Историческое подготовление Октября. Часть I: От Февраля до Октября - Лев Троцкий

Немецкие матери и жены выходят толпами на улицы городов и требуют мира и хлеба. Тревожное недовольство охватывает голодающие массы Германии. И вот кайзер заставляет свою армию сделать новое усилие. Вместо хлеба и мира немецкий народ получает телеграмму о взятии Риги. Гинденбург осчастливливает германских рабочих и крестьян вестью о том, что их братья скоро начнут трупами своими устилать дорогу на Петербург. «Вперед солдаты! – призывает Гогенцоллерн, – там, под стенами Петропавловской крепости, вы найдете желанный мир!»

А в это самое время русское правительство заявляет: теперь, когда германские войска снова наступают на нас, о мире можно говорить меньше, чем когда бы то ни было. «Будь проклят тот, кто теперь говорит о мире!» – воскликнул министр-председатель Керенский на совещании в Москве. О мире можно будет говорить только тогда, – поясняют так называемые «патриоты», – когда мы вышвырнем врага из пределов России.

Больше трех лет прошло, пока немецкая армия, путем наступлений и отступлений, дошла до своих нынешних позиций. Есть ли у нас основания думать, что мы отбросим немцев обратно к границам 1914 года скорее, чем в течение трех лет? И в случае, если наше наступление пойдет успешно, не скажет ли немецкое правительство: теперь, когда русские войска снова угрожают границам Германии, нужно отбросить самую мысль о мире!

А если и этой зимою, и следующей весною военные действия окажутся неблагоприятными для нас? Что тогда? Где же и когда будет заключен мир? На что же надеяться русскому народу и трудящимся массам всего мира? Или же Европа, а с ней и Россия осуждены и впрямь истечь кровью? Народы вцепились, терзают друг друга, воют от нестерпимой боли и не находят спасения. А те, что стоят над народами, их правительства, монархические и республиканские, по-прежнему изо всех сил оглушают сознание и совесть своих подвластных – воинственной проповедью и кнутом дисциплины. Мы видим, как у нас в интересах войны снова вводится на фронте едва отмененная смертная казнь, а теперь, после падения Риги,[215] ребром поставлен вопрос о введении смертной казни в тылу. Война пожирает не только человеческие жизни и достояние, но и всю нашу революцию вместе с пробужденными ею великими надеждами.

Затягивание войны есть гибель для Европы и, прежде всего, для России. Все воюющие страны выйдут из войны разоренными. В течение десятилетия придется восстановлять то, что разрушается теперь. Но более богатые страны, как Германия и Англия, оправятся скорее. А наша отсталая Россия, вконец опустошенная непосильной войной, может стать добычей иноземных капиталистов – германских, английских или американских, не все ли равно? Независимо от хода военных действий на фронте, сама война, чем дольше она длится, тем вернее превращает Россию в колонию… Мир и только мир может спасти революцию, Россию, всю Европу!

«Стало быть, поклониться Вильгельму? Отдать ему все, что он успел захватить?»

Нет, мы обращаемся не к Вильгельму. Мы не ищем ни милостей, ни дружбы берлинского палача. Но мы не ждем никакого добра и от всех других правительств, которые бредут по пояс в крови собственных народов. И мы не питаем никакого доверия к нашему собственному правительству, которое выросло из революции, но перешло на сторону ее злейших недругов. Не к правительствам мы обращаемся со словом увещания, и не пощады мы просим у врагов. Нет, мы обращаемся к народу, к рабочим, работницам, солдатам, крестьянам с призывом удвоить и утроить свои усилия в борьбе за мир.

Правительства приходят и уходят, как пена на волне. А здесь решается судьба сотен миллионов людей, судьба будущих поколений, судьба всего человечества. Хищные безумцы и потерявшие голову трусы, которые стоят во главе воюющих государств, повторяют с упрямством маньяков: «Война до конца!». Пусть же в голову этим преступникам ударит всенародный клич: «Конец войне!».

ЛОЖЬ И ПРАВДА

Во всех воюющих странах народные массы одинаково страдают и гибнут от войны. И всюду их обманывают сверху. Им говорят, что это война за право, за независимость, за свободу. У нас говорят, что это война за революцию. Неправда! Обман! Народы были ввергнуты в бойню не за свою свободу, а за интересы своих поработителей. И сейчас народы продолжают истекать кровью потому, что одни капиталисты все еще надеются взять верх, а другие, не достигнув своих целей, боятся мира, как страшного суда. Если б мы, русские, действительно воевали за революцию, разве могли бы мы действовать рука об руку с английскими империалистами, американскими биржевиками, французскими ростовщиками, сплошь заклятыми врагами русской революции? Разве наши собственные Пуришкевичи, Родзянки, Милюковы, Гучковы, генералы Корниловы[216] и Алексеевы требовали бы продолжения войны, если б война действительно укрепляла революцию, а не губила ее? Неправда! Обман! Мы воюем не во имя идеи, не ради народных интересов, а из-под палки, по команде империалистов, русских и союзных, как солдаты Германии и Австрии убивают и умирают из-под палки своих династий, своего дворянства и своей буржуазии. Эта война есть взаимоистребление капиталистических рабов, которых гонят в огонь рабовладельцы. Такова подлинная правда о войне!

