Возжелать невозможного - Маргарита Полякова

Разумеется Лавр понимал, что лезущие ему в голову мысли — это бред собачий. Ну что такого может случиться с магичкой? В том, что Форс без проблем доставит Татьяну в Льясму, эльф нисколько не сомневался. Как не сомневался и в том, что Канцлер о магичке позаботиться. И все-таки… все-таки эльфу было не по себе. Ролум слишком часто рассказывал ему, насколько беззащитны маги, временно лишившиеся своего дара. Вряд ли, конечно, Татьяна поведает о своих проблемах Горморлу или кому-нибудь еще, не такой она человек. Но… вдруг найдется кто-то, кто захочет воспользоваться ослабленным состоянием магички? Татьяна наверняка нажила себе при дворе Сьенны немало врагов. С ее характером это неудивительно. И шанс, что кто-нибудь решит от нее избавиться, весьма велик.

Лавр помянул демонов Подземного мира. Вряд ли, конечно, Татьяне понравится то, что он собирается сделать, но… поступить по-другому эльф просто не мог. Если магичку кто-то и убьет, то это будет он сам! Делиться подобным удовольствием с посторонними эльф совершенно не хотел. Ну и потом… Лавр чувствовал себя в определенной степени виноватым за произошедшее. Если бы он снес голову небельсу на пару секунд раньше, тот не успел бы кинуть в Татьяну артефактом! Данное обстоятельство настолько раздражало эльфа, что он просто не находил себе места. Если уж магичка, по его милости, оказалась беззащитной, значит, Лавр должен был обеспечить ей охрану. Или хотя бы убедиться в том, что это сделал Горморл. В конце концов, эльф даже на глаза Татьяне показываться не будет! Просто заглянет, выяснит, что к чему, и всё! Однако претворить последнее решение в жизнь оказалось практически невозможным. Прежде всего потому, что Татьяна была в своей спальне одна. Видимо, посчитав, что магичке надо как следует отдохнуть, Горморл не решился беспокоить свою любовницу. А может быть, сплетники, как всегда, врали, и Татьяна вовсе не проводила с Канцлером каждую ночь. Последнее предположение нравилось эльфу гораздо больше. Он улыбнулся собственным мыслям и спрыгнул с подоконника в комнату.

Вообще-то, Лавр мог бы спокойно возвращаться во Фряндию, поскольку выполнил то, зачем явился. Эльф на собственной шкуре убедился, что охрану Горморл организовал по высшему разряду и Татьяне абсолютно ничего не грозит. (Для того, чтобы пробраться к магичке в комнату незамеченным, эльфу пришлось истратить аж три артефакта). Да и сама Татьяна, досматривающая десятый сон, явно не опасалась нападения и не слишком-то переживала по поводу временного лишения своих магических способностей. Однако Лавр просто не смог устоять. Спящая Татьяна, выглядела абсолютно беззащитной. И удивительно милой. Эльф плотоядно улыбнулся, шагнул к постели и… только врожденный и отработанный веками инстинкт позволил ему остаться в живых. Лавр осмотрел воткнувшийся в сену арбалетный болт, просвистевший прямо у него над головой (поскольку пригнуться он, к счастью, все-таки успел) и выругался. Нет, ну это надо же было так попасться! А все уютный, милый, почти домашний вид спящей Татьяны… тьфу! То, что магичка временно потеряла свой дар, еще не означает, что она перестала быть Охотником и не поставила ловушек! И не подумать об этом было просто идиотизмом! Свист стрелы разбудил Татьяну, она мгновенно подскочила на постели, и в ее руке тут же оказался заряженный арбалет, направленный в грудь эльфа.

— Потрясающе выглядишь, — насмешливо заметил Лавр, плотоядным взглядом окидывая обнаженное тело магички.

— Ты чего здесь забыл? — нелюбезно поинтересовалась Татьяна, откладывая арбалет и кутаясь в одеяло.

— Да вот, решил проверить, как ты себя чувствуешь. Вижу, великолепно.

— С чего бы это вдруг такая забота? — ехидно спросила магичка, пытаясь стряхнуть с себя остатки сна, в котором, кстати, тоже присутствовал эльф. Только в более фривольном виде.

— Да понимаешь, тут такое дело… — обворожительно улыбнулся Лавр, но закончить фразу Татьяна ему так и не позволила. Она неожиданно выскользнула из постели и, мгновенно оказавшись рядом с эльфом, закрыла ему ладонью рот.

— Ты слышал? — прошептала она. — Мне показалось, что за дверью кто-то есть.

Лавр прислушался. Точнее, попытался. Поскольку все, что его могло волновать в данный момент — это прильнувшее к нему обнаженное женское тело. И подобного искушения он выдержать просто не смог. Да и ни один другой мужчина не смог бы. Если он вообще мужчина. Руки Лавра непроизвольно заскользили по гладкой, горячей коже Татьяны. Мельком прислушавшись к собственным ощущениям и не почувствовав никакой опасности, эльф с тихим вздохом нежно поцеловал магичку в ухо. Татьяна вздрогнула и, наконец, осознала, в каком она виде и рядом с кем находится. Но было уже поздно. Глаза Лавра почернели, а от его тела била такая сумасшедшая страстная энергетика, что магичка не смогла устоять. Боги! Без защитных заклятий Татьяна могла ощущать все эмоции Лавра, и это было восхитительно! Безумное вожделение сметало все на своем пути. Сумасшедшее, неконтролируемое, взрывоопасное, оно захватило магичку и поглотило ее целиком. В этот момент она не могла думать ни о своих постоянных ссорах с Лавром, ни о том, какой он невыносимый тип, ни даже о том, что они вообще делают. И где?! В замке, истинным хозяином которого является Канцлер! Татьяна попыталась выскользнуть из настойчивых объятий эльфа и объяснить ему, что он затеял смертельно опасную игру. Причем опасную для них обоих. Горморл может объявиться в любой момент, а слуги наверняка подслушивают за дверью. Такое более, чем вероятно! Многим покоя не дает тот факт, что любовницей Канцлера стала какая-то безродная Охотница.

Да что творит этот сумасшедший эльф? Почему он так на нее действует? Магичка не только не смогла оттолкнуть Лавра, она буквально таяла от его прикосновений, шла навстречу всем его желаниям и абсолютно не могла себя контролировать. Неистовое, всепоглощающее возбуждение затопило Татьяну целиком. Оно долбилось в виски, поднимая волну страсти и сметая все благочестивые намерения. Ну куда, куда можно было сбежать от жадных губ Лавра? От его настырных и весьма умелых рук? И зачем бежать? Татьяне хотелось окунуться в этот омут как можно глубже и испить его до дна. Она отдалась на волю ощущений со всей страстностью, на которую только была способна. Не желая ни думать, ни контролировать, ни сдерживаться. К демонам! И Горморла, и задание, и вообще всё на свете! Может Татьяна хоть иногда почувствовать себя женщиной? Женщиной, которую до безумия вожделеют, и которая не менее безумно вожделеет в ответ? Мир взрывался, потрясался, вертелся волчком… и кому какое дело до того, что захвативший магичку с эльфом сумасшедший порыв — это всего лишь сиюсекундная увлеченность, которая ничего не значит и никогда может не повториться? А что будет завтра… да какое это имело значение для двух наемных убийц, постоянно рискующих собственной жизнью?