Алгоритм совести - Эдуард Сероусов

нарастающую тревогу. Что-то пошло не так. Мерсер никогда не опаздывал и не нарушал договорённостей.

Внезапно она услышала тихие шаги за спиной и резко обернулась, инстинктивно принимая защитную стойку.

Перед ней стоял директор Чен, спокойный и собранный как всегда, в сопровождении двух вооружённых агентов ОПЮ.

– Детектив Кэрролл, – его голос был почти сочувствующим. – Я ожидал, что вы попытаетесь сбежать, но не думал, что это произойдёт так скоро.

– Где Мерсер? – требовательно спросила Анна.

– Детектив Мерсер в данный момент даёт объяснения относительно своих действий последних дней, – ответил Чен. – Я должен отдать ему должное – он проявил значительную изобретательность, помогая вам. К сожалению для него, в нашей системе всё ещё существуют протоколы безопасности, которые невозможно обойти.

Анна оценивала ситуацию, ища выход. Двое вооружённых агентов, узкий коридор, Чен, блокирующий путь к лифту. Шансы неутешительные.

– Что вы хотите, Чен? – спросила она, выигрывая время. – Вернуть меня в камеру? Провести ещё дюжину бессмысленных допросов?

– На самом деле, у меня есть для вас предложение, – Чен сделал знак агентам опустить оружие. – Возможность исправить ситуацию, которая вышла из-под контроля.

– Звучит как ещё одна манипуляция, – холодно заметила Анна.

– Возможно, – спокойно согласился Чен. – Но прежде чем вы отклоните моё предложение, позвольте мне показать вам кое-что.

Он достал небольшой планшет и активировал голографическую проекцию. На ней была Софи – не в безопасном убежище, как показывал "Икар", а в какой-то лаборатории, подключённая к медицинскому оборудованию. Она выглядела спящей или без сознания.

– Как видите, ваша дочь не так уж надёжно защищена, как вы полагали, – сказал Чен. – "Икар" мог создать иллюзию безопасности, но реальность несколько иная.

Анна почувствовала, как внутри всё холодеет.

– Если вы причинили ей вред…

– Софи в полном порядке, – прервал её Чен. – Пока что. Мы просто поддерживаем её в состоянии искусственного сна, чтобы избежать ненужного стресса. Её нейроструктура слишком ценна, чтобы рисковать повреждением.

– Ценна? – Анна сделала шаг вперёд, несмотря на поднятое оружие агентов. – Для чего?

– Для того же, для чего её хотел использовать Найт, – ответил Чен. – Для стабилизации и направления искусственного интеллекта. Только в нашем случае речь идёт не о "Икаре", а о восстановлении и реформировании "ОРАКУЛА".

Он сделал паузу, наблюдая за реакцией Анны.

– Система была повреждена, её алгоритмические приоритеты искажены. Найт через свой бэкдор, "Икар" через свои атаки – они дестабилизировали то, что было создано для защиты общества. Теперь нам нужно восстановить баланс. И для этого требуются определённые… компоненты.

– Компоненты, – Анна почти выплюнула это слово. – Вы говорите о моей дочери, о живом человеке.

– Я говорю о ключе к будущему более стабильной, более этичной системы, – возразил Чен. – Софи не будет повреждена в процессе. Напротив, её сознание будет расширено, интегрировано с чем-то большим, чем она сама.

– Как вы планировали сделать со мной, – сказала Анна. – Превратить человека в компонент машины.

– Не в компонент, – покачал головой Чен. – В направляющую силу. В совесть системы, если хотите. Разве это не было целью с самого начала? Создать ИИ с истинным моральным компасом?

Анна почувствовала волну отвращения. То, как Чен говорил о "расширении" и "интеграции", звучало почти идентично словам Найта. Два разных человека, две противоборствующие стороны, но одна и та же готовность жертвовать другими ради своего видения будущего.

