Игра титанов - Дмитрий Казаков

– Все хорошо, – прошептала она, стараясь не морщиться от боли, что вскипела внутри черепа.

Сумела открыть глаза, разглядела обеспокоенные лица, поняла, что ее держат за плечи.

– Вы зашатались, мудрая, – прошептала одна из младших жриц. – И мы решили…

– Это неважно, – перебила ее Алинэ. – Куда важнее другое. Смотрите!

И она указала на паруса, которые медленно, но верно наполнялись ветром.

Реи заскрипели, натянулись канаты. Испуганный писк юнги смешался с радостным гомоном остальных.

Глава 12

Тьма из пучины

У корабля шорис их встретил Белый Тавр все с тем же свернутым кольцами кнутом на поясе и ухмылкой на красной физиономии. При виде лиафри на ней появилось и тут же пропало изумление.

– Вы вовремя, – пробурчал он без особого дружелюбия. – Забирайтесь на борт. Для гостей – лавки на носу.

Олен прошел по сходням над темной грязной водой, ступил на палубу. Гребцы, все могучие, точно борцы, с огромными мускулами и широкими плечами, поглядели на человека без интереса. Зато оцилан вызвал целую волну восклицаний, а уттарн – нервное молчание.

– Похоже, твое племя здесь не очень любят, – пробормотал Харальд, когда они прошли между двумя рядами скамей.

– А где его любят? – отозвался Рик. – Мы не такие, как все остальные, и этого хватает для ненависти.

Белый Тавр вскочил на фальшборт, ухватился четырехпалой ручищей за один из канатов, что держали мачту.

– Отплываем! – рявкнул он, и от звуков чужого языка, становящегося знакомым, у Олена заныла голова.

– Опять море, – проворчал Юрьян, и лицо его отразило тревогу, – эта мерзкая соленая хлябь… И почему наш мир устроен так неудобно, что все время приходится куда-то плыть?

Грохнули сходни, шорис, почесывая рожки, уселись на весла. Вода закипела, и берег, шумный и вонючий, начал удаляться. Поплыли мимо с одной стороны причалы, с другой – белая стена цитадели.

– Вон там, – Рик показал на самую ее оконечность, где высилась массивная башня высотой в пару сотен локтей, – Треугольная башня, обиталище правителя. Около нее – знаменитый на весь Вейхорн зверинец. Каких только тварей там нет… Разве что таких. – И он глянул на Рыжего.

Кот недовольно дернул хвостом.

– Хватит о ерунде болтать, – вступил в разговор Харальд. – Не пора ли дать местной хозяйке знать, что у нас есть?

– А тебя не смущает, что они заметят колдовство? – спросил Юрьян, указывая на гребцов-шорис, на занявшего место у руля Белого Тавра, на отбивающего ритм барабанщика около мачты.

– Все можно сделать незаметно, – сказал Рик, – хотя мне придется повозиться чуть больше…

Он закрыл глаза, сцепил когтистые лапы перед животом и замер, точно статуя.

В этот раз не было ничего, ни темной сети, ни огней. Просто мир стал ярче и живее, словно с него сдернули полупрозрачную ткань. По-новому зазвучали звуки, и Олен полной грудью вдохнул соленый морской воздух.

– Хорошо. – Хельга улыбнулась, чуть заметно, одними уголками губ.

Далеко над лесом, там, где высилась розовая башня земного обиталища Мастерицы Зверей, стаей взвились птицы. Настоящий смерч из черных точек забушевал над зелеными джунглями.

Корабль прошел Треугольную башню, когда от цитадели донесся грохот. В белой стене, что спускалась к самой воде, начали открываться темные проемы, и в них обозначилось движение.

– Ничего себе! – воскликнул Юрьян, когда блеснул на свету окованный медью нос, а за ним выдвинулась галера.

Она была меньше, чем судно шорис, и окрашена в синий цвет, зато на носу и корме имелись две башни для лучников.

– Это за нами, – проговорил Олен. – Рик, быстрее накидывай Плетение обратно.

– Поздно. – Харальд поднялся, приложил ладонь козырьком ко лбу.

Они прошли устье бухты и выскочили в открытое море. Стал виден простор, уходящий к северу и югу лесистый берег, белые, синие и красные заплатки парусов на горизонте.

Выбравшиеся из стен цитадели галеры, а их оказалось четыре, поползли следом, набирая скорость.

– Немедленно остановитесь! – долетел с их стороны искаженный, усиленный с помощью колдовства голос.

– В чем дело?! – оскорбленно взревел Белый Тавр, поднимаясь во весь немалый рост и сжимая кулачищи. – Мы не нарушили ваших статутов! Заплатили все пошлины! Мои матросы никого не убили!

Капитану шорис магии нужно не было, его ор поднял бы и мертвого.

– Не к тебе дело! – вновь долетел голос, и Олен разглядел на носу одной из галер вилакин, прижавшего руки ко рту.

– А к кому?

– К твоим пассажирам! Остановись, отдай их нам, и можешь плыть дальше!

Хельга обнажила меч, сверкнул клинок в руках Юрьяна. Рик чуть сгорбился, оскал его стал угрожающим, Рыжий встал и принялся точить когти о палубу.

– Вы! – Белый Тавр повернулся к носу галеры, стало видно его искаженное лицо, злые глаза. – Что свершили такого?

– Неважно, – сказал Харальд. – Главное, чтобы твои парни не бросали весла и гребли как следует. Или ты подчинишься этим безрогим?

– Не твое дело! – зарычал капитан, и кулаком ударил себя в грудь. – А ну, парни…

– Они не бросят весел. – Олен поднял руку с Сердцем Пламени, и перстень окутался огнем.

– Ты колдун? – Страха не появилось в голосе шорис, только удивление. – Как же я сразу не разглядел!

Один из гребцов развернулся, из руки его вылетел метательный нож. Сверкнул… и дождем из расплавленного металла пролился на палубу, встретившись с языком огня, что вырос из Сердца Пламени. Поднялся дымок. Олен покачнулся от накатившей слабости, с трудом удержался от вскрика боли.

Одна из капель металла прожгла одежду и попала на кожу.

– Гребите быстрее! – рявкнул Харальд. – Колоти чаще! – Это относилось к барабанщику. – Или вы хотите сгореть?

Белый Тавр промолчал, но лицо его стало страшным, Рендаллу даже показалось, что из ноздрей капитана вырвались струйки пара.

– Зря ты так, – тихо сказала Хельга, – они не терпят насилия, но из гордости могли бы тебе помочь…

Харальд глянул на нее сердито.

Барабан грохотал, шорис гребли, клочья пены срывало с лопастей весел. Галера уходила от берега, все меньше делался Син-Эстер, город Вечерней Звезды. Но корабли вилакин не отставали, понемногу сокращали расстояние, охватывая багровое судно полукольцом.

На башенках готовились к стрельбе лучники.

– Не уйдем, – мрачно сказал Олен. – Можно ведь изображать могучую греблю, а на самом деле просто месить воду.

– Ты предлагаешь вступить в драку? – спросил Юрьян.

– А что делать? Я попробую сжечь их всех, хотя это мне вовсе не нравится. – Олен вспомнил о том, как после схватки на корабле нагхов попал на Верхнюю Сторону, и по телу прошла дрожь. Как бы и сейчас не угодить туда, во владения существ, для которых человек столь же ничтожен, как песчинка – для бога…