Империя господина Коровкина - Макс Гришин

Еще пару дней назад он успокаивал себя тем, что произошел какой-то сбой оборудования на сотовой вышке, что дождь или ветер вывели из строя единственный на десятки километров вокруг передатчик, но звонок нужным людям лишил его и этой надежды. «Все телефонные вышки в данном районе работают в штатном режиме», – Шабаич переслал ему сообщение от оператора сотовой связи, сообщение, которое почти полностью убило его последнюю надежду на пресловутый технический фактор.

– Но может нет, может они действительно охотятся, может им еще надо время? – говорил он себе вслух, – может охота затянулась чуть больше обычного? – но взгляд на календарь разбивал вдребезги и эти слабые надежды. Их охота продолжалась уже четвертый день. Такого не было еще никогда, да такого и не могло быть. Конечно была вероятность того, что они, закончив охоту, решили немного отдохнуть в тишине на природе, но он слышал как лупил дождь по крыше дома, видел ветви деревьев, гнувшиеся от ветра на фоне серого, беспросветного неба, и эти последние его надежды таяли в пузырях дождя как тает последний зимний снег под первым апрельским дождем.

– А может он уже в Испании?! – мысль эта пришла к Петро так внезапно, что он даже остановился посреди комнаты. Он удивился, почему не думал об этом раньше. – Но нет, он бы позвонил… точно бы позвонил, если, конечно… – холод пробежался у него по спине и он докончил тихо, еле слышно, – если, конечно, он не был вынужден покинуть страну быстро и тихо. Но времени прошло уже достаточно, он нашел бы способ дать о себе знать, он умный, он что-нибудь бы придумал!

Петро быстро подошел к компьютеру и залез в свою электронную почту. Может там было что-то? Может он просто не мог воспользоваться телефоном? Но из непрочитанных там было только сообщение из его автоцентра, предлагающего какую-то скидку и сообщение от нигерийского генерала, с прискорбием информирующее его о том, что его дедушка Qweku Afanasiev скончался в одной из больниц африканской страны, оставив ему многомиллионное наследство, и что ему надо только сообщить номер своей карты и код безопасности для того, чтобы эти деньги ему перевели. Больше интересных сообщений в его почтовом ящике не было.

Но может не успел? Может просто не мог? Может он действительно давно в Испании? Был один способ узнать это – позвонить Кати и спросить у нее, приехал он или нет. Но проблема была в том, что он не знал ее телефона и не имел ни малейшего представления о том, где можно было его найти. Он видел эту девушку всего два раза в своей жизни, последний на свадьбе и контакты между ними были сведены к формальному привету, который он передавал ей через Александра каждый раз, когда тот уезжал к себе за границу.

– Домашний телефон! – проговорил он вслух после нескольких минут раздумья. Он вспомнил, что когда он первый раз приезжал к Александру в гости несколько лет назад, он скинул ему полный адрес и телефон на случай, если не получится дозвониться в роуминге до мобильного. После нескольких минут поиска он нашел в архивной папке это сообщение и да, внизу, с кодом Испании, был указан телефон их нового заграничного поместья.

Цифра за цифрой он осторожно перенес его на дисплей телефона, внимательно проверил длинный номер с международным кодом и нажал на кнопку вызова. В его руках чувствовалось напряжение и пальцы нервно барабанили подушечками по поверхности стола. Гудки продолжались минуту, потом вторую. Никто не подходил, никто не брал телефон. Петро уже хотел сбросить вызов, но вдруг что-то щелкнуло по ту сторону трубки и грубоватый женский голос проговорил:

– ¡Hola! 38

Петро поморщился, будто проглотил что-то горькое. То, чего он так боялся! Вместо Кати телефон взял кто-то из местных и теперь ему с его знанием иностранных языков надо будет каким-то образом объяснить, что ему нужно.

– Хола! Кати… э-э-э… ту телефон…

– ¿Desculpe? 39

– Вот твою мать! – вырвалось у него с досадой. Общаться с иностранцами всегда было для него чем-то крайне мучительным. При всей своей образованности и общем уровне развития, у него не было ни малейшей способности к языкам. Он знал какие-то слова, помнил со школьной скамьи какие-то выражения, но все эти его познания не ушли далеко от первых глав учебника «Бонка».

– Лисэн! Нид… Кати к телефону! Андестэнд?

Повисла пауза. Видимо находившийся по ту сторону телефона собеседник столкнулся точно с таким же языковым барьером.

– Señor, no le puedo entender… 40

– Инглиш. Ду ю спик инглиш?

– Yes… un poco. 41

– Кати к телефону… Плиз…

– Señor, Katarina no está en casa now… está en el extranjero ahora, en Rusia. 42

– Чё? – Петро не понял ничего, кроме Katarina и Rusia. – Репит, плиз. Вот?

– Como se dice… she is… ahm-m-m en Russia now. Two days before, en el avión… 43

– Ин Раша нау? Ин Раша, говоришь? – Петро был уверен, что он понял что-то не так. Но голос на том конце подтвердил ему, что он действительно не ослышался:

– Si, señor! Two days before en el avión a Russia. 44

На смеси русского и ломанного английского языка, Петро спросил женщину не путает ли она ничего и куда именно в России полетела Кати, но получил в ответ такую тираду на совершенно непонятном для себя языке, что поморщился и, не прощаясь, бросил телефон.

– Что за херня, – он снова поднялся и начал быстро ходить взад-вперед по комнате. – Ее родители теперь почти всё время проводят за границей. Здесь же, в России, у нее есть только какая-то тетка в Тюмени. Да и… – он вдруг остановился, вспоминая, как Александр говорил ему про то, что Кати напрашивалась поехать с ним сюда, но каждый раз он останавливал ее. Но зачем она поехала, может она хотела сделать ему сюрприз?.. – если, конечно, – продолжал он вслух, – если, конечно, он сам не позвонил ей и не пригласил ее приехать. Но он не мог этого сделать! Ведь он мне сам об этом говорил!

Часы пробили шесть вечера, когда он спустился на первый этаж к холодильнику и достал оттуда новую бутылку виски. Он налил себе четверть бокала и тут же осушил содержимое до дна. Виски обожгло горло, и он поморщился. Но эту боль он предпочитал боли головной от нервного напряжения.

– Разгребу это дерьмо и съезжую куда-нибудь отдохнуть, надо