Десять правил обмана - Софи Салливан

меня есть к тебе чувства. И каким-то образом это привело тебя не только к тому, чтобы осуждать меня за мои ошибки, когда я был молод, но еще и к решению, что со мной нельзя построить серьезные отношения. Люди женятся. И разводятся. Мир не делится на черное и белое. Плохие вещи случаются. Иногда приходится принимать сложные решения. Ты не можешь решать, какой я, основываясь на одном факте из моего прошлого. И я не могу так поступать с тобой. Посмотри на меня сейчас. Вот все, что я прошу тебя сделать. Посмотри на меня. Прямо сейчас.

Его голос был жестким. Глаза Эверли наполнились слезами. Она сморгнула их, смахнув пальцем те несколько слезинок, которые все же скатились.

– Я хочу когда-нибудь выйти замуж. Я устала развлекаться, тратить время зря. Я хочу кого-то, кто не сдастся. Кто не опустит руки. Со мной не так-то просто жить, – сказала она дрожащим голосом. Он потянулся к ней, но она шагнула назад. – Я не могу влюбиться в человека, который сбежит при первых же трудностях.

Глаза Криса округлились, наполняясь обидой. Она мгновенно пожалела о своих словах, не только из-за того, как явно они на него повлияли, но и потому, что он ни разу не давал ей причины в нем сомневаться. Она лучше всех остальных должна понимать, что нельзя судить человека по одному поступку. Хотела бы она, чтобы ее воспринимали только по ее тревожности? У нее было так много качеств помимо этого. Этот мужчина, стоящий перед ней с таким лицом, как будто она его сокрушила, поверил в нее, доверился и обнадежил ее. Он заставил ее думать, смеяться и больше стараться. Благодаря ему она задумалась о том, каково это – влюбиться без подстраховки. Он заставил ее захотеть этого. Он увидел ее настоящую – с тревогой и всем остальным. А она готова была все это отмести, потому что терпеть не могла неопределенности. Слезы отобрали у нее дар речи.

Крис откашлялся. Шагнул к ней с большим сочувствием в глазах, чем она заслуживала.

– Я просто хочу заметить, что все это время я сопротивлялся чувствам к тебе. Никакая встряска на пути, чтобы узнать тебя, сблизиться, стать твоим другом, не заставила меня бежать, Эверли. Ни разу. Бежишь ты, каждый раз.

Что-то, отчаяние или паника, окутало ее. Она попыталась втянуть воздух и всхлипнула. Крис протянул к ней руку, но тут же убрал ее, когда Эверли резко замотала головой.

– В жизни нет вечных гарантий, Эверли. Но это не значит, что тебе не стоит верить в подлинность моих чувств. Что они могли бы протянуть и протянули бы долго.

Он ушел. Эверли подошла к двери, чтобы ее запереть. Ударила рукой о твердое дерево, а затем оперлась лбом о дверь, уже не сдерживая слезы. Она злилась на себя, на него, на своих родителей, на то, как сильно хотела побежать за ним и как сильно хотела исчезнуть, притвориться, что они никогда не встречались. И вот со всем этим она позволила себе плакать, приглушая всхлипывания руками и опустившись на пол.

34

Эверли сделала что-то, чего никогда не делала ранее. Она взяла больничный на два дня подряд, не будучи больной. На тот вечер было назначено ее свидание с Оуэном. Хоть Эверли все еще чувствовала остатки вины, она сходила на быстрый обед с Джоном, больше чтобы сообщить, что она сделала выбор, а не потому, что разрывалась между двумя кандидатами. Не-а. Не от этого она разрывалась. Если она просто неслась вперед, не давая себе времени подумать (или, как пристало ей, слишком много подумать), она чувствовала себя хорошо. Энергично. Шаг за шагом она брала контроль над своей жизнью.

После того, как Крис ушел позавчера, когда она поднялась с пола, отряхнулась и отложила свои перенапряженные чувства подальше, все стало более ясным. Она знала, что нужно сделать.

Прошлые дни, пока она не приструнила себя, были затуманены мыслями о Крисе. Конечно, она просыпалась по ночам от его слов. Это дало ей отличный повод перекрасить свою спальню в бледно-голубой, не уделяя вниманию сну, пока она не вырубалась, практически падая на поднос с краской. В среду утром она приободрилась, прежде чем отправиться на работу, удивляясь чувству облегчению, которое она испытала, когда узнала, что Криса нет на станции. Она ускользнула с работы, сказав Стейси, что задумала, уже по дороге к выходу. К концу вечера ее жизнь будет в порядке, и она наконец-то сможет спокойно выдохнуть.

Эверли поехала к одному из своих любимых ресторанов, напевая известные песни, чтобы отвлечься от мыслей. Когда она приехала, парковка была почти пуста. Толпа обедающих офисных работников к этому моменту. Она заметила машину своей матери и вошла в ресторан, сжимая кулаки. Джессика ждала в лобби. Они обнялись и повернулись к хостес.

– Двое? – спросила та.

Дверь позади них распахнулась, и Эверли посмотрела через плечо.

– Трое.

– Что? – Ее мать повернулась, заметила отца и напряглась. – Эверли.

– Что происходит? – спросил отец, глядя на жену. Эверли заметила искру желания, промелькнувшую в его взгляде, отчего у нее появилась надежда, что ее план не оттолкнет их от нее. Она хотела воспользоваться шансом. Ха. Видишь? Я точно могу рисковать, не зная, какой будет исход.

– Мы все обедаем вместе, – напряженно сказала Эверли, жестом указывая на хостес, которая уже готова была провести их к столу.

Они расселись и притворно улыбались, пока хостес не ушла, пообещав, что официантка скоро подойдет.

– Что происходит, Эверли? – Мать наклонилась к ней поверх распахнутого меню.

– И хватило же у тебя смелости, солнышко, – сказал отец, скрещивая руки на груди и расправляя плечи в темном костюме.

– Так кажется, но, на самом деле, я просто делаю то, что каждый из вас сделал бы и уже делал без лишних мыслей. Я все объясню, когда мы закажем. Мне нужно поговорить с вами обоими, и я не хотела делать это по отдельности.

Выражение лица Джессики стало обеспокоенным. Она потянулась, чтобы взять Эверли за руку.

– Ты в порядке? Случилось что-то плохое?

– Нет. Просто мне нужно кое-что вам сказать, – сглотнула Эверли.

Напряжение было почти осязаемо. Когда хостесс принесла напитки и отошла, родители повернулись и уставились на Эверли.

– В чем дело? Ты в порядке? – Отец сложил руки на столе. Они расходились во многом, но оба всегда безоговорочно любили ее. Эверли любила их так же сильно, но боялась, что если она не сделает запланированное, то начнет их презирать.

Она глубоко вдохнула и выдохнула. Положив руки на колени