Трилогия о Драко: Draco Dormiens, Draco Sinister, Draco Veritas - Кассандра Клэр

— Мне пришлось попросить у него автограф, — Драко пытался говорить шутливым тоном. — Это было самое дикое событие вечера.

— Что с Гарри? — Джинни смотрела на брата, пытаясь прочесть ответ в его глазах — как в детстве, когда у неё всегда получалось. Получилось и сейчас. Глаза Рона говорили: "Ему очень плохо… и хотел бы я, чтобы тебя это не волновало".

— Ему надо поспать, — сказала Джинни. — Вам всем надо отоспаться.

— Могу пожелать тебе удачи — попробуй убедить его в этом, — уронил Рон.

— Он так переживает из-за Эрмионы? — спросила она.

— Нет, — произнёс Драко. — Из-за Виктора. Он начинает понимать, на что способен, когда доведён до крайности. И боится этого.

Рон пристально взглянул на Драко:

— Ты-то что об этом знаешь?

— Больше, чем ты думаешь, — Драко опять начал тянуть слова, хотя и не так демонстративно и презрительно, как раньше. Потом пожал плечами и вышел на улицу, громко хлопнув дверью.

— Я пойду проверю, всё ли в порядке с Гарри, — сказала Джинни, не обращая внимания на выражение лица Рона, и стала подниматься наверх.

Драко стоял в саду перед домом Висли, и серебристый лунный свет дождём лился на него. Воздух был влажным и свежим, пахло мятой, розмарином и сырой землёй. Сады вокруг Имения Малфоев пахли совсем иначе: металлом, перцем и кровью.

Драко повернулся лицом к югу — туда, где был его дом, полез в карман за палочкой и с внезапным раздражением обнаружил, что карман пуст.

…И наплевать! — подумал он.

Да, несовершеннолетним магидам запрещалось творить заклинания без палочки, это верно. Но, с другой стороны, удирать из школы среди ночи и накладывать на знаменитых иностранных спортсменов мощные Тёмные заклятия — это что, разрешается? По сравнению с этим магия без палочки — просто мелочь.

…Ну и к чёрту это идиотское правило, — решил он и вытянул перед собой левую руку. В ярком лунном свете зигзагообразный шрам на ладони сиял, словно нарисованный жидкой ртутью. — Странно… Рука, которую тогда разрезал Гарри — та, которой я колдую… И у него тоже… Интересно, это совпадение?

Он выбросил этот вопрос из головы и попытался максимально сконцентрироваться, думая о предмете, который он хотел достать, представляя его в том месте, где видел в последний раз. Он хотел, чтобы Призывающее Заклинание сработало. Было неважно, как далеко находится предмет, который вызывают, но нужно точно знать, где именно он находится. Драко вообразил себе кабинет отца, каким он его помнил, рисуя его в уме вплоть до запахов: книги, бренди и черная магия. Затем он закрыл глаза и поднял левую руку.

— Зовио!

Джинни обнаружила Гарри в бывшей спальне Перси, на кровати с безупречно свежими и аккуратно заштопанными простынями, которая стояла нетронутой с тех самых пор, как Перси покинул Нору. Гарри снял очки и сидел на кровати, обхватив руками колени и опустив голову. Джинни опустилась рядом с ним, почувствовав, как кровать просела под её весом.

— Гарри, — прошептала она, — тебе надо немного поспать.

Он медленно поднял голову:

— Я не устал.

Она всегда поражалась, как менялось его лицо, когда он снимал очки: оно сразу становилось совсем юным, но, как ни странно, не добрым и спокойным, а более жёстким, холодным и решительным. Между его бровями залегла складка: когда он поднял глаза и попытался улыбнуться, она исчезла. Джинни с интересом подумала о годах, требующихся для того, чтобы эта складочка превратилась в настоящую морщинку, которая будет видна независимо от того, улыбается он или нет. Джинни не знала, увидит ли она это.

— Конечно, ты устал, — сказала она. — Ты был на ногах много часов, пролетел много миль. Тебе надо поспать. Ты не сможешь помочь Эрмионе, если свалишься с метлы и упадешь в Ла-Манш.

— Я в любом случае не могу ей помочь, — проговорил он сдавленным тоном. — Это моя вина.

— Это не твоя вина! — возмутилась Джинни. — Как это может быть твоей виной?! Тут уж больше я виновата — мне не следовало оставлять её одну с Крумом в "Дырявом Котле"…

— Нет, — прервал её Гарри, качая головой. — Единственное, зачем Червехвосту могло понадобиться ее похитить — это чтобы добраться до меня. Ей грозит опасность только потому, что она для меня много значит. Как Сириус, и Рон, и все остальные, кто мне дорог.

— Ну, — как можно жизнерадостней произнесла Джинни, — тогда за Малфоя можно не волноваться — он в полнейшей безопасности.

Гарри принуждённо рассмеялся:

— Думаю да, — сказал он и убрал с лица волосы. — Джинни…

— Гарри, пожалуйста… Пообещай мне, что ты хоть чуть-чуть поспишь. Малфоя можно устроить в старой комнате Чарли, а ты оставайся здесь. А с утра разберёмся, что делать и как.

Гарри мгновение колебался, затем кивнул головой:

— Ты права, — сказал он. — Я знаю, что ты права, — он ей улыбнулся, и у неё потеплело в животе. — И ещё вот что, Джин… если ты не против… Знаешь, я не хотел бы сейчас остаться один, так что…

Джинни не сводила с него глаз:

— Да? — робко откликнулась она.

— Не могла бы ты попросить Рона подняться сюда? Я не в состоянии сейчас никуда идти, но мне необходимо с ним поговорить.

— А-а, — произнесла она и встала, — ну конечно. Я… я его позову прямо сейчас.

Спустившись на первый этаж, она прошла мимо Драко, который держал в руках большую зелёную книгу. При виде Малфоя у неё неожиданно возникло дикое и беспричинное желание пнуть его в лодыжку, но она сдержалась.

— Ты будешь спать в той комнате, — показала она на дверь в комнату Чарли, рядом с её собственной. — Одеяла в шкафу. И не проси меня постелить тебе постель — сам справишься, я этого делать не буду.

Он с любопытством посмотрел на неё.

— Тебя что-то беспокоит? — спросил он. — Опять поттеромания?

Выражение его лица оставалось по-прежнему беспристрастным, но Джинни чувствовала, что его самодовольная ухмылка так и хочет вырваться наружу.

— Я тебя не переношу, — заявила она. — Просто подумала, что ты должен это знать.

— На самом деле мне это безразлично, — произнёс он, аккуратно обошёл ее и направился по коридору в сторону комнаты Чарли.

Джинни застыла, глядя ему вслед. Она не могла понять почему, но ей было ещё больнее, чем минутой раньше.

Он стоял посреди комнаты, расположенной глубоко под землёй — Драко не понимал, откуда он это знает, но был в этом уверен. На нём была трехцветная мантия — чёрный, зелёный, серебряный, — и ботинки из драконьей кожи. Он не сомневался в том, что к подошвам его обуви было добавлено несколько дюймов, чтобы казаться выше. Однако даже через такую подошву Драко ощущал исходящий от пола жар.