Шанакарт 2. Корона Сумрака - Белая Лилия Альшер

то разговоры с Кайрой, то Шейлирриан. И везде, везде были Шерри и Альшер. Шелара всё смотрела на них, и они медленно сливались. Жесты, слова, интонации, всё, что одинаково пламенно отдавалось в её крови, смешивалось. До тех пор, пока она не поняла, что всё, что она видит - это действие ша-ирлеш, который тянет её к одному лишь Альшеру, Шерри, Альшерриану… Как бы ни назвался Ледяной демон… И в тот момент, когда она готова была это принять для себя, узы исчезли, и стылая волна утянула её в пропасть Смерти, как прибой уносит игрушечную лодочку с берега.

- Смерть разрушила узы? - почти утвердительно спросила Шелара, глядя в пол.

- И все прочие твои договорённости, - он выпрямился. - Ты, наверное, не поверишь, но все предлагали мне именно такой способ исполнения твоей просьбы. Ирония в том, что я отказался, но ты и без меня замечательно справилась. И теперь ты свободна, как шальной ветер над Океаном.

Шелара невесело улыбнулась:

- Почему шальной?

- Потому что ты так же взбалмошна! - он цокнул языком и заправил ей за ухо прядь волос. - И непредсказуема. Никогда не угадаешь, будешь ли ты возмущаться или бросишься в объятия.

Шелара густо покраснела и отвернулась ещё сильней, хотя куда уж?

- Просто я считаю, что человек, воскресший после смерти, может позволить себе забыть о морали и чужом мнении и жить так, как хочется. Приоритеты меняются.

- Разве ты когда-нибудь жила иначе, маленькая воровка из Лерды? - насмешливо уточнил демон, которого её размышления больше развеселили, чем удивили.

- Я всегда жила с оглядкой на то, не разочарую ли дядю. Прошлое в Лерде можно было легко утаить, а вот отсутствие чести - только до поры до времени. Но это уже не важно.

- Трудно спорить.

- Да я не о том, что произошло, - она уверенно повернулась, серьёзно скрещивая руки на груди, смущение больше не мешало говорить. - Я о том, что это моё решение. Принятое без ша-ирлеш и какого бы то ни было давления со стороны. Для меня это было важно.

- Я помню, - рассмеялся демон, пальцами приподнимая её упрямый подбородок и наклоняясь, чтобы поцеловать искусанные мягкие губы. - Но зато теперь у тебя не осталось ни одной отговорки.

Шелара ответила на пьянящий, неспешный поцелуй, от которого начинала кружиться голова, и что-то сладко сжималось внутри, и, отстранившись, тихо вздохнула, не открывая глаз.

- А у тебя ни одной причины.

- Я дорожу тем, что достаётся мне с таким трудом.

- Цитировать самого себя - дурной тон! - фыркнула Шелара, припоминая, как этот беловолосый интриган под видом наёмника уговаривал её доверять ему же, но Принцу. Всё-таки, плачет по нему бродячий театр, горькими слезами заливается!

- Не такой уж и дурной, если мысль стоящая.

Шелара улыбнулась, прижимаясь щекой к приятному расшитому шёлку:

- Ты мне, между прочим, Обсидиановые клинки задолжал!

- Почему же задолжал? - демон продолжал обнимать её за талию. - Они в полном твоём распоряжении. Но вместе со мной. Ты ведь не станешь спорить, что я лучше ими владею?

Девушка только скептически хмыкнула. Кто бы сомневался, что этим всё и закончится?

- Нечестно, - опять укорила она. - Ты ведь и не собирался их отдавать?

- Нет. И я был совершенно уверен, что мне и не понадобится это делать.

- Какой же ты всё-таки! - слов у неё не нашлось. - В сделке с демоном невозможно выиграть!

- Смотря, что ты хочешь от сделки получить, - улыбнулся он так, словно утаивая нечто важное.

Шелара помолчала, просто наслаждаясь тёплым запахом кедра и лаванды, исходящим от его одежды и от него самого. Наверное, теперь так пахла и её кожа, чуть пряно и сладко. От этой мысли ей снова стало жарко, несмотря на то, что в комнате охранялась прохлада, даже узоры инея на спинке постели не таяли.

- Удивительно, что ты не стал отрицать свой маскарад, - произнесла она после длительной паузы, когда горячая кровь немного отхлынула от лица и груди.

- Узы невозможно обмануть. Ты, кстати, могла и раньше догадаться, если бы так не сопротивлялась тому, что любишь меня.

- Что-о?! Я такого не говорила! - возмущённо ахнула девушка, отшатываясь от него, но он не отпустил её, разумеется.

- Для очевидных вещей не нужно словесного подтверждения, моя Принцесса, - промурлыкал Альшер ей на ушко. - Трава зеленее не станет, если ты это озвучишь.

Шелара рассмеялась и юркой шёлковой кошкой выскользнула на свободу. Поправляя руками длинные смоляные волосы, она уверенно направилась к двери, надежда не пропустить обед почти умерла, но выходить всё равно нужно. Пока демон-искуситель всерьёз не заставил её признаться и не отрезал все её пути к отступлению. Не сейчас, возможно, что никогда, но не сейчас точно.

- И не скажу! - пообещала она, шаловливо закусывая губу. - Не мечтай!

Он просто пожал плечами и последовал за ней к двери. Ему, в сущности, не нужно были её слова.

И когда она уже взялась за старую пятнистую латунную ручку, обернулась и взглянула в хризолитовые глаза:

- А что ты сказал моему дяде, почему вы со мной?

Альшерриан рассмеялся, предвкушая веселье:

- Я сказал, что я твой муж.

- Что ты сказал?!

Айшариль вышла из шатра в туманный продрогший рассвет, посмотрела на притихшее, сиреневое от волн полевицы, ощетинившееся высокими колосками тимофеевки, лисохвоста и ежи, поле. Туман смутными, тягучими и полупрозрачными сгустками парил над разнотравьем, медленно рассеивался. Демоница вздрогнула от притаившегося внутри сонного озноба и застегнула куртку. Да, тела арши приспосабливались под разные температуры магически, они не страдали от холода или жары, но от душевного холода, как и от душевного жара, магия не спасала. И ей было холодно, очень холодно.

- Доброе утро, - равнодушно бросил Наследник, на миг отвлёкшийся от своих