Любовь по его правилам - Рина Ушакова

с такой скоростью, что чуть стёкла в окнах не дрожали, но даже это не помогало избавиться от раздражения. Общение с Феликсом всегда приводило к такому результату, но при этом избегать его Даниэла не могла. Каждый раз ей казалось, что всё будет нормально, но потом одно его неосторожное замечание, и она моментально теряла самообладание.

В кабинет литературы Даниэла ворвалась не менее ярко, чем в школу. Распахнув дверь, она остановилась на пороге и взбешённым взглядом обвела всех внутри, и только потом сообразила, что стоило немного успокоиться, прежде чем идти на занятие. Впрочем, поздно было что-то менять, поэтому Даниэла выдохнула и попыталась изобразить на лице что-то похожее на раскаяние.

— Извините за опоздание, — пропищала она.

Учительница в этот момент разговаривала с другими ученицами, собравшимися у её стола, но появление Даниэлы на несколько секунд заставило её растеряться.

— Заходи, — дружелюбно сказала учительница. — Так, Денисова, твоё место — вторая парта у окна.

Затем она вернулась к прерванному разговору, а Даниэла посмотрела на новых одноклассников. Часть людей была ей знакома: с кем-то они учились, с кем-то познакомились во время подготовки всяких мероприятий, кто-то просто примелькался в коридорах.

Вероника тоже сидела за второй партой, только у входа, и её соседкой оказалась незнакомая девушка. Даниэла кивнула подруге, а затем посмотрела на указанное место. Хуже варианта было не придумать: мало того, что придётся находиться почти под носом у учителей, так ещё новым соседом оказался какой-то ботан.

На такой вывод Даниэлу натолкнула не тёмно-голубая рубашка с отглаженным воротником и даже не очки, просто у него было типичное ботанское лицо. От одного взгляда на него хотелось выброситься из окна, но Даниэла решила повременить и направилась к своей парте.

На её стуле лежал рюкзак, но парень даже не пошевелился, чтобы убрать его, так как что-то обсуждал с другим одноклассником. Даниэла прокашлялась, понадеявшись таким образом привлечь его внимание, но результат оказался нулевым, и тогда она не выдержала.

— Может, уберёшь свой рюкзак с моего стула? — спросила она.

В её голосе проскользнуло явное раздражение, так как эмоции от ссоры с Феликсом до сих пор не отпустили, и парень определённо принял это на свой счёт. Он неторопливо повернулся, смерил Даниэлу презрительным взглядом, но не шелохнулся.

— Может, будешь приходить вовремя? — спросил он её в ответ.

— Тебя не касается, когда я прихожу!

— Ещё как касается, — жёстко ответил парень. — Подобные вещи отвлекают от урока и отнимают моё учебное время.

Даниэла понятия не имела, с кем её посадили, а вот Ромашевский про неё знал немало, и мнение о ней у него сложилось не самое лучшее. Ему она казалась крикливой и беспокойной девицей с неосновательно завышенной самооценкой, поэтому новость о том, что они будут соседями по парте, его не порадовала. Теперь же он лично убедился, что не заблуждался и нормальное отношение к ней невозможно.

К сожалению, Даниэла не догадывалась, что у её популярности были и негативные стороны, поэтому посчитала Ромашевского напыщенным индюком, которого следовало спустить с небес на землю, чем она и занялась. Схватив стул за спинку, Даниэла наклонила его, отчего рюкзак шлёпнулся на пыльный пол, а затем невозмутимо села и принялась рыться в сумке.

— Эй! — возмутился Ромашевский. — Совсем умом тронулась?

— Я попросила его убрать. Если ты настолько тупой, что по-человечески не понимаешь, то я не виновата.

— Не надо приписывать мне свою тупость!

После разговора с Феликсом эта тема для Даниэлы была особенно больной, поэтому она тут же разозлилась, а так как новый сосед никакой симпатии не вызывал, Даниэла сорвалась именно на нём.

— Я не приписываю, тебе своей хватает! — рявкнула она.

— А ты прямо эксперт по тупости, я смотрю! — ответил Ромашевский.

— Вторая парта, в чём дело? — вмешалась учительница.

Эти двое так увлеклись спором, что перешли на крик и невольно втянули в свои разборки целый класс. Многие с интересом наблюдали за разгоравшимся конфликтом, но он вовремя был остановлен, и в кабинете снова установился допустимый для урока уровень шума.

До самого звонка Даниэла игнорировала существование Ромашевского, но он от этого никуда не исчезал, и его присутствие бесило её до невозможности. С трудом дождавшись перемены, Даниэла вскочила с места и вылетела в коридор, утянув за собой Веронику.

— Придурок какой-то, — возмущалась она. — Нужно куда-то от него свалить. Может, попросить, чтобы нас с тобой посадили вместе?

— Не думаю, что прокатит, — сказала Вероника. — Физичка на такое не согласится.

В новом учебном году у них сменился и классный руководитель, поэтому место добродушного химика сменила строгая учительница физики, которая постоянно возмущалась тем, что Даниэла и Вероника болтают на уроках и не слушают её. Она ни при каких условиях не пошла бы на это, потому что знала, к чему приведёт подобная перестановка.

Означало это только одно: этого ботана придётся терпеть минимум год, а то и больше. И даже если получится пересесть от него, в другой класс не переведёшься, так что бесить её он будет на регулярной основе. Впрочем, Даниэла не собиралась мириться с таким положением вещей и уже раздумывала над тем, как может подпортить жизнь этому ненормальному.

— Как хорошо, что сегодня всего три урока, я уже с ума схожу, — сказала она.

— Ещё классный час, — напомнила Вероника.

— А-а-а, — выдохнула Даниэла. — Вот зачем он нам?

— Говорят, старосту выбирать будем. Ну и журналы какие-то подписывать с техникой безопасности.

— В общем, тоска.

Никакого смысла во всех этих действиях Даниэла не видела, но прогуливать в первый день казалось не самым лучшим решением. Вот ближе к Новому году можно будет забить на всё, а пока стоило изображать из себя прилежную ученицу.

— Денисова, подожди! — потребовала Нина Алексеевна.

В глубине души Даниэла надеялась, что завуч со всей этой учебной суетой забудет про их утреннюю встречу, но похоже, затмить её не способно было ничто.

— Я догоню, — шепнула она Веронике и направилась к Нине Алексеевне.

Едва ли в этот раз удалось бы так быстро ускользнуть от неё, да и делать это было опасно. Даниэла и так была в числе главных нарушителей дисциплины, и только благодаря своей непосредственности оставалась на хорошем счету у учителей и завуча.

— Даниэла, что это было сегодня утром?

— Просите, я не хотела, просто так вышло, что… — пролепетала она и запнулась.

— Ты уже в десятом, пора повзрослеть и серьёзней относиться к своим обязанностям, — отчитывала её Нина Алексеевна.

В ответ Даниэла согласно кивала, надеясь, что этого будет достаточно и до звонка родителям дело не дойдёт, однако завуч продолжала упрекать её в