились из палаты прочь. А я обнаружил, что до сих пор сжимаю огненный меч.

Погасил, убрал. Покосился на мучающегося сушняками Амвросия.

— Вы что, реально до сих пор вия празднуете?

— Вий не каждый день бывает!

— Это безусловно. Но, как бы, зима близко. Охоты мало будет. Поэкономили бы, что ли…

— Тю! Здесь мало будет — в Пекло подадимся. Или хоть в тот же Полоцк. Глеб рассказывал, у них там круглый год весело. Без корки хлеба не останемся.

Да, в столице у охотников мышление работало не так, как в Поречье. Хотя, справедливости ради, тут и возможностей побольше. Если бы скотина Мефодий всё это ещё искусственно не блокировал, Земля ему стекловатой…

Я вывел из палаты Александру — которая, оказывается, тоже успела просочиться за мной. Мы нашли скамеечку. Сели.

— Иван Иванович будет жить? — волновалась Александра. — Вы же вылечили его?

— Должен, — твёрдо сказал я. — Дадим ему сутки времени оклематься, потом поговорить можно будет. А пока вы мне расскажите, что случилось. Какого рожна вы с ним вообще забыли ночью на улице?

— Мы не были вместе! Не подумайте ничего такого!

— Александра Дмитриевна, дорогая вы моя. «Такого» мне придумывать не надо, свои фантазии я воплощаю в жизнь регулярно и с удовольствием. Соответственно, за друзей, к коим отношу Ползунова и вас, только порадоваться могу. Не в коем случае не осуждаю, просто не понимаю — зачем на улице-то? Холодно уже, не май месяц. И Ползунов — не подросток, живущий с мамой. У него и в доме места полно.

— Я сняла квартиру неподалеку от дома Ивана Ивановича.

— На хре… то есть, я хотел сказать, рад за вас. А зачем?

— Ну не могу же я, незамужняя девушка, позволить себе проживать в доме холостого мужчины! Это неприлично.

— А, ну да. Только теперь я уже вообще ничего не понимаю. Ползунов в доме, вы в квартире, но при этом почему-то ночью оба на улице.