Забава для избранных - Алексей Викторович Макеев

такой хитрости, как в случае с Пескуновой, то есть прятаться в квартире у соседей, чтобы не оказаться на записях камер видеонаблюдения, доставшихся сыщикам. В этом случае преступник взломал системы охраны, чтобы стереть свои изображения из памяти компьютерных устройств. Так что маловероятно, что Немоляева могла сообщить Гурову что-то из того, чего не рассказала предыдущему сыщику. Правда, тот еще не знал о серии ограблений и, возможно, просто не задавал правильные вопросы. Гуров был не уверен, что и сам сможет их задать, поскольку конкретных фактов, детали которых следовало бы выяснить, не было и у него. Однако пообщаться с девушкой было необходимо. Хотя бы для того, чтобы потом не жалеть об упущенных возможностях.

Гуров старался всегда сторониться предвзятого подхода к людям. Он предпочитал не применять стереотипы к пострадавшим, преступникам или свидетелям, с которыми ему приходилось общаться по долгу службы. По опыту он знал, что ожидания от возможных поступков человека, которые нередко сыщики составляют для себя по материалам, оказавшимся в деле, нередко оказываются ошибочными и мешают сделать правильные выводы и рассмотреть важные детали. Однако подсознание нередко играло свою роль независимо от доводов разума, и подспудно Гуров представлял, каким может быть жилье молодой фигуристки, к тому же зарабатывающей основные деньги в модельном бизнесе. Вот только на этот раз подсознание, опирающееся на стереотипы, транслируемые по телевидению, в газетах и гуляющие на просторах интернета, ошиблось со своими выводами: вместо жилья юной «звезды», в котором царит модерн и хаос, Гуров оказался в логове какой-то чопорной аристократки, где лепнина барокко сочеталась с мебелью в стиле ампир. Правда, сама Немоляева своему жилищу мало соответствовала. Девушка встретила сыщика в разлохмаченных снизу шортах и мешковатой футболке, которая свисала с одного плеча почти до пояса, выставляя напоказ бретельку бюстгальтера и часть его чашечки.

– Пойдемте ко мне в рабочий кабинет, тут трогать ничего не надо, – осмотрев сыщика с ног до головы, распорядилась хозяйка квартиры. – Ботинки можете не снимать. Тут все равно уборку через час будут делать. У меня клининговая служба заказана.

– У вас коньки в рабочем кабинете находились в тот момент, когда их похитили? – не двигаясь с места, поинтересовался сыщик.

– Нет. В спальне. – Немоляева, уже направившаяся вперед, остановилась и обернулась, всем своим видом изображая недоумение. – А что, их нужно было в рабочем кабинете хранить? Я что-то нарушила?

– Я бы хотел сначала осмотреть место преступления, – заявил сыщик, уже устав за полдня отвечать на глупые вопросы.

– Ладно. Идемте, – смирилась Елена, но от своего любопытства не отступила. – Нет, вы мне все-таки скажите, если нарушила. Может, потому, что я какие-то правила нарушила, коньки так долго найти и не могут. Они же индивидуальные, сделанные на заказ. Таких просто в природе больше не существует, а значит, и спутать их ни с чем невозможно. То есть искать-то несложно. Но если они не по правилам хранились, а это мешает следователям, то давайте я вешалку, на которой у меня коньки висели, в рабочий кабинет перевешу, и начните оттуда искать. Так же быстрее получится?

– Елена Алексеевна, быстрее у меня получится, если вы будете отвечать на мои вопросы, а не задавать собственные. Так сможете? – Сыщик устало посмотрел на девушку, осознав, что общение с фигуристкой может получиться еще сложнее, чем с депутатом и бизнес-коучем.

– То есть вопросы вообще, что ли, нельзя задавать? – удивилась Немоляева и тут же засмущалась, как ребенок. – Ой, я, кажется, опять вопрос задала…

Гуров не стал комментировать реплику девушки и молча вошел за ней в большую двустворчатую дверь. Спальня у Елены была выдержана в том же стиле, что и гостиная. И единственным предметом, которой вступал в резкий диссонанс с обстановкой комнаты, была видеокамера, закрепленная на спинке в ногах большой двуспальной кровати. Немоляева поймала слегка удивленный взгляд сыщика и пояснила:

– Я здесь клипы снимаю и блог веду. У меня он называется «Чемпионское утро», и я показываю своим поклонникам, как просыпаюсь по утрам и что делаю в первую очередь. Я там, конечно, без макияжа, но это особый ауф придает и подписчикам очень нравится.

– Что придает? – удивленно посмотрел на девушку Гуров.

– Ауф, – утвердительно ответила Елена, а потом, сообразив, пояснила: – Ну, это слово такое. Означает, типа, кайф, крутизна, класс.

– Похоже, мне придется новый сленг начинать учить, – проворчал себе под нос сыщик. – Судя по всему, все фигуранты, кроме депутата, исключительно на нем и разговаривают.

– А хотите, я вам помогу? – предложила Немоляева и осеклась. – Этот вопрос тоже задавать нельзя было?..

Гуров отвечать на него не стал. Как и на первый из пары вопросов. Он смотрел на серебристую вешалку для коньков, выполненную в виде пары фигуристок, разъезжающихся в разные стороны. Даже с расстояния в несколько метров было видно, что и фигуры, и лица эти скульптурок, предназначенных для того, чтобы через них были перекинуты связанные между собой шнурки коньков, были точной копией хозяйки квартиры. Гуров чуть заметно улыбнулся этому факту, а затем спросил:

– А вам не страшно было так спать? Вдруг бы шнурки развязались и коньки вам на голову упали?

– Не. Этого быть не могло! – уверенно заявила девушка. – Я с пяти лет шнурки на коньках завязываю, и они у меня еще ни разу сами не развязались!

– Выдающееся достижение, – с иронией заметил сыщик, но Елена на эту издевку не обратила внимания или просто приняла саркастическую фразу за чистую монету. – А роза как именно лежала?

– Розу положили на руки обеим Ленкам. И пахла она очень вкусно. Так, как будто ее только-только с грядки сорвали, – с наслаждением на лице втянула носом несуществующий запах Немоляева.

– С куста срезали, – автоматически поправил ее Гуров.

– А я что сказала? – удивилась в ответ девушка и тут же вновь засмущалась. – Ой, я опять вопросы задаю…

Сыщик, уже вполне адаптировавшийся к манере разговора Немоляевой, только усмехнулся в ответ. Он тщательно допросил девушку по поводу всех событий дня, в который была совершена кража. Выбрать время для ограбления квартиры фигуристки у преступника не составляло труда, поскольку Елена каждое утро озвучивала свой рабочий график, а также рассказывала, где, с кем и как она собирается отдыхать. А затем, если планы менялись, тут же выкладывала новый ролик в один из своих блогов, в котором подробно извещала подписчиков обо всех изменениях. И делала это Елена в течение нескольких минут после того, как планы менялись. То есть у преступника была полная возможность следить в реальном времени за местоположением своей жертвы даже без всяких пиратских программ и своевременно узнавать об