'Современная зарубежная фантастика-2'. Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Озар указал взглядом на Веру:

– Может, лучше обсудить это в ваших покоях? Никогда не знаешь, кто услышит разговор в таком огромном зале.

Нет, у меня не было времени.

– Скажи здесь. Сейчас же. Я тороплюсь.

Он покачал головой:

– Это может подвергнуть опасности сами знаете кого. А я не хочу причинять урон союзнику.

Это Хадрит? Наверняка он – эти двое, как известно, объединились после такой долгой вражды.

– Ну, тогда найди меня позже.

Вода из моих часов утекала с каждой секундой. Малыша Селука нужно доставить в безопасное место за двадцать минут, а путь туда длинный.

Вера следовала за мной – сквозь арку, мимо статуи симурга, через сад к открытым дворцовым воротам. В них входили бесконечным потоком конные йотриды, заполняя вонью пространство вокруг дворца. И они не единственная напасть, саранча неслась над их головами, трепет крыльев напоминал шепот Ахрийи. Саранча уже пожирала цветы и деревья, и прекрасный сад начал походить на поле битвы, изрешеченное пулями.

– Ненавижу, ненавижу я этих тварей, – сказала Вера, прикрывая лицо Селука от насекомых ладонью. – А куда мы идем?

Я приложила палец к ее губам, заглушив вопрос.

– Дай его мне.

Она протянула младенца. Я прижала его к груди, ощущая легкое дыхание у своего стучащего сердца.

– Прошу, не причиняйте ему вреда. – Глаза Веры увлажнились. – Я знаю, кто его может взять. Он будет расти на ферме. Никогда не узнает, кто он такой. – Ее голос дрогнул. – Только не надо… – Она всхлипнула. – Не причиняйте ребенку вреда.

Если бы она действительно заботилась о моем сыне, то не называла бы его мать шлюхой. Ничто не причинило ему большего вреда, чем ее клевета. Я отвернулась, предоставив ей возможность терзаться сомнениями.

Ее крик «только не причиняйте ему вреда» еще звучал у меня в ушах, когда я прошла в ворота, против волны всадников-йотридов.

У ворот стоял стражник, облаченный в зерцальные доспехи, как и все люди Мансура, и следил за проходом всадников. Я сказала ему:

– Мне нужна карета. Немедленно.

Он почтительно поклонился:

– Да, конечно, ваше высочество. Она будет здесь через пять минут.

– Ты меня слышал? Я сказал немедленно!

Его голова осталась склоненной.

– Но сегодня днем… вы велели нам укрепить дворец, никого не выпускать и не впускать. Все кареты распряжены и убраны.

Я обернулась к йотридам:

– Кто-нибудь пусть отдаст мне своего коня. Завтра утром я заплачу за него тысячу золотых.

Четверо мужчин и две женщины спешились. Я передала Селука стражнику, взяла ближайшую кобылу, светлой масти и золотогривую, и вскочила на нее. Кости и мышцы ныли при каждом движении, не давая забыть, что Мансур уже стар. Я взяла Селука у стражника, одной рукой натянула поводья, а другой прижала сына к себе, почему-то беспокоясь о том, как жесткое, закаленное солнцем седло натирает Мансуру пах. Выдержит ли этот хилый старик скачку?

Размышлять было некогда. Я пришпорила лошадь, и мы поскакали в противоположную сторону от волны йотридов, заполнявшей улицы.

Ветер бил в лицо, и малыш Селук расплакался. Мы скакали дальше, останавливаться и успокаивать его времени не было. Самый быстрый путь к храму святого Джамшида лежал через Стеклянный квартал, к счастью, свободный от йотридов. Дома здесь всегда выглядели нелепо и странно – со стеклянными стенами и блестящими куполами. А теперь саранча облепила их, ее стрекот напоминал вой демонов. Мы проехали мимо статуи святой – никак не запомню имя – и свернули в кривой переулок, ведущий к мосту Святого Йорги и храму.

Но… мост охраняли люди, вооруженные длинноствольными аркебузами. Из-за туч саранчи я могла различить лишь то, что они одеты в грубые плащи ордена с капюшонами.

Оставались считаные минуты, я скакала в их сторону, пока они не заметили и не приблизились.

– Мост закрыт, – произнес один. – Разворачивайся, старик.

Я спустилась с лошади, и двое навели на меня аркебузы.

– Возвращайся назад!

– У меня послание для вашего шейха, – сказала я, крепко прижимая к себе младенца. – Только для Хизра Хаза.

Увидев ребенка, они опустили оружие.

– Кто ты?

– Я просто визирь. – Перед глазами возникла трещина. – Я должен поговорить с шейхом. Сейчас же. Немедленно. Нельзя терять ни минуты. Я только что из дворца и должен многое ему сообщить.

Подошел еще один человек, стоявший возле реки. Светловолосый, как моя лошадь, со светлыми глазами и кожей. Он сплюнул наземь сладость, которую жевал, потом оглядел меня с ног до головы.

– Я тебя знаю.

Я направилась к мосту, но они по-прежнему преграждали мне путь.

Еще одна трещина расколола мир перед глазами. Я дрожала. Всего несколько шагов осталось до храма, но…

– Прошу вас, мне нужно поговорить с шейхом. Дайте пройти!

Тот, который жевал, схватил меня за руку, тронул плоское кольцо с печатью-симургом и округлившимися глазами заглянул мне в лицо:

– Вспомнил. Я тебя видел, когда ты посещал храм. Ты – Мансур!

Меня ослепляли новые трещины. Я протянула младенца тому, который жевал. Он держал Селука на вытянутых руках – явно не привык носить детей.

– К Хизру Хазу, скорее! – Вот и все, что мне удалось сказать прежде, чем все исчезло и я очнулась в куче одежды.

Я с трудом встала и, едва бросив взгляд на Селену, побежала из дома, через арки к храму. Я срезала дорогу по территории усыпальницы, а потом помчалась вниз по лестнице, к улице, где болтали в ожидании вооруженные люди ордена в капюшонах. Меня заметили, и один крикнул:

– На улице находиться запрещено! Везде йотриды!

Я уже неслась к мосту Святого Йорги. Они бросились вслед за мной. Я бежала быстрее, чем когда-либо, саранча пролетала сквозь мои волосы.

Впереди мост блокировал еще один отряд людей ордена. Их там было много. Они стали в стену. Я пыталась прорваться, но один из них схватил меня за руку и притянул к себе.

– Как ты смеешь прикасаться ко мне! – закричала я. – Кярс отрубит тебе руку!

– Тебе нельзя быть здесь, – сказал похожий на медведя мужчина. – Возвращайся в храм!

Я старалась вырваться из его хватки. Билась изо всех сил. Ничего не вышло, он лишь держал крепче. Я кричала и ругалась, извиваясь в его руках. Мне нужна была кровь. Любая.

Я выдернула кинжал у него из-за пояса. Прежде чем я успела порезаться, он схватил меня за запястье и сжал руку так сильно, что я не смогла удержать кинжал. Тот со звоном упал на землю.

– Дайте пройти!

– Это опасно! Там везде йотриды! Вернись в храм!

– Нет! Пустите меня!

Я пыталась разглядеть, что происходит на другой стороне моста, но