Колхозное строительство 1 - Андрей Готлибович Шопперт

— Ля супе томато итальяно.

— Чур, мне добавки! — супе итальяно прошёл на ура, даже о хлебе забыли.

— Вот, я же говорила, что сейчас вы узнаете главный недостаток Петра Мироновича, — победно улыбнулась Чуковская.

— Ну что вы, Елена Цезаревна, я хомо вполне себе сапиенс и учусь на ошибках. Добавка будет.

Выхлебали и добавку. Пока женщины наперегонки орудовали ложками, Пётр прошёл на кухню, переложил макароны из дуршлага в сковороду и чуть обжарил.

— Несите тарелки.

Тарелки были словно специально изготовлены для спагетти — приличного диаметра и неглубокие. Разложил, свернув тремя гнёздами, макароны, в центр каждого гнезда залил ложкой получившуюся из пасты и фарша бурду, присыпал тёртым сыром. И последние крупинки зелёного лука. Ну, не итальянский ресторан — но ведь и не макароны по-флотски. Дамы взялись за вилки. С длинными макаронами, несмотря на свои учёные звания, химички обходиться не умели. Пётр взял ложку и показал, как с помощью неё наматывать белых червячков на вилку. Впечатлило.

— Теперь я тебя полностью понимаю, Люша, — выскребая остатки с тарелки, шмыгнула носом профессорша, — Пётр Миронович и правда инопланетянин. И у него правда есть недостаток. Он не умеет готовить. В его втором блюде чего-то не хватает. Чего-то существенного.

— Соли? — удивился Штелле.

— Эх, если бы. Не хватает количества. А говорили, что сапиенс.

— У меня есть оправдание.

— Вот как? Хотя нет. Этому не может быть оправдания, — вздела указующий перст будущий лауреат «нобелевки».

— Можете, сначала выслушаете? — сложил руки в умоляющем жесте Пётр.

— Валяйте.

— Я вам должен рассказать страшную тайну. И мне нужно, чтобы вы при этом не заснули. Кто-то из великих сказал, что талант должен ходить голодным.

Фрейдлина тут же поднялась из-за стола и, как настоящий начальник, скомандовала:

— Елена Цезаревна, где у вас кабинет?

— Люша, ты с нами не ходи. Мы посекретничаем немного. Приготовь, пожалуйста, чаю.

Событие пятьдесят третье

Пётр закончил рисовать формулу и протянул лист Рахиль Хацкелевне. C₆H₁₄N₂O₂.

— Это вещество — мельдоний, метаболическое средство, нормализующее энергетический метаболизм клеток, подвергшихся гипоксии или ишемии. Могу ещё добавить, что данное лекарство можно произвести из ракетного топлива (гептила). Сейчас вы начнёте приставать ко мне с вопросами — откуда мне всё это известно? Не скажу. Просто поверьте на слово. Это лекарственные препараты, и нигде в мире они ещё не производятся. Вы будете первыми, если сможете их синтезировать, и некоторые из них вполне тянут на Государственную премию — а одно и на Нобелевскую. Продолжать?

— Вы и правда прилетели с другой планеты? — недоверчиво впилась в Петра глазами доктор химических наук.

— Значит, про другие лекарства не рассказывать? — сделал вид, что собирается покинуть комнату, Штелле.

— Экий вы боевой и неуступчивый, — указала химичка на стул рядом с собой.

— Точно. «Мне бы шашку да коня — да на линию огня!».

— Красиво. Мне Люша говорила, что вы бесподобные стихи пишете.

Пётр поморщился — не хватало сейчас ещё стихи читать. Фрейдлина уловила смысл гримасы и усмехнулась.

— Нет уж, стихи потом почитаете, сейчас вернёмся к лекарствам.

