Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I - Гэв Торп

Подойдя ближе, путники с удивлением услышали, как по перевалу разносятся приветствия. Взгляд Райнера был прикован к широкому, заросшему травой пространству с имперской стороны форта от одного склона перевала до другого. Справа аккуратными рядами стояли палатки пехотинцев — их было намного больше, чем необходимо, чтобы вместить гарнизон. Слева паслись лошади: им выделили огороженное пастбище, рядом находилось что-то вроде манежа под открытым небом и наклонный двор, оборудованный всем необходимым для проведения рыцарских турниров и соломенными чучелами, на которых можно было отрабатывать копейные удары. Именно оттуда послышались приветствия.

Райнер и другие офицеры вопросительно покосились на Матиаса. Тот улыбнулся:

— Игры. Хотите посмотреть?

— Разумеется, — сказал Карел.

Поэтому когда ветераны повели пехотинцев расселяться, уверяя, что их скоро накормят и обеспечат снаряжением, Матиас проводил новобранцев на площадь для турниров, где собралась большая толпа свистящих и орущих солдат, одетых в форму самых разных цветов.

С одной стороны был устроен навес для зрителей, к которому они и направились, сдав лошадей оруженосцам, и поднялись на деревянную платформу. На длинных скамьях сидело несколько человек — судя по форме, капитаны пехотинцев, но, в отличие от расположившихся на солнце болельщиков, они едва поглядывали на поле и вполголоса переговаривались.

— Приветствую вас, господа, — с поклоном сказал Матиас. — Я привел пополнение.

Офицеры обернулись и кивнули, но радостных приветственных криков не последовало.

— К нам тоже? — спросил один из них.

— Да, капитан. Вот они — два сержанта-пикинера и один сержант-стрелок.

— И десять капралов-копейщиков, — сухо сказал другой капитан.

И офицеры вернулись к своему разговору.

Матиас несколько смущенно улыбнулся вновь прибывшим и предложил им расположиться на первой скамейке.

Присев, Райнер увидел, что игра, о которой говорил Матиас, представляла собой старинное военное упражнение, часто демонстрируемое на парадах: всадники по очереди пытались на всем скаку выдернуть копьями ярко раскрашенные палаточные колышки из земли, что было не так-то просто: колышки короткие, не толще черенка метлы. К тому же это было довольно опасно: опусти копье чуть ниже, чем надо, — и вот оно упирается в землю, а ты катапультируешься из седла.

Едва Райнер подумал об этом, как рыцарь пролетел по воздуху и рухнул наземь, подняв облако пыли, потом под крики и насмешки солдат с видимым усилием встал. Он отсалютовал зрителям и увел коня с площадки.

Райнер озадаченно нахмурился. В конце концов, этот малый был не зеленый копейщик, а закаленный в боях рыцарь средних лет, а в таком возрасте тренировки обычно уже позади. Он окинул взглядом оставшихся на поле. Там было немало молодых мужчин, но примерно столько же и старших офицеров.

Райнер повернулся к Матиасу.

— Кто участвует в этой игре?

— Вообще-то все офицеры рангом от капрала и выше. Генерал настаивает, чтобы все поддерживали себя в форме. — Он подсел к Райнеру. — Мы делимся на команды по пять человек, и те, у кого наихудший результат, не выходят в следующий круг. Тот, кто упал с коня, тоже выбывает. В конце концов останется лишь один. — Он усмехнулся. — И это всегда генерал.

Райнер поперхнулся.

— Генерал тоже участвует? — Он прищурился — опускающееся к горизонту яркое солнце мешало смотреть.

Матиас показал рукой:

— Вон, с синими рукавами. Видите? У него еще короткая стрижка и помятая кираса.

Райнер пригляделся. Не может быть, чтобы этот человек был генералом. Едва ли не ровесник Райнера, красивый смеющийся рыцарь в простой броне, он хлопал по спине успешно выступивших и шутил с проигравшими. Капитан — возможно, всего рангом выше; но уж никак не генерал — солидности не хватает.

Поставили новые колышки, запел рожок. Гутцман и еще один рыцарь заняли исходную позицию. Солдат взмахнул флажком, и они пришпорили коней, одновременно опустив копья. Когда рыцари проскакали до конца дорожек, отчетливо послышался удар, и Гутцман высоко поднял копье, на сверкающий наконечник которого был насажен ярко-красный колышек. Его напарник промахнулся. Толпа солдат взревела. Было очевидно, кто тут фаворит. Райнер решил, что этот малый все же генерал и с ним придется считаться. Эти ребята, без сомнения, пойдут за ним в самую утробу Хаоса. Горе глупцу, который унизит его, если войску это станет известно. Райнер вздрогнул; он очень надеялся, что вором окажется все же не Гутцман.

Когда Гутцман на коне вернулся к началу дорожки, он увидел на зрительских местах новых людей и подъехал поближе. При его появлении пехотные офицеры умолкли и воззрились на командира.

— Рад встрече, капрал Бомм. Так, значит, это наши новые товарищи?

Матиас поклонился:

— Да, милорд. И неплохие ребята, надо сказать. Готовы на все.

— Превосходно. — Гутцман поклонился новичкам; его глаза улыбались. — Добро пожаловать, господа. Мы вам рады.

Вблизи Райнер смог точнее определить возраст генерала. Он был в отличной форме для своих лет, лицо решительное, но вокруг светло-серых глаз залегли морщины, а в аккуратно подстриженной бороде и на висках уже появилась седина.

С поля позвал какой-то рыцарь, и генерал развернул коня, но потом оглянулся:

— Если кто-то из ваших ребят захочет попытать счастья, всегда пожалуйста. Турнир только начался.

Матиас рассмеялся и поднял руки:

— Милорд, мы ехали весь день. Полагаю, джентльмены предпочли бы отдохнуть и как следует подкрепиться, а не выдергивать колышки.

— Конечно, — сказал Гутцман, — глупо было предлагать такое.

— Нет, нет! — поднялся с места Карел. — Я бы отнюдь не отказался.

Райнер и другие новобранцы-кавалеристы готовы были испепелить его взглядом. Не высунься он — и отказ Матиаса выглядел бы совершенно нормально, а теперь вот вызвался, а всех остальных, если откажутся, примут за слабаков.

— И я, — сквозь сжатые зубы процедил Райнер.

Оставшиеся последовали их примеру; им предоставили коней и копья. Выехав на дорожку, Райнер понял, что предстоит испытание. Сговорились ли Гутцман и Матиас заранее или так вышло случайно, но теперь капрал и генерал вместе с другими офицерами будут оценивать военное искусство новичков, то, насколько они азартны, насколько им присущи энтузиазм и энергия при выполнении непростой задачи, к которой они были не готовы еще пять минут назад. Одним словом, насколько они способны «включиться в игру».

Эту партию Райнеру необходимо было выиграть. Если он хочет разузнать об интригах форта, надо войти в ближний круг, а в таком, мягко говоря, странном гарнизоне это лучший способ стать его частью. К счастью, Райнер, всего лишь сносный фехтовальщик, обладал природным талантом наездника, а с копьем управлялся даже лучше, чем с пистолетом. Лишь довольно хрупкое телосложение не позволило ему стать копьеносцем. По крайней мере, сейчас он надеялся обойти Карела. Мальчишку надо проучить.