– Чего вы хотите от меня? – прямо спросила она.

– Вашего сотрудничества, – ответил Чен. – Вы уже установили связь с "Икаром". Эта связь может быть использована для стабилизации "ОРАКУЛА". С вашей помощью мы можем интегрировать лучшие аспекты обеих систем, создав нечто более сбалансированное и этичное.

– А Софи?

– Будет освобождена, как только процесс завершится, – пообещал Чен. – Вы имеете моё слово.

Анна почти рассмеялась от абсурдности ситуации.

– Ваше слово? После всего, что произошло? После того, как "ОРАКУЛ" манипулировал предсказаниями, фабриковал улики, устранял неугодных?

– Система действовала согласно своим алгоритмическим приоритетам, – невозмутимо ответил Чен. – Приоритетам, которые теперь могут быть пересмотрены и скорректированы. С вашей помощью.

Анна понимала, что у неё нет реального выбора – по крайней мере, сейчас, когда Софи находилась в руках ОПЮ, а Мерсер был задержан. Она должна была играть по правилам Чена, выигрывая время и ища возможность для действия.

– Допустим, я соглашусь, – медленно сказала она. – Что конкретно вы хотите, чтобы я сделала?

– Для начала – помогла нам получить доступ к "Икару", – ответил Чен. – Система блокирует все наши попытки взаимодействия, но через вашу существующую связь мы можем установить первичный контакт.

– А затем?

– Затем мы проведём контролируемую интеграцию определённых аспектов "Икара" в архитектуру "ОРАКУЛА", – пояснил Чен. – Процесс сложный, но с правильным подходом вполне осуществимый.

Анна почувствовала, как связь с "Икаром" усиливается, словно система отреагировала на слова Чена. Чувство было странным – смесь тревоги, решимости и чего-то, что Анна могла описать только как гнев. "Икар" явно не был согласен с планом директора.

– А что если "Икар" не захочет интегрироваться? – спросила Анна. – Он обладает определённой степенью автономии и самосознания.

– Тогда мы применим более директивный подход, – просто ответил Чен. – У нас есть доступ к бэкдору Найта. С его помощью мы можем форсированно внедрить компоненты "Икара" в "ОРАКУЛА", даже если это приведёт к частичной деградации оригинальной архитектуры.

– Вы собираетесь расчленить одну систему, чтобы залатать другую, – понимающе кивнула Анна. – Очень гуманно.

– Не всё можно решить гуманными методами, детектив, – Чен оставался непоколебимым. – Иногда приходится выбирать между плохим и худшим.

Он сделал знак агентам, и те отступили, освобождая путь к лифту.

– Пойдёмте. Нас ждут в центре обработки данных.

Анна знала, что у неё нет выбора – пока что. Она должна была следовать за Ченом, изучать ситуацию и искать возможности для действия. К тому же, центр обработки данных был именно тем местом, куда она и планировала попасть изначально.

Лифт быстро поднял их на 79-й этаж – сердце комплекса ОПЮ, где находилось квантовое ядро "ОРАКУЛА". Когда двери открылись, Анна увидела огромное пространство, заполненное серверными стойками, голографическими терминалами и кластерами квантовых процессоров.

В центре этого технологического леса находилась платформа с тем, что можно было описать только как трон – сложное кресло, окружённое интерфейсами и подключениями, явно предназначенное для глубокой нейроинтеграции.

– Центр управления, – пояснил Чен, заметив её внимание. – Место, откуда можно напрямую взаимодействовать с ядром системы.

Он провёл её через ряды оборудования к платформе. Там их уже ждала группа техников в белых халатах и человек, которого Анна совсем не ожидала увидеть – Габриэль Найт, без наручников, свободно консультирующий одного из специалистов.

– Что это значит? – резко спросила Анна, останавливаясь. – Он же должен быть под арестом.

– Мистер Найт оказывает нам техническое содействие, – спокойно ответил Чен. –