ФАЛЬШИВЫЕ «СОЦИАЛИСТЫ»

Эту правду имущие классы и их слуги тщательно скрывают от народной совести. Во всех странах развелось немало таких «социалистов», которые помогают своей буржуазии пускать пыль в глаза трудящимся массам. Эти «социалисты-патриоты» в Германии поддерживают кровавую работу Гинденбурга. Во Франции и Англии они заседают в министерствах вместе с капиталистами и понукают рабочих к покорному пролитию крови. Наконец, в России эти «социалисты», на деле отрекшиеся от социализма, как будто держат в своих руках большую половину правительственной власти. Керенский, Савинков, Чернов, Авксентьев, Скобелев, Прокопович… ведь это все министры из двух «социалистических» партий: социалистов-революционеров и меньшевиков. И вот эти социалисты-патриоты не только сеют в народе ложные идеи насчет войны, но и карают смертью и каторгой тех, кто бросается против войны. Это не наши люди, не друзья народа. Нет, это дезертиры, перебежчики в стан буржуазии.

ИНТЕРНАЦИОНАЛИСТЫ

Но есть во всех странах другие социалисты, верные и честные борцы за интересы трудящихся, непримиримые враги эксплуататоров и их подлой войны. Это – социалисты-интернационалисты. Они говорят народу правду. Они называют вещи своими именами: подлую бойню не перекрашивают в революционный цвет, хищников именуют хищниками и грабеж – грабежом. Они не хотят никаких сделок ни со своей совестью, ни с бессовестностью имущих классов. Интернационалисты призывают рабочие массы всех стран к непримиримой борьбе против войны и империалистических правительств.

«Главный враг народа – в собственной стране!» – воскликнул революционный вождь немецкого пролетариата Карл Либкнехт. Чем решительнее, тверже, смелее рабочий класс внутри каждой страны станет бороться против собственной буржуазии, против ее воинственных планов и дипломатических плутней, тем скорее пробьет час мира! Такой же клич бросил австрийским рабочим Фридрих Адлер, героический борец против Габсбургской монархии и ее преступников-слуг. Во всех воюющих странах интернационалисты нашли за эти три года доступ к душе обманутых буржуазией масс. Несчастный солдат, который сидит в размытых водою окопах, голодный, покрытый вшами, среди собственных отбросов и дожидается смерти от чугунного осколка или зловонных газов, – этот солдат всей душой своей чует правду в революционной проповеди интернационалистов.

ВДУМАЙСЯ, СОЛДАТ, И ПОЙМИ!

Нынешнее общество построено так, что ничтожное меньшинство распоряжается и трудом, и жизнью огромного большинства. Буржуазия, сильная своими капиталами, своим знанием и своим коварством, командует во всех странах. Это она, ради своих интересов, посылает армии на убой. Это она приручает многих вчерашних «социалистов», делает их своими покорными слугами и при их помощи обманывает народ. Только борьба против буржуазии и буржуазного строя может дать народам мир. Рабочий класс должен отбросить прочь буржуазию от власти и, взявши все управление делами государства в свои руки, покончить, прежде всего, с войной, а затем и со всем буржуазным строем.

Буржуазия всех стран предчувствует, что надвигается расплата за ее неисчислимые преступления. Поэтому она теперь удесятеренной ненавистью ненавидит вождей народа, революционных социал-демократов. Она арестует их, предает суду, отправляет на каторгу, а где может, расстреливает, и во всех странах изливает на них отравленную клевету. Про Карла Либкнехта буржуазные немецкие газеты писали, что он подкуплен английским правительством. Фридриха Адлера австрийские патриоты объявили агентом царской России. Английского социалиста Маклина, недавно только выпущенного из каторжной тюрьмы, английские шовинисты называли не иначе, как наемником кайзера. И у нас партию социал-демократов-интернационалистов (большевиков) за ее верность делу международного рабочего класса всякие реакционные негодяи (Милюковы, Переверзевы, Алексинские, Бурцевы) называют «германофильской» и обвиняют ее вождей в сношениях с германским правительством. И Керенский с Авксентьевым и со Скобелевым так же бесстыдно преследуют большевиков, как германский кайзер – сторонников Карла Либкнехта, наших немецких друзей.