Средневековая история - Галина Гончарова

А гуманистов оставим за кадром. Не надо портить ими картину. Их бы убить пытались — визгу было бы — враз забыли бы про все на свете.

Лиля осмотрела ногу, заверила Али, что все идет по плану — и ушла. Кажется, из-за двери донесся ей вслед голос Нилей…. Ну и плевать! Лиля не была жестока, но как и любой медик — к человеческой смерти относилась довольно равнодушно. Пока та не забирала родных. близких или пациентов. но Нилей не была ни тем. ни другим, ни третьим.

Знала, на что шла! Знала. И золота на себя, кстати, вагонами цепляла. Не брезговала. А потом решила убить супруга… из-за великой любви?

Тоже мне, Леди Макбет Альтверского уезда. Вот и не жалуйся теперь. Лиля подозревала, что ее не пожалеют — но плевать! Ей было это не то, чтобы безразлично. но как-то… лезть в семейные дела совершенно не хотелось. Что бы там не произошло — ее это НЕ КАСАЕТСЯ! И точка.

Внизу Лейф сам вызвался ее сопровождать к ювелиру. И по дороге попытался покаяться. Пришлось сказать ему, что она не обижается. Пусть сам накажет своих людей — а ей голову не морочит. Чтобы на посту не зарились на вино из рук смазливой вертихвостки.

Судя по глазам Лейфа — он собирался на весь корабль распространить принудительную трезвенность.

Ювелир встретил Лилю радостной улыбкой — и несколькими заколками. Застежками и крючками.

Лиля же обрадовала его предстоящей встречей с мэром. Хелькке тихо выругался, но деваться было некуда. Откат властям — и в Африке откат. Ладно!

Лишь бы жить не мешал!

Достопочтенный Торий Авермаль все новинки оценил. И весьма высоко.

Покивал, поахал — и предложил взять его в долю. Тридцать процентов.

Лиля даже пальцем у виска вертеть не стала. Так, намекнула, что Хельке может и в Иртоне творить. Ему непринципиально.

Ювелир тихо злорадствовал. Графиня оказалась не только милой женщиной с интересными идеями. Она еще и торговалась, как истинный эввир. Он бы в жизни не осмелился так торговаться с благородным — а то и плетей можно отхватить. А графиня уверенно сбила цену до десяти процентов, выторговала за это полное содействие, помощь при постройке мастерских, ну и оговорила кое-что для себя.

Лиля собиралась домой. Но скотина нужна?

Да!

Вот пусть мэр и обеспечит ее доставку в Иртон. Авось, справится. И здесь где-нибудь передержит. Не только скот. Еще и почтовых голубей. И голубятника. А то им надо как-то связываться с Хельке. Так — не наездишься. Ладно еще раз в месяц. А с помощью птичек — все будет намного легче.

А еще мастера. Кузнец, стеклодув… вот пусть мэр и договаривается с гильдиями, чтобы под ногами не мешались. С подмастерьями Лиля и сама договорится, но лучше, чтобы им не мешали пройти испытание. А тут уж Торию карты в руки. Кому охота спорить с властью?

Лиля могла бы и сама, могла… но зачем?!

Хельке только головой качал.

Умница, какая умница…

А Лиля собиралась дождаться, пока девушки сдадут свой экзамен, набрать еще людей — и тогда уже ехать домой. Да и за Али спокойней будет…

Следующие три дня прошли спокойно. Ну — по мере возможностей.

Съездить на ярмарку вместе с вирманами — и прикупить еще скота, который мэр города определил в свой личный хлев. А вирмане еще и пометили кое-где коз, коров и овец. Мол — так надежнее. Так я точно узнаю, что это — наши животные.

Снять швы у Али — и поменять лубки на более удобные, сделанные местным плотником по ее проекту. Лиля отметила, что нога срастается хорошо, ровно — но присмотр еще требуется. То же самое заметил и Али — после чего стал глядеть на женщину с тихим восторгом. Лиля сильно подозревала — не будь она уже замужем — получила бы предложение. А то и два — Омар тоже как-то подозрительно косился, когда Али не видел.

Что ж.

Если законный муж окажется скотиной — устроим ему несчастный случай — и в Ханганат. Авось, нее выдадут. Тем более — местные восточные мужчины оказались весьма приличными товарищами. В отличие от большинства товарищей, которые торговали джинсами и анашой на русских рынках.

И плевать на внешность. Это-то Лиля знала с детства. Мама объяснила на простом примере.

Приходишь ты в магазин. За конфетой. Покупаешь, разворачиваешь красивый фантик. Смотришь — что-то коричневое и некрасивое… конечно — это НАДО выкинуть! Выкидываешь. И упоенно жуешь обертку.

Нет?

А чего ж вы, девочки, красивых любите? Если там за красивым фантиком — что-то коричневое и некрасивое. И не обязательно — конфетка.

Владимир Васильевич, кстати, красотой вообще не отличался, напоминая гриб-боровичок. Но Алина мама его любила до безумия.

Не кушаем мы в жизни фантики. И живем с человеком, а не с внешностью.

Но кому охота — вперед.

Стеклодув оказался редкостной скотиной. Змеевик он еще сделал. Но так, что ей-ей… убиться дверью! Стеклодув дядя Володя за такое бы ноги вырвал! Лиле тоже хотелось, особенно когда она цену узнала.

В качестве маленькой личной мести она сманила у него ученика — пообещав не золотые горы, но рецепт цветного стекла. Благо, нужные химикаты были. У кожевников разжилась…

Ученик не просто согласился — рванулся так, что впору за хвост ловить было.

Как улаживал дела с его мастером мэр — Лиля так и не узнала. Но спустя три дня к ней пришел молодой мастер стеклодувного цеха.

Заметим в скобках, что подмастерье кузнеца тоже отправлялся с Лилей в Иртон.

Приходили девочки. Принесли ей пару перешитых платьев. С розовых мешков спороли все лишнее, добавили белые и желтые тона — и Лиля смогла смотреть на них без отвращения.

Но все равно…

Часть платьев Лиля продала. По наводке Марсии. Девочка оказалась активной — недаром она говорила за всех троих. И на вырученные деньги закупила еще ткани. Дорого, но — надо. Бархат, сатин, шелк — это в Иртоне не произведут.

Закупленное грузили на корабль вирман. Лейф ворчал, но терпел. Тем более, что Лиля приказала ему воспользоваться случаем — и обновить что надо из оружия. Это влетело в копеечку. Ну да ладно! Не разорится она на стрелах и нескольких кольчугах. Пусть дорого. Но своя шкурка ближе к телу и дорога хозяйке. Деньги, потраченные на образование и безопасность — зря потраченными не бывают. Факт.

Хельке работал день и ночь. Лиля познакомилась с его кузеном-парикмахером. Или — художником причесок, как это тут называли.

Подсказала идею нескольких причесок, рассказала про виды расчесок, бигуди, мелкую химию — и мужчина потер руки… Начать — здесь. И ехать в столицу. А с милой графиней переписываться! Она ведь расскажет еще что-нибудь интересное, правда?

Марсия, Лидия и Ирэна таки стали мастерицами. Хотя это влетело Лиле в пару золотых. И теперь девочки, глядя на Лилю благодарными глазами, вовсю тренировались на ее платьях. Пуговицы, карманы, вытачки, фасоны… Лиля могла поделиться. А девочки были рады каждой крупице знаний.