Неизвестные Стругацкие От «Страны багровых туч» до «Трудно быть богом»: черновики, рукописи, варианты. - Светлана Бондаренко

— Нет уж, сначала вы мне скажите, что вы думаете.

— Не упрямься, старик, — сердито сказала Марта. — Мы же видим, что ты уже принял какое-то решение.

— Принял.

— Вот и выкладывай. А мы уж тогда будем рвать тебя на кусочки.

Говорков невесело засмеялся и шибко почесал лоб.

— Вот этого я и боюсь. Мне сначала хотелось бы знать, есть ли у меня единомышленники…

— Может быть, временно свернуть работы на Венере и провести дополнительные исследования? — робко предложила Яйла.

— Это невозможно, — не утерпел толстяк-консультант.

— Почему невозможно? — с деланным удивлением осведомился Говорков.

Толстяк раскрыл рот, набрал в грудь побольше воздуха, но его опередил Каспаро:

— Да ясно же — почему! Двести миллионов замечательных ребят и девчонок трудились там восемь лет… Да пятьдесят лет готовились к этому… Да что пятьдесят лет — всю историю свою мы готовились к переделке других миров! А вы — свернуть работы!

— Вот именно, — сказал Андерсен.

— Мальчишки-школьники бредят этим проектом, бегут на Венеру и на Марс, как бегали когда-то на Северный полюс и в америку, поколениям людей этот проект озарял жизнь… Да нет, это чепуха, к такой рекомендации Совет и прислушиваться не станет. Нас просто разгонят за такое предложение.

— И будут правы, — добавила Марта. — Я лично никогда не видела особой практической необходимости в этом проекте, но…

— Вот то-то что „но“! Таких как ты, которых заботит только богатырское здоровье и безопасность населения, сейчас мало и становится все меньше.

— Они вымирают? — с любопытством спросил Говорков.

— Они меняют взгляды, — отпарировал Каспаро. — Времена, когда людям нужна была только сытость и бычачье здоровье…

— Сейчас говорят „здоров, как кашалот“, — заметил Нортон, не поднимая головы от счетной машинки.

— …Эти времена далеко позади. Теперь все живут мечтами — большими и маленькими, и эти большие и маленькие мечты — о больших делах. „Практическая необходимость“!

Если на то пошло, у нас нет сейчас — и никогда больше не будет — практической необходимости ни в чем. Хлеб? Пожалуйста. Мясо? Ради бога! Кров? Только дай команду. Так что же, это конец?

Марта сморщилась и замахала руками.

— Ну пошел, пошел… Нельзя же так, Форто. Кому ты это говоришь?

— Тебе, тебе! Проект „Венера — Марс“ — это и есть первоочередная практическая необходимость теперь! Осуществление великой мечты!

Юй Си-тан сказал:

— Бесцельный разговор. Совершенно очевидно, что никто, кроме разве что ничтожного меньшинства, не поддержит предложения свернуть проект, И мы спорим напрасно. Надо говорить о том, какими средствами можно спасти проект.

— Золотые слова, — сказал Говорков.

— Так что ты предлагаешь?

— Вот, — сказал Говорков и опять раскрыл блокнот. — Слушайте. „Рекомендовать Экономическому Совету Мира в кратчайший срок привести работу действующих предприятий в соответствие с потребностями… скажем, с новыми потребностями… — он пометил карандашом, — с новыми потребностями проекта „Венера — Марс“. Рекомендовать Совету Космогации передать все имеющиеся сейчас в наличии, а также построенные межпланетные и звездолетные транспортные средства в распоряжение проекта „Венера — Марс“. Рекомендовать Мировой Академии Наук немедленно перестроить работу таким образом, чтобы все научно-исследовательские учреждения и организации обслуживали проект „Венера — Марс“ и содействовали максимально его скорейшей реализации“. Так?

— Так, — сказала Марта. — Начать и кончить. Все в порядке.

— Как это будет выглядеть практически…

— Погодите, — сказал Нортон. — Я вот здесь произвел некоторые подсчеты.

— Послушаем, — сказала Марта. — Только имей в виду, что ни одного предприятия, ни одной новостройки, работающей для здравоохранения и для детей…

— Разумеется, я с самого начала исключил это. Выходит так.

Если мы сократим на семьдесят процентов все научно-исследовательские работы, не имеющие отношения к проекту и к здравоохранению, если переведем восемь десятых межпланетного флота на проект, если нам удастся направить в проект хотя бы три четверти молодежи, достигшей совершеннолетия в этом году, тогда можно будет считать, что Планета выполнила свои обязательства перед проектом. Остальное дело за учеными и за руководством.

— Кстати, о руководстве. — Каспаро опять пристально поглядел на Коллигана. — Все руководство проекта сменить. Разрешить им работать только с машинами.

— Принято, я думаю? — спросил Говорков.

— Принято, — сказала Яйла.

Коллиган опустил голову. Ему было стыдно.

— Отлично, — сказал Говорков. Он достал из-под ворота рубашки плоский круглый ящичек, висящий на шнуре. — Центральная Информационного центра. Здесь Председатель Президиума Говорков. Экстренный созыв Совета Экономики завтра в десять утра по Пулкову в московском Дворце.

Он снова опустил ящичек радиофона за ворот и потянулся к тарелке с вишнями.

— Консультантам прибыть тоже, — сказал он. — Будете завтра выступать перед Советом — просите и резерв побольше. На всякие непредвиденные обстоятельства.

— Давай следующие вопросы, — нетерпеливо сказала Марта.

— Следующие вопросы таковы, что наше мнение по ним уже определилось решением по первому вопросу. — Говорков заглянул в блокнот. — Значит, так. Прежде всего это претензии Генерального Руководства проекта „К центру Земли“.

— Какие претензии? — возмущенно осведомилась Яйла. — Они еще смеют предъявлять претензии! Это мы им должны…

— Я не так выразился. Не кипятись, Яйла. Не претензии, а просьба. Вернее, заявка на очередной год. Энергия, рабочая сила, механизмы, обслуживание… Читать подробно?

— Не надо, — сказал Каспаро. — Ясно, проект „К центру Земли“ придется отложить до тех пор, пока не выправится положение на Венере.

— Это несправедливо, — тихо сказал третий консультант — представитель Руководства проекта.

— А что вы предлагаете? — повернулся к нему Каспаро.

— Надо продолжать работу. В проекте „К центру Земли“ заинтересованы тоже очень многие. К нам все время прибывают добровольцы. По сто — сто пятьдесят человек в сутки.

— Что составляет… — Нортон защелкал рычажками на счетной машинке.

— Глубоко вы прорыли? — с любопытством спросила Яйла.

— На вчерашний день — пятьсот тринадцать тысяч шесть сот двадцать три метра.

— Скорость проходки?

— Два метра в сутки, — еще тише сказал консультант. — Очень трудно. Приходится сильно крепить шахту.