Полет миражей (СИ) - Александрова Дилара

Зависнув рядом со складом, подлетел небольшой аэромобиль на пару-тройку человек. Легкий свист глушителей марсианских антигравитаторов говорил о их перегрузке, а, следовательно, и о том, что пассажиры прибыли издалека. Это подтверждал и терпкий запах нагревшихся добела топливных элементов. Острый стальной нос машины был покрыт тонким слоем интерактивного вещества, настроенным на изображение языков пламени. Пара пушек по бокам узкого, обтекаемого корпуса красноречиво говорили о том, что внутри сидят Жнецы, активно посещающие жатвенные мероприятия. Правда, увидеть пассажиров до того, как они вышли, не удалось, ибо лобовое стекло, составляющее практически половину аэромобиля, было наглухо затонировано.

Припарковавшись неподалеку, прибывшие заглушили мотор. Натужно воя и не веря своему счастью, он стал медленно успокаиваться. Морган поспешил навстречу, ибо подумал, что торчать у входа будет не совсем красиво.

Вышли двое. Первый — среднего роста, ниже Моргана на полголовы, а второй и того короче. Причем, значительно более тощего телосложения, чем соратник. Правда, заранее судить об этом не приходилось, ибо оба Жнеца были при полной экипировке.

Тот, что повыше, мужчина лет сорока с угловатым вытянутым лицом, бледной кожей и карими глазами, на ходу кивнул Моргану и снял перчатку.

— Тин Вергил, — представился он, пожав Жнецу руку.

— Дханг Хван, — нарочито важно проговорил спутник Тина, пытаясь сделать голос более басистым, а потом с таким же важным видом тоже подал Моргану руку.

Жнец с максимально серьезным лицом пожал руку подростку, которому от роду можно было дать лет четырнадцать земных. Юноша с миндалевидными глазами и такой же бледной кожей, как и у наставника, старался подражать ему даже в манере стоять.

«Как я в свое время», — подумал про себя Морган.

Жнец не обманывался, и прекрасно знал, что он, как и все остальные, по интеллекту и характеру уже вполне взрослый мужчина. Но, порою, этот факт никак не влиял на желание выглядеть перед наставником в максимально выгодном свете.

— Воспитанник? — задал риторический вопрос Морган, взглянув в глаза Тину Вергилу.

— Угу.

— Не маловат? — Морган задал некорректный, но вполне резонный вопрос, стараясь не смотреть в сторону Дханга.

Еще не сформировавшийся организм, входящий в подростковый возраст, мог плохо отреагировать на вспышки Пламени. Тем более, неконтролируемые.

— Ничего-ничего, — строго ответил Тин, недовольно поджав губы, — Ему полезно.

Теперь-то Морган на Дханга посмотрел. Тот с некоторой досадой опустил глаза, и, стараясь не отставать, сразу последовал за наставником по тропе.

— Ты откуда? — спросил Моргана Тин, когда тот с ним поравнялся.

— Я с Хамфридом.

— Понятно. Дежурим по четверо. Двое внутри, двое снаружи. Чую, и твари скоро подгребут. Продержится пару дней, максимум, а там — все.

— Как его зовут?

— Кроэн Лледр.

— Из-за чего?

— Наркотики, — вздохнул Тин. — В основном, наркотики. Нужно успеть отправить его на Олимп до того, как отступит Пламя. После этого и недели не протянет.

Жнец без Пламени представлял собой жалкое подобие человека, истязаемое внутренней болью. К концу недели без источника своей силы он превращался в нечто, обтянутое кожей, со впалыми глазами и выпирающими ребрами. Организм не усваивал не пищу, ни воду, ни лекарства. Он хирел и таял на глазах, снедаемый внутренними кошмарами. Без сна и отдыха, до тех пор, пока тело, полностью истощившись, не погибало. Некоторые поговаривали, что только тогда и начинался настоящий ужас. Тени, изгнанные Жнецом при жизни, приходили по его душу и навечно сжимали ее в своих тисках. Правда, многие считали это лишь байками. Тема частенько становилась причиной животрепещущих споров между успевшими изрядно подвыпить Жнецами, нередко приводившая к дружественному мордобою. Последствия отступления Пламени лечили только на Олимпе. Это была еще одна привилегия для переселенцев, служившая стимулировать Жнецов работать упорней.