— С удовольствием. Рахиль Хацкелевна, у меня будет три условия. Первое — вы загружаете Елену Цезаревну так, чтобы у неё и секунды свободного времени на всякие глупости типа помощи Солженицыну и прочим диссидентам не осталось. Ну и естественно, во всех статьях, монографиях и документах на награждение должна быть и её фамилия, — Штелле встал с предложенного стула и пересел на подоконник. Фрейдлина опять закурила.

— Не курите? А я вот пристрастилась в войну, да так и не могу бросить.

Пётр сходил в коридор, нашёл там свой портфель, достал статью Франка и вручил её дымящей как паровоз женщине. Профессор докурила, словно предчувствуя действие статьи, и только потом принялась читать.

— Однако. Вроде бы известные вещи, а как мастерски подано. У вас там в Краснотурьинске талант на таланте. Нужно побывать.

— Вот, теперь второй препарат и второе моё условие. C17H19N3O3S. Это — препарат от гастрита и язвы, — Штелле нарисовал структурную формулу, — Нужно красивое и запоминающееся название. Пусть будет «Омез». Для учёных — омепразол. Сейчас доктор Франк, автор статьи, занимается изучением бактерии Helicobacter pylori. Именно эта бактерия и вызывает гастрит и язву. Язва не от нервов или неправильного питания возникает. Язва, как и куча других болезней, вызывается патогенной микрофлорой. Доктор Франк это докажет, а вы к тому времени разработаете омепразол и найдёте способ доставки действенного антибиотика к месту инфекции. В порядке подсказки — лекарство должно быть упаковано в капсулу, изготовленную из вещества, легкорастворимого в желудке. Когда всё будет готово, то вы вместе с Франком подаёте заявку на Нобелевскую премию.

— Столько всего необычного вы, Пётр Миронович сейчас наговорили, что не знаешь, какой вопрос первым задавать.

— А вы не задавайте. Осмыслите сначала всё, попытайтесь синтезировать препараты, а потом и к вопросам вернёмся. Итак, следующее вещество и последнее условие. Альбутерола сульфат. Формула: C13H21NO3. Бронхорасширяющий препарат. Действует очень быстро, поэтому будет применяться для купирования приступов бронхиальной астмы, а также при хроническом бронхите, — Пётр нарисовал следующую формулу.

— Ну, здесь довольно просто будет получить, — внимательно изучив листок, протянутый Петром, покивала своим мыслям членкор.

— Силденафил, формула — C22H30N6O4S. Препарат обладает выраженным влиянием на кровоток в области органов малого таза (в половом члене в том числе) — то есть это самый мощный из афродизиаков. И он работает, в отличие от многих других. Вот за него вы получите вторую Нобелевскую премию. Пусть будет называться — «Виагра». Условием будет включение в состав соискателей моей жены, она медик по образованию, — Штелле нарисовал очередную структурную формулу, — Представляете, как будут становиться в очередь за ним стареющие миллионеры? Про патенты за рубежом поговорим позже, когда получите препарат. Поехали дальше. Уденафил — это лекарственное средство, также предназначенное для лечения эректильной дисфункции, то есть неспособности достичь и сохранить эрекцию, необходимую для совершения полового акта. Средство слабее, но тоже действует наверняка. Формула — C25H36N6O4S, — нарисовал и эту формулу.

— Всё же не могу себя удержать от вопроса. Откуда всё это? — вскочила и забегала по комнате Фрейдлина.

— Оттуда. Последний на сегодня препарат. Это тоже для мужчин, но у него несколько иное действие. Алпростадил. Этот препарат используется для постоянного лечения эректильной дисфункции и обладает сосудорасширяющим свойством. Формула — C20H34O5, — Пётр протянул членкору последнюю формулу.

— Вы на самом деле инопланетянин? — и глаза круглые.

— Что вы глупости всякие городите? Я — Первый Секретарь Краснотурьинского Горкома КПСС. У меня жена и двое детей, плюс приёмная дочь. Даже орден есть — за досрочное выполнение семилетнего