Глаз Демона - Богдан Дорошин

"Тогда почему бы не показать им насколько злы бывают боги?".

Он бежал по крыше, перепрыгивая с дома на дом, и щедро делился с Арсданом и его жителями своей ненавистью, облекая ее в разрушающие заклятия. Слепыми сгустками они врезались в стены домов, торговые лавки, группы прохожих. Улицы утонули в криках, поднялась пыль, а Геринг все нес и нес разрушения. Ему необходима была паника. Не потому, что он рассчитывал затеряться в толпе, а потому что массовая истерия и страх сродни магии, и отлично видны в магическом фоне. Если тысячи начнут до жути боятся, то вполне возможно шлейф Бездны, что тянется за его фигурой, будет не столь заметным.

В нескольких домах позади него, на черепичную крышу похожим прыжком взобралась и Астор, разве что ей пришлось потратить на подготовку несколько больше времени, чем Герингу. Голубые глаза метали молнии бешенства, она ни за что не желала упускать Проклятого, пусть даже это будет стоить ей всего!

***

-- Что происходит?! -- кричал верховный настоятель, брызжа слюной. -- Почему над городом поднялась пыль, и этот грохот...

-- Люди в панике, -- произнес Даркст сухо; его оруженосцы помогали коммандеру облачаться в зачарованную броню. -- Кажется хранители наткнулись на Проклятого, и он оказался действительно опасным.

-- Убейте его! Используйте для этого все средства! Иначе он камня на камне не оставит от моего города!

-- Не беспокойтесь, падре, -- Даркст держал шлем с плюмажем на изгибе локтя. -- Против этого существа я брошу все свои силы. Ему не уйти. Дети Света уже отрезали его от большей части города, и ему остается отступать лишь на северную оконечность. Но и там его уже ждут. В любом случае -- он близок к своему концу.

-- А как же жители? -- Кариддо находился в кабинете рыцаря-коммандера, беспокойно вышагивая от окна к столу и обратно. -- Пока вы захлопните ловушку он сумеет перебить сотни прихожан!

-- Эркалот будет милостив к их душам, -- благочестиво и чуть-чуть угрюмо заметил Даркст. - Да поможет нам всем Господь.

***

Спустя какое-то время Даркст собрав всех рыцарей, что оставались в пределах собора и примыкающего к нему монастыря, отправился выполнять свой прямой воинский долг. Кариддо за ним не последовал. Он был стар, и своим главным оружием считал молитвы. Эркалот его обязательно услышит, а нет ничего страшнее в этом мире, чем гнев Господень. Верховному настоятелю оставалось лишь надеяться, что в битве с Проклятым пострадает как можно меньше честных горожан. Он знал, что не все они благочестивы, но души многих еще можно было спасти. Он боялся, что если они умрут во грехе, то бог не примет их...

Старик остался в кабинете, изредка поглядывая из окна на площадь. Люди интуитивно тянулись к собору, искали утешения и защиты, и он их понимал. Сбившись в кучки, многие молились. На глаза Кариддо попался стражник, вставший в круг и взявшийся за руки с прихожанами, хоть в его обязанности входило блюсти порядок. То там, то здесь настоятель замечал Детей Света. Не глазами, нет. Те уже давно утратили остроту, но в старческом теле все еще билась жилка Дара, пусть слабо и прерывисто, но этого вполне хватало, чтобы видеть вещие сны от Зрящего и ощущать силу себе подобных.

Кариддо смотрел в высокое окно, когда за его спиной отворилась дверь. Сначала он подумал, что вернулся по какой-то причине рыцарь-коммандер, но этого попросту не могло быть, а потому старик начал медленно оборачиваться. На пороге кабинета стоял юноша с осунувшимся лицом. Одет он был странно. На нем висела ряса послушника, но на ногах виднелись не привычные сандалии, которые носили священнослужители, а ботинки из грубой кожи. Все это наводило на мысль, что ряса молодому человеку не принадлежит, и что он ее попросту стащил. Хотя настоятель тут же одернул себя за крамольную мысль: не пристало о незнакомых людях думать плохо...

-- Что тебе нужно, дитя мое?

Старик был почти уверен, что парень явился передать какое-то послание Дарксту. Но он ошибся.

-- Вы Кариддо? Верховный настоятель?

-- Отец Кариддо, -- поправил священник. -- Либо же падре. Как тебя зовут?

-- Меня? К-кей... -- гость замотал головой, словно отгоняя дурные мысли. -- Я Аксир, святой отец. И я пришел за вами.

Кариддо до поры до времени не замечал хаотичного блеска в глазах юноши. Спокойным, капельку уставшим голосом он спросил:

-- Где-нибудь нужна моя помощь? Я бы и сам мог догадаться. Нужно успокоить паству, я чувствую их страх.

-- Я тоже, -- хрипло пробурчал Аксир. -- И он прекрасен.

После этих слов на его лице появилась улыбка, которая ему не принадлежала. Хищный оскал, подкрепленный голодным взглядом. Черная книга под мышкой грела своей силой, наполняла уверенностью и... безумием. Макс словно витал в тумане, не в силах понять, где он находиться и что делает. Он потерялся в чужих воспоминаниях и сейчас с трудом различал, где реальность, а где иллюзия.

Кариддо подобный ответ не понравился. Он выпрямился во весь рост, и хотел было уже накричать на наглеца. Все же он верховный настоятель, и с ним следует общаться подобающе, да простит его Эркалот за излишнюю гордыню. Но что-то незримое насторожило старика. Медленно он попытался прикоснуться к парню ниточкой Дара, но как только энергия приблизилась к молодому человеку, священник вскрикнул от боли. Нежеланного гостя окутывала Тьма, черная и непроглядная. Заметить ее смог бы не всякий, но...

-- Ты пойдешь со мной, старикан! Пришло время ответить за тех, кого по твоей указке замучили и убили!

-- Безумец! -- выкрикнул Кариддо, но напирающая на него Тьма сковала все движения; он был слишком слаб, чтобы противиться такой мощи. -- Одумайся! Я верховный настоятель, за мной вся мощь Храма и Эркалота! За мной сам бог!

-- Богов, как оказалось, во Вселенной великое множество, -- пробормотал Аксир, вытаскивая из-под мышки черную книгу. -- Так что напугать этим ты меня не сможешь.

Кариддо предпринял честную попытку прорваться мимо исчадия зла, но дряхлое тело не располагало к подвигам. Парень в ворованной рясе вытянул вперед руку, и верховный настоятель почувствовал как энергетические щупальца смыкаются на его горле. Мгновение ему казалось, что здесь и завершиться его жизнь, в божьем храме от руки порождения Тьмы, но молодой человек словно бы очнулся и разжал кулак, обрывая тем самым магическое воздействие.

Кариддо закашлялся. Он не мог понять, как в святое место мог незаметно проникнуть кто-то настолько отрицающий Свет, и на секунду позволил обвинить в этом Эркалота. Правда настоятель тут же одумался, каясь. Богам свойственно испытывать смертных на силу духа, и сейчас происходило нечто подобное. Старик искренне в это верил.