Спасательный корабль - Гарри Гаррисон

— Пока нет.

— Флэкс! Ты мне ради бога не ври. Ваш компьютер имеет достаточно данных о нашей орбите, чтобы уже дать ответ.

— Вы находитесь на высоте...

— Я знаю, на какой высоте мы находимся и с какой скоростью вращаемся вокруг Земли. Ты мне скажи лучше, это угасающая орбита или нет? Сколько нам тут висеть, прежде чем мы войдем в слои атмосферы и покатимся вниз?

— Я пока не могу точно ответить на этот вопрос...

— СКОЛЬКО У НАС ВРЕМЕНИ, Я СПРАШИВАЮ?!

— Ладно-ладно, Патрик, успокойся. У нас есть заключение, но оно носит предварительный характер. Надо еще раз обработать данные, и тогда я дам тебе ответ. Пока же очень приблизительно, с допуском в 70%, позволю себе предположить, что на этой орбите «Прометей» может оставаться примерно 36 часов.

— То есть всего один день?

Надя, широко раскрыв глаза, посмотрела на Патрика. Она тоже слышала. Он медленно ей кивнул, даже не пытаясь изобразить улыбку. После долгой паузы Уинтер сказал:

— Послушай, что я тебе скажу, Флэкс. Нам нужно немедленно уносить ноги с этой орбиты, иначе «Прометей» превратится в метеорит, который всего через один день прожжет здоровенную дыру в атмосфере. Сделай так, чтобы двигатели заработали. Если не получится, пусть твои мальчики придумают что-нибудь еще. Нам нужны расчеты на случай, если придется выбираться с этой орбиты на одном ядерном двигателе. Мы тогда отстрелим корпус ракеты и будем дальше двигаться сами. Ты понял меня?

— Понял, и очень хорошо. Мы уже прорабатываем такой вариант на компьютере. Ты готов к новому пуску?

— Роджер.

— Я буду считать тебе сам, включайся на нуле. Десять, девять, восемь...

И на сей раз зажигание не включилось, хоть Патрик со всей силы тыкал большим пальцем в кнопку пуска.

— Ну ладно, что дальше? — прокричал он. — Вы сможете наладить эти чертовы двигатели или нам нужно отсоединяться?

— Через несколько минут будете отсоединяться. Мы должны быть уверены, что у вас хватит времени подготовить ядерный двигатель к пуску.

— Очень предусмотрительно с вашей стороны, — прорычал Патрик, отключив связь, и обратился к экипажу: — Вы все слышали? Мои переговоры с Центром должны были транслироваться и по интеркому.

— Слышали, — ответила Коретта. — Но, извините за глупость, я ничего не поняла.

— Да просто дело в том, — ответил Элай, — что если оставить все как есть, то примерно через сутки войдем в плотные слои атмосферы и превратимся в очаровательную падающую звезду вроде тех, которыми любят восхищаться влюбленные по ночам. Чтобы избежать такого исхода, мы надеемся — я полагаю, что «надежда» самое подходящее тут слово, — использовать мой ядерный двигатель, имеющий весьма слабую мощность и не предназначавшийся для подобных целей. Радует в данной ситуации лишь одно: я уже успел просчитать эту ситуацию на своем калькуляторе. У компьютера, конечно, получится лучше, но я уже сейчас могу вам сказать, что мы, наверное, сумеем выбраться на моем двигателе с этой орбиты. Только нужно освободиться от мертвого груза у нас на хвосте и поторапливаться. Итак, я отстегиваюсь и иду к двигателю.

— Нет! — крикнул Патрик. — Пока я не скажу, ты останешься на месте. Я должен доложить в Центр. Центр управления полетом, вы меня слышите?

— Роджер, «Прометей». Мощности ядерного двигателя вам для проведения нужного маневра хватит, и запустить его следует как можно скорее. Подготовьтесь к отделению последней ступени.

Элай рассмеялся:

— То же самое, что сказал я, только многословнее и напыщеннее. Скажи им, чтоб скорее отсоединили болты или чем там у них корпус крепится, а я выберусь из своей койки и подготовлю двигатель.

— Отделение ступени!

Взрывы, предназначенные для уничтожения креплений, соединявших последнюю ступень ракеты с самим «Прометеем», в их отсеке были едва слышны. Патрик включил телекамеру и передал сигнал в Центр управления полетом. Теперь отделившаяся ступень поступала в их распоряжение, именно им предстояло благополучно опустить ее на поверхность Земли. Если, конечно, они сумеют с ней справиться.

— Вы только посмотрите! — хрипло воскликнул вдруг Патрик. — Центр, смотрите на экран! Видите? Она не отделилась! Висит косо, но по-прежнему прицеплена к кораблю. Наверное, одно из соединений не взорвалось. Не знаю, что там стряслось, но эта штуковина все еще здесь, а стало быть, мы не можем включить ракетный двигатель! Центр управления, вы меня слышите? Немедленно решайте что-нибудь! Иначе наш корабль станет самым большим метеоритом, какой когда-либо видело человечество.

Глава 14

ПВ 01:38

— Это значит, что придется перебирать всю первую полосу, а мы и так на сорок минут опаздываем, — сказал метранпаж, глядя на новый макет.

— Делай что хочешь. Хоть маму родную в печатный станок засунь, — сказал главный редактор. — Материал подоспел в самый раз. Я бы и сам решил его печатать, но тут соизволил позвонить Всевышний, так что это даже не мое, а Его решение.

Когда владелец газеты что-то приказывал, сотрудники повиновались беспрекословно. Последнее время тираж «Газетт-таймс» постоянно падал, поэтому любая возможность исправить положение была кстати. Метранпаж открыл дверь своего застекленного кабинетика, находившегося в углу наборного цеха, и направился к машинам. Наборщики даже не оглянулись на него — они размещали по полосе иллюстрации. Метранпаж был настолько поглощен своими заботами, что чуть не сбил с ног худенького человека, который бросился к нему, размахивая какими-то бумагами.

— Уйди, Купер, не вертись под ногами.

— Да ты посмотри, что я принес. Это срочно!

Редактор отдела науки потряс своей растрепанной шевелюрой; прядь длинных волос упала ему на глаза. Когда Купер волновался, он начинал грызть ногти на своих заляпанных чернилами руках.

— Не сейчас, позже. Нам придется перекраивать всю газету. Потому что так распорядился сам Всевышний. У меня нет времени возиться с твоей ерундой. Что-нибудь сенсационное на дезо-дорантном фронте?

— Нет-нет. Ты только послушай. Эта ракета...

— Отстань! Твоей ракетой у меня вся первая полоса забита. Через двадцать четыре часа она сгорит, а с ней вместе шестеро ни в чем не повинных людей.

— Что у вас тут за крик? — втиснулся между ними главный редактор.

— Сэр, я пытаюсь его остановить. Нужно изменить первую полосу. У меня потрясающая статья!

Главный редактор развернулся и внимательно посмотрел на взволнованного Купера. Как знать, вдруг в самом деле сенсация?

— Купер, даю вам 60 секунд. И смотрите не разочаруйте меня.