Колхозное строительство 1 - Андрей Готлибович Шопперт

наверное, прослушала — и каждый раз горло перехватывает. У него есть сомнения в паре песен — уж очень необычно написаны, но возражать против их исполнения в вашем клубе не стал. И меня отпустил, и, кроме того, приказал взять с собой Евгения Фёдоровича Светланова, которого вы хотите ограбить. Евгений Фёдорович, конечно, повозмущался, но когда ваши песни услышал, то сменил гнев на милость и согласился выделить вашему оркестру часть инструментов. Духовых, в основном. А то ведь и правда — поедете в «Ла Скала» с гнутыми трубами. Он возьмёт с собою в Краснотурьинск и пару ведущих музыкантов — там и решим, достоин ли ваш симфонический оркестр звания «Академический». Так, теперь по солисткам. В среду Валентина Толкунова выезжает на поезде до Серова, в пятницу утром пришлёте за ней туда машину. Она командирована туда до конца февраля. По результатам вашего концерта определим и вашу, и её дальнейшую судьбу. С Сенчиной чуть сложнее. Я её нашла, но она сейчас болеет — простыла. Обещала выписаться в среду или в четверг, потом самолётом летит в Свердловск. Там садится на поезд до вашего Краснотурьинска, так что тоже, возможно, появится в пятницу. В крайнем случае, в субботу. Довольны? — вдруг остановилась Фурцева.

— Более чем. Вы, Екатерина Алексеевна, просто волшебница. Я думал — несколько лет пробиваться через тернии, а тут такой крутой поворот, — развёл руки в сторону и слегка поклонился Пётр.

— Опять кланяетесь! Опять за своё! Второй раз это уже не смешно! — рыкнула Великая, — Дальше. Михаил Андреевич Суслов, который отвечает в Политбюро за идеологию, позвонил при мне Семёну Михайловичу Будённому и попросил его составить мне компанию — так что 23 февраля и легендарного маршала в гости ждите. Теперь по съёмкам концерта. С фигурантами я ещё не определилась, но выберем лучших — по крайней мере, одних из лучших. Они приедут на пару дней раньше. Поприсутствуют на репетиции, поработают со светом. Вам позвонят и предупредят о приезде. По аппаратуре — команду я дала, грузовым самолётом доставят до Свердловска, а там уже ваша забота. Справитесь с доставкой? — и критически так осмотрела Петра.

— Попытаюсь оправдать ваше доверие, — хмыкнул Тишков.

— Уж попытайтесь, — не приняла шутливый тон министр.

— Всё организую, не беспокойтесь, Екатерина Алексеевна, — вытянулся Пётр.

— Всё, ничего не забыли? Тогда до свидания. Сегодня снова сумасшедший день предстоит. Нет, вы тут ни при чём, — махнула рукой на раскрывшего рот от удивления Петра. — Тут опять делегацию к Сопоту утверждать надо. До августа ещё чёрт-те сколько, а Политбюро уже волнуется. Нужно побеждать. Стоять! Отменю-ка я это всё, сначала к вам съезжу. Послушаю. Готовы победить на Международном фестивале песни? Ага, глаза заблестели. Вот 23-го и решу. Там ведь с Анной Герман придётся соперничать. Всё, ещё раз до свидания.

— Не женщина, а паровой каток, — улыбнулся, закрывая за ней дверь Федин.

— Видите, Пётр Миронович, с какой скоростью вы к славе летите! — засмеялась Смирнова, — Уже и до Сопота добрались почти.

— Советский Союз должен везде побеждать, и всегда! — добавил пафоса в голос Тишков, — Вера Васильевна, мне сейчас куда, в ВУОАП?

— Да, пойдёмте, провожу, как там закончите, возвращайтесь. Расскажете мне о своих планах. Может, даже на следующую вашу книгу договор заключим.

Всё дальнейшее опять напомнило Штелле субботу. Долгое и нудное составление договоров, печатание их и проверка, потом подписание. Где вы, компьютеры с образцами каких угодно договоров? Где принтеры?

В результате его послали открыть счёт в Сберкассе. Туда обещали в течение месяца перевести 6 тысяч 800 рублей — это за первый тираж. Если будет дополнительный, то получится чуть меньше, ну а если второй тираж превысит 100 000 экземпляров, то чуть больше первоначального гонорара. А где же огромные заработки писателей, о которых талдычат афторы попаданческих романов? Где миллион Антонова и миллион Симонова? Почти этот вопрос он и задал Смирновой, когда вернулся через час в её апартаменты.

— Вы же не член Союза Писателей. Вот выйдет ваша книга — мы на следующем заседании московского отделения Союза Писателей утвердим вашу кандидатуру и отправим на рассмотрение в секретариат. Давайте я вам, Пётр Миронович, зачитаю статью о членстве в Союзе Писателей:

«Приём в члены Союза писателей производится на основании заявления, к которому должны быть приложены рекомендации трёх членов СП. Писатель, желающий вступить в Союз, должен иметь две опубликованные книги и представить рецензии на них. Заявление рассматривается на заседании местного отделения СП СССР, и должно при голосовании получить не менее двух третей голосов, затем его рассматривает секретариат или правление СП СССР, и для принятия в члены требуется не менее половины их голосов». Будем считать две ваши повести двумя книгами. Рекомендации — Федина и моя — у вас в кармане. Плюс, я уверена, подпишется и Софья Борисовна Радзиевская. Так что через пару месяцев мы вас вызовем для торжественного вручения удостоверения.

Пётр ожидал сумму тысяч эдак в двенадцать рублей — в каком-то попаданческом романе автору столько заплатили. Получилось в два раза меньше. Да и чёрт с ним — уж в чём-чём, а в деньгах он не нуждался.

— Теперь о дальнейшей вашей судьбе. Я переговорю с рядом товарищей. Посмотрим, как будет продаваться книга, и закажем перевод на несколько языков СССР и пару языков из соцлагеря. Может, даже и на итальянский. Уверена, что земляки Буратино книгой заинтересуются, — Вера Васильевна остановилась, потянулась за папиросой, но не нащупала коробки в кармане кофты.

— Тяжело бросать? — посочувствовал Тишков.

— Знали бы, как тяжело! — вздохнула Смирнова.

— Это организм разучился сам вырабатывать необходимый ему никотин. Не переживайте, он снова научится.

— Не знала. Ладно, пойдём дальше. Вы говорили, что пишете новую книгу?

— Да. Вы ведь читали Толкиена? Вот что-то в этом стиле. Сказка для взрослых и юношества. Благородные рыцари, коварные эльфийки. Поход через половину мира. Магия. Причём я хочу написать целый ряд романов про этот мир трёх лун. Планета Крин. Слышали понятие «творец миров»? Вот им я и хочу стать. Когда выйдет первая книга, вы напишете в послесловии, что устраиваете конкурс на лучшую книгу про этот же мир. Думаю, желающие появятся. Лучшие опубликуете, потом я следующую напишу — и необязательно продолжение. Может, наоборот, как Фенимор Купер, буду двигаться от конца к началу. На Западе есть понятие «сиквел» — это продолжение. Мидквел — это книга, события которой развиваются параллельно с сюжетом ранее вышедшей книги, как бы дополняют его. И есть приквел — это предыстория. Вот пусть мои будущие соратники творят во всех трёх форматах. Уверен на сто