Полночь в Эвервуде - М. А. Казнир

напомнить, что король Гелум изменил законы, чтобы оправдать свое убийство короля Элтера и королевы Алтины.

Пирлипата посмотрела на него:

– Каким образом изменил?

– Собственно говоря, тот, кто свергает правителя, имеет право забрать себе его корону, трон и стать королем, – сказал Фин.

Один за другим они перевели взгляды на Деллару.

Ее заостренные зубы сверкнули.

– Я думаю, вы хотели сказать «королевой».

Глава 43

Мягкий голубой отблеск упал на лицо Мариетты. Светлый, как замерзшее голубое сердце ледника. Он ускользнул прочь и сменился всплесками изумрудно-зеленого цвета. Она подняла глаза. По всему небу плясали огни, превращая лес в грот из сверкающего звездного света. Все это походило на волшебство, буйное, странное, опьяняющее.

– Звездные Огни, – сказала Деллара, глядя вверх, ее победный восторг сменился изумлением. – Королева Алиана сияет ярче, чем когда-либо сегодня ночью. Должно быть, это она послала их нам.

– Она знает, что мы отвоевали ее страну, – сказала Пирлипата и положила ладонь на плечо Деллары.

Они обе повернулись к Мариетте.

– Легенда гласит, что Звездные Огни посылают нам во время войн короли и королевы, которые смотрят на нас сверху. Говорят, что в последний раз, когда Звездные Огни сияли на небе, они исцелили целую армию в знак благодарности, – сказала Деллара.

Легат застонал в объятиях Мариетты, и она взглянула на него, в ней вспыхнула хрупкая надежда. Потом приподняла свою накидку и посмотрела на его раны. Они уже покрылись новой кожей, края опять срослись.

Он открыл глаза.

– Тебя ранили, – произнес он и потянулся рукой к порезам на ее горле. Голос его звучал хрипло, взгляд то туманился, то снова обретал ясность. Она улыбнулась, ее сердце часто билось оттого, что она видит его, слышит его, чувствует его, снова живого и целого.

– Кто бы говорил.

У Кларена вырвался вздох облегчения.

– Напугали вы нас, капитан. – Стоящий рядом с ним Фин обменялся улыбкой с Мариеттой.

Взгляд Легата стал осмысленным и остановился на Мариетте. Магия, чудесным, безудержным потоком заливающая лес, постепенно исцеляла его. Наверху плясали игривые огни, яркие, поющие, меняющие цвета. Мариетта смотрела на них вместе с Легатом, она никогда не думала, что у нее будет возможность своими глазами увидеть северное сияние, так как оно обычно появляется в более холодных и далеких районах ее мира. Ее мир. Наверное, она уже подошла близко к двери в него. К концу своей сказки в Эвервуде.

– Вернись ко мне, – тихо произнес Легат, его пальцы обхватили ее руку, его тепло удерживало ее возле него. – Будущее снова принадлежит нам.

И все же, как только его слова слетели с губ, Мариетта почувствовала невозможность того, что они подразумевали.

– Будущее, в котором нам не быть вместе.

Улыбка Легата была полна печали. Она прижалась губами к его губам, заглушив его следующие слова. Поцелуй был сладким и нежным, полным тысячи сожалений, ей так хотелось заключить это мгновение в снежный шар, чтобы снова и снова проживать его потом.

– Некоторое время назад я боялась, что ты меня уже никогда больше не поцелуешь, – сказала она потом.

Он заглянул в глубину ее глаз.

– Что бы я ни сделал, куда бы жизнь меня ни забросила, я найду тебя снова, можешь быть уверена. Мы встретимся опять, это записано в звездах.

Пирлипата уехала первой.

Кларена и Фина отправили на поиск саней. Пока их ждали, Легат отдал скопированную переписку короля Гелума с его шпионами, из которой можно было узнать все подробности о том, как Кракатук собирает войска, какой гнев вызвало похищение их принцессы и грозящее на днях вторжение короля Гелума, и о готовящемся выступлении войска Кракатука к Эвервуду по Дороге воров. Необходимо было срочно ехать туда и всех успокоить.

– Должно быть, они получили мое письмо, – сказала Пирлипата, ее улыбка сверкала так же ярко, как ее доспехи. – Все-таки они по мне скучали.

Когда Кларен и Фин вернулись с двумя санями, она села в одни из них. Потом повернулась к Делларе.

– Ты уверена, что тебе не требуется моя помощь? – спросила она, беря в руки поводья.

– Дел предстоит много, но я говорила с Легатом, я назначу Робесс своей советницей и министром. Со мной все будет в порядке, – твердо заявила та.

Ответная улыбка Пирлипаты растрогала Мариетту.

– Я в этом никогда не сомневалась, – сказала она. – Я ознакомлюсь с положением дел в Кракатуке и вернусь. Тогда мы сможем работать вместе и создать новый порядок в наших странах. – Она повернулась к Мариетте, пытавшейся взять себя в руки. – Встреча с тобой привнесла в мою жизнь новое счастье. В последние месяцы ты стала мне дорога как одна из самых близких подруг. Я никогда не забуду тебя, Мариетта.

Мариетта обняла ее, перегнувшись через борт саней:

– И я тоже, Пирлипата. Ты мне очень дорога, ты была солнечным светом во время долгой зимы.

Они смотрели ей вслед: она покидала вечную ночь и наконец-то возвращалась домой.

Делларе предстояло уехать следующей, в сопровождении Кларена и Фина. Мариетта стояла рядом с ее санями. Деллара улыбалась улыбкой гордой матери.

– Кто бы знал, когда король Гелум в качестве новой домашней любимицы завел себе танцовщицу, что из-за нее обрушится весь дворец.

Мариетта улыбнулась:

– А я не могу даже представить себе лучшей королевы.

– И мне никогда не понадобится наследник, так как я бессмертна, что решает эту маленькую проблему, – сказала Деллара, на ее лице ясно читался восторг. – Однако, когда все будет сделано и сказано, я очень хочу организовать управление страной по образцу Мистпойнта.

– Они избирают правителей, не так ли? – спросила Мариетта. – Никогда бы не подумала, что ты захочешь отказаться от короны.

Деллара пришла в еще больший восторг.

– Я никогда этого и не утверждала. Если я правильно помню, ты как-то мне долго объясняла систему правления в вашем королевстве. Может быть, я ее скопирую.

Мариетта рассмеялась. Затем Деллара посмотрела на нее, снова стала серьезной, и ком встал у нее в горле, она поняла, что настал миг прощания и сейчас они обменяются последними словами. Она сжала руки Мариетты:

– Будь сильной, с тобой все будет в порядке. Никогда не гаси свою искру ни ради кого, гори ярко ради своего собственного будущего. Мы не такие уже разные, ты и я. Мы сердитые девушки с сердцами из стекла.

Мариетта улыбнулась сквозь готовые пролиться слезы:

– Не похоже на тебя – признаваться в слабости.

Деллара снова улыбнулась, кровожаднее, чем раньше:

– Кто сказал, что это слабость? Ничто так хорошо не режет, как стекло.

Мариетта расхохоталась.

Тени в серых глазах