Внутри помещения, аккуратно обшитого стальными листами, находился небольшой узкий коридорчик, по обе стороны которого располагались несколько дверей. Морган насчитал ровно шесть. По всей видимости, склад оказался не складом, а чем-то совершенно иным. Хотя, Жнец уже имел некоторые предположения, что же это все-таки могло быть.

Около каждой двери стояла длинная скамья, гладкая и без единого острого угла. Прочные толстые листы стали загибались, плавно переходя в увесистую опору. Серый коридор, освещенный тусклым неоновым светом, просматривался с трудом. На одной из скамей, той, что стояла у дальней двери слева, сидела крупная сутулая фигура. К ней-то и подошли прибывшие Жнецы, молча пожав друг другу руки. Тин Вергил и Дханг Хван сразу же зашли внутрь комнаты, попросив Моргана побыть снаружи. Шла смена караула.

Повиновавшись, Морган сел напротив угрюмого незнакомца. Принялся его рассматривать. Крупный пожилой мужчина с кожей цвета марсианской ночи опустил голову и не смотрел на новоприбывшего гостя. Кудрявые волосы, как и небольшая борода на морщинистом лице, когда-то были иссиня-черными. Сейчас же они покрылись разъедающей сединой, не оставив от прежней черноты практически и следа. Темно-зеленая растянутая футболка, ниспадающая на плотный, основательно запущенный живот, покрылась пятнами пота. Мясистые руки с широкими ладонями держали небольшую деревянную фигурку какого-то животного. Мужчина вертел и разглядывал ее, о чем-то усиленно размышляя. Затем, достав из кармана штанов небольшой, но острый нож, начал отсекать о дерева небольшие кусочки. Морган смотрел на фигурку не больше минуты, решив, что это все-таки волчонок.

— Мы не представились, — нарушил молчание Жнец, — Морган Алонсо.

— Тэд Лледр.

— Отец?

— Да.

— А мать где?

— Там, где большинство из них.

Поежившись, Морган вытянул ноги. Засунул руки в карманы штанов. Спрятав нижнюю половину лица за ворот застегнутой куртки, он словно пытался отстраниться от происходящего.

— Он знал? — еле слышно пробурчал Морган в плотную ткань.

Пожилой Жнец поднял широкое мясистое лицо. Широкие ноздри плавно поднимались и опускались, не выдавая и тени каких-либо иных эмоций, кроме смирения с происходящим. Глаза с желтоватыми пятнышками на белых белках были испещрены тонкими сосудами. Наверняка, он уже которые сутки не спал. Выпустив из розовых ладоней фигурку, уже явно похожую на маленького волчонка, Тэд Лледр осторожно опустил ее на стальную поверхность скамьи:

— Мы все знаем.

— Тогда в чем проблема?

— Ты у себя спроси, — темнокожий мужчина посмотрел на Моргана большими, удивительно круглыми глазами, — Жизнь с Пламенем — рулетка. Вроде правила просты, а выполнять их сложно… Мы всегда чувствуем, что нас подталкивает к пропасти, но не всегда, где именно находится грань с бездной… Многим везет. Пламя не задает вопросов, и мы просто выполняем свою работу. Мне повезло… Моему сыну — нет. И тебе тоже.

Словно ошпаренный, Морган вскочил с места. Он хотел возразить. Хотел сказать, что пожилой Жнец не прав. Что у него проблема иного характера, и до отступления Пламени уж точно не дойдет. Но промолчал, почти до крови закусив губу. Готовый провалиться на месте, мужчина не знал, куда деться, раз уж встал. Наверное, именно поэтому проявил неестественную радость, когда услышал, как его позвал Хамфрид.

— Морган! Привет. Ты как всегда приходишь заранее, — друг улыбнулся своей широкой улыбкой, заставляющей двигаться его большие уши.

Бывший воспитанник выглядел чуть лучше, чем при последнем звонке. Помятый вид сгладился несколькими часами сна, а свежая чистая одежда и средства от похмелья замаскировали многодневный запах перегара. Видимо, Хамфрид подошел к выполнению поставленной задачи максимально ответственно.

Поздоровавшись и с Тэдом Лледером, он без стука вошел в комнату. Через несколько секунд возни и неразборчивых голосов внутри вышли пятеро человек. Все без оружия и в одежде без заклепок, поясов и всего того, за что можно было ухватиться или оторвать. Тина Вергила и Дханг Хвана среди них не было.