Седьмой свиток - Уилбур Смит

Охотник выступил вперед.

— Я здесь, эфенди. — Голос его дрожал, а лицо осунулось. На рубашке засохла кровь.

— Как это случилось? — Николас схватил Али за руку, не давая упасть.

— Ночью пришли люди с ружьями. Шуфта. Они ворвались в дома, где мы спали. Нас даже не предупредили. Сразу начали стрелять.

— Сколько их было? И кто они?

— Не знаю, сколько их было. Стояла ночь. Я спал. И как только началась стрельба, бросился бежать. Это были шуфта, бандиты, убийцы. Настоящие шакалы и гиены — у них не было причин так поступать. Наши люди были моими братьями, моими друзьями. — Али начал всхлипывать, по лицу заструились слезы.

Ройан в полном ужасе отвернулась. Она отправилась в свою хижину и остановилась на пороге. Все разграбили. Сумки вытряхнули на пол. Постель переворошили, а матрас швырнули в угол. Словно в кошмаре, она подошла к холщовой сумке, где лежали бумаги, перевернула и потрясла ее. Она оказалась пуста. Спутниковые фотографии и карты, снимки стелы, включая полароидные, — все исчезло.

Ройан собрала постель и застелила ее, а потом села, пытаясь собраться с мыслями. Она была потрясена и подавлена. Образы окровавленных, пробитых пулями тел, лежащих возле кухни, стояли у нее перед глазами. Сосредоточиться и думать ясно оказалось почти невозможно.

В хижину ворвался Николас и быстро огляделся по сторонам.

— Они сделали то же самое со мной. Разграбили весь дом. Ружье исчезло, а вместе с ним и бумаги. Хорошо, что я держал паспорта с дорожными чеками в рюкзаке и таскал с собой… — Он заметил пустую холщовую сумку. — Они забрали…

— Да! — опередила его Ройан. — Весь наш исследовательский материал, даже «Полароиды». Слава Богу, что ты еще не вынул непроявленную пленку из фотоаппарата. Случившееся со мной и Дурайдом повторилось. Мы не можем быть в безопасности нигде. Даже здесь, даже в самом отдаленном буше… — В голосе Ройан звучала настоящая истерика. Она вскочила с кровати и бросилась навстречу Николасу. — О, Ники, что бы случилось, окажись мы в лагере прошлой ночью? — Она обняла его и прижалась всем телом. — Мы бы лежали на солнце, в крови и облепленные мухами.

— Спокойно, милая. Не будем спешить с выводами. Может быть, это обычное нападение бандитов.

— Тогда зачем они украли наши бумаги? Зачем обыкновенным шуфта наши снимки и «Полароиды»? Они охотились за нами, Ники. Я уверена. Хотели уничтожить нас, как Дурайда. И могут вернуться в любой момент, ведь мы невооружены и беззащитны.

— Ладно, я согласен, что положение у нас не из лучших. Будет мудро убраться отсюда как можно скорее. Все равно оставаться дальше смысла нет. Мы ничего не сделаем на этом этапе подготовки. — Харпер обнял Ройан и нежно потряс. — Соберись! Мы вытащим все, что сумеем, из этой неразберихи и немедленно двинемся обратно к машинам.

— А как насчет погибших? — Ройан отступила на шаг, с трудом сдержала слезы и взяла себя в руки. — Сколько людей выжило?

— Али, Салиму и Кифе удалось сбежать. Они выскочили из домиков, как только началась стрельба. Я велел им немедленно готовиться к отъезду. Еще поговорил с одним из старших священников. Они позаботятся о погребении погибших и сообщат властям. Но все согласны, что нападение было нацелено на нас. Мы еще в опасности, и лучше отсюда убраться как можно скорее.

Через час они были готовы к выходу. Николас решил оставить снаряжение для лагеря и личные вещи Бориса в монастыре у Джали Хоры. На мулов возложили легкую поклажу, собираясь идти быстрым маршем.

Аббат предоставил им эскорт из монахов, чтобы проводить путешественников до самого верха ущелья.

— Только настоящий безбожник нападет на вас, пока вы под защитой креста, — пояснил он.

Николас обнаружил в мастерской череп и высохшую шкуру дик-дика, скатал ее в сверток и прикрепил к одному из мулов. Потом он отдал приказ поредевшему каравану тронуться в путь.

Тамре сумел прокрасться в ряды провожающих монахов. Идя по дороге, он держался рядом с Ройан. Всю первую милю путников провожали причитания и прощания монашеского сообщества.

В середине дня воцарилась неимоверная жара. Воздух оставался недвижим, не было ни дуновения ветерка, и ничто не спасало поднимающихся по крутому склону путников от палящего солнца. Пот мгновенно высыхал на такой жаре, оставляя разводы соли на коже и одежде. Напуганные погонщики мулов задали очень высокий темп, подгоняя животных острыми палками и вынуждая всех двигаться быстро.

К середине дня они повторили утренний путь и оказались возле места предполагаемой плотины Таиты. Николас и Ройан потратили несколько минут на то, чтобы окунуть головы в реку и смыть пот с лица и шеи. Потом они постояли над водопадом, прощаясь с каньоном, в котором покоились их надежды и мечты.

— Когда мы вернемся? — спросила она.

— Мы не можем позволить себе медлить, — сказал Николас. — Скоро пойдут большие дожди, а гиены подхватили след и приближаются. Теперь у нас на счету каждый день. Каждый потерянный час может иметь решающее значение.

Ройан заглянула в пропасть и тихо проговорила:

— Ты еще не победил, Таита. Игра идет.

Они отвернулись и последовали за мулами по дороге, ведущей наверх.

Вечером путники остановились не на традиционном месте у реки, а прошли еще несколько миль, пока не пришлось прекратить движение из-за темноты. Они даже не пытались устроить удобный лагерь. Поужинали инжером и уатом, захваченными с собой монахами. После этого Николас и Ройан развернули коврики на каменистой земле, подложив под головы тюки, и погрузились в усталый сон без сновидений.

На следующее утро, пока нагружали мулов в предрассветной темноте, странники выпили по чашке крепкого эфиопского кофе, а потом сразу двинулись по дороге.

Когда поднимающееся солнце осветило отвесные стены ущелья, которые казались так близко, что можно коснуться рукой, Николас заговорил с Ройан, быстро шагавшей рядом с ним.

— Такими темпами мы к вечеру доберемся до подножия скал, и есть неплохой шанс заночевать в пещере за водопадом.

— Значит, мы сократим путь на пару дней и завтра дойдем до машин.

— Нельзя исключать этого, — сказал Харпер. — Я буду рад выбраться отсюда.

— Да, слишком похоже на ловушку, — согласилась Ройан, глядя на каменистую, изломанную землю, простирающуюся вокруг и, казалось, загоняющую их к Дандере. — Я вот что подумала, Ники…

— Интересно послушать твои выводы.

— Никаких выводов, только тревожные мысли. Предположим, кто-то в «Пегасе», способный разобраться в наших записях, заполучил снимки и все материалы. Как они поведут себя, поняв, насколько мы продвинулись в поиске?

— Действительно, не самые приятные мысли, — согласился Николас. — С другой стороны, мы ничего не можем с этим поделать, пока не вернемся к цивилизации. Разве что держать глаза открытыми и не забывать применять мозги по назначению. Черт подери, у меня нет даже малютки «ригби». Мы — буквально стая сидящих на воде птиц.