Простые радости - Стелла Камерон

– Возможно, – согласился Роман. – Мы все сильно понервничали. Но ведь теперь все в порядке?

Через несколько минут все уже сидели в автобусе, Феникс заняла место у окна. Она прижалась к Роману и крепко вцепилась в его руку.

– Это не случайность, – пробормотал он.

– Он ударил меня по ногам, и я упала. – Феникс взглянула на Романа: – Не узнал бы?

Она нахмурилась.

Автобус выехал на улицу.

– Не так-то много людей в апреле носят лыжные маски, не правда ли?

– Конечно нет. Я просто об этом не подумал.

Роман начал размышлять. Во всем этом было еще кое-что, потенциально более опасное, чем то, о чем он узнал в Пиковом Клубе. Ему приказали изыскать способ убить Феникс. Почему ее преследовали – понятно. Но почему нанесли удар обоим?

Впереди был туннель.

Роман обнял Феникс, и они оба выглянули из окна.

Прошло несколько секунд.

В тот момент, когда автобус собирался нырнуть в темноту, какой-то одиноко стоявший на платформе мужчина помахал им рукой. На голове у него была надета лыжная шапочка, полностью закрывавшая ему все, кроме глаз.

Они вышли из такси у входа в Пайк-Плейс-маркет – рядом с бронзовым изображением огромной свиньи. Феникс с отвращением посмотрела на эту статую и сделала лишний круг, чтобы не приближаться к ней.

Роман заплатил водителю и последовал за Феникс. Он указал ей на свинью:

– Это Рэчел. Многие считают, что она очень умна. Мне кажется ты боишься, что она может тебя укусить.

– Или перебежать через меня, – громко сказала она. – С сегодняшнего дня я уже не считаю их особо умными.

Торговцы предлагали фрукты и овощи, протягивали свежую рыбу, зазывая возможных покупателей. Из-за шума и давки Феникс снова занервничала.

– Пошли сюда. – Роман потянул ее за рукав в сторону одного из магазинчиков. – Нам нужно что-нибудь купить для Джуниор.

Феникс удивленно спросила его:

– Сейчас?

Он взял игрушечную ярко раскрашенную искусственную челюсть и повернул маленький ключик. Раздался лязг зубов.

– Это ужасно, – сказала Феникс. – Джуниор разревется. Он не слушал. Вместо этого он внимательно наблюдал из окна за покупателями, входящими и выходящими в магазины.

– Джуниор слишком мала для этого, – сказала Феникс, ее голос при этом дрожал. – Ты не уверен, что мы ушли от него, да?

– Нет, думаю, ушли. Просто хочу убедиться в этом наверняка.

Она дотронулась до черного пластмассового жука и сразу же отскочила назад, когда он начал прыгать, и прыгал до тех пор, пока не столкнулся с игрушечным цыпленком, выглядевшим совсем как живой. Цыпленок пронзительно пискнул и клюнул ее в нос. Откуда-то выкатилось яйцо.

– Здесь есть еще один выход, – сказал Роман, хватая ее за руку, – воспользуемся им.

Замученный молодой человек за прилавком даже не взглянул на Феникс и Романа, когда они проникли на склад и Роман отпер дверь, ведущую на улицу. Дверь за ними захлопнулась, и они побежали вперед, время от времени оглядываясь по сторонам.

Когда они наконец прошли через зеленые металлические ворота во двор, в котором было очень много цветов, Феникс поняла, что она уже видела этот двор. Она вспомнила также, что они уже несколько раз до этого проходили мимо этих ворот. Они открылись только тогда, когда Роман набрал код в замке.

Он жил на последнем этаже четырехэтажного кирпичного здания и занимал весь этаж.

Роман провел ее в громадную, почти ничем не обставленную квартиру. Феникс прошлась по светлому, прекрасно отделанному паркету – в виде полукруглой платформы, возвышавшейся над остальной частью пола, – который был покрыт зеленым ковром, образуя как бы навесные стены, вливающиеся в потолок, в котором было несколько окон. Единственный небесно-голубой обтянутый кожей стул завершал эту картину.

– Какое прекрасное место, – пробормотала Феникс, ступая на ковер. Ни одно здание не закрывало вида на большую бухту, поверхность которой так и отливала солнцем. – Пиджет-Саунд?

– Залив Эллиот.

Она вздрогнула, соприкоснувшись с красотой белоснежных вершин, пронизывавших небесную бледно-голубую гладь.

– Так как я выросла в Нью-Йорке, горы я видела только на картинах. Правда, первыми я увидела Альпы и была поражена ими, но Каскадные горы просто великолепны.

– Это Олимпийские, – сказал он ей. – Каскадные горы позади нас. У меня есть вино, пиво и попкорн. Я также могу приготовить кофе.

Феникс оглянулась, чтобы посмотреть на него. В слегка помятой и запыленной белой хлопчатобумажной рубашке, в застиранных, с масляными пятнами на коленях джинсах, он все равно выглядел достаточно эффектно. Его волосы стали длиннее и начали немного виться. Из-за весеннего загара глаза его казались до невозможности голубыми, а зубы ослепительно белыми.

Феникс охватила волна желания.

Она всегда была убеждена, что женщины не способны ощущать подобное. В конце концов, она никогда ничего такого и не ощущала – пока не появился в ее жизни Роман.

Он поднял голову и пристально посмотрел на нее.

Феникс желала Романа Уайлда.

– О Боже! – Она снова посмотрела в окно. На этот раз уже не ради пейзажа.

Он положил ей руки на плечи:

– Все еще боишься?

– Не того, что ты имеешь в виду.

Он погладил ее плечи:

– Скажи мне, любовь моя. Дай я помогу тебе.

Феникс медленно закрыла глаза:

– Меня пугает то, что я испытываю, находясь рядом с тобой.

Его руки застыли.

– Все, что я могу сейчас делать, – это смотреть на тебя, и… я хочу тебя. Ледышка Феникс превратилась в сексуальную маньячку.

Он не засмеялся.

Феникс тоже не стала смеяться.

Очень нежно он прижал ее к груди и крепко обнял.

– Я самый счастливый человек на свете: у меня есть ты. Я мог прожить всю жизнь и никогда тебя не встретить. Вот что пугает меня.

– Возможно, я когда-нибудь пожалею, что сказала тебе об этом, – произнесла она, – но до встречи с тобой я никогда не хотела ни одного мужчины. Я имею в виду, что никогда не встречала мужчины, которому бы мне хотелось полностью отдаться. Ты понимаешь меня?

Его руки скользнули под ее свитер и дотронулись до груди.

– Я уже знаю, что до меня ты никому никогда не отдавалась.

– Но это не то, что я сказала, я сказала…

– Что ты никогда не встречала мужчины, которому бы тебе хотелось полностью отдаться. Слава Богу. Иначе бы я не встретился с тобой.

– Может быть, и не встретился.

– Конечно, радость моя. Ты была бы с ним. Она крепко вцепилась в его руку:

– Мы должны решить, что делать дальше, не правда ли?

– Ну да. Ты голодна?

– Нет.

– Я тоже. Может быть, вина?

– Немного. Если оно белое.

– Пойдем, поможешь мне.