Путанабус. Наперегонки со смертью - Старицкий Дмитрий

Соседей в поселке пятеро. Все — лица свободных профессий.

Врач с семьей. Большой вальяжный человечище с седой гривой непослушных волос, лет пятидесяти, постоянно курящий тонкие вонючие сигары. В движениях медведя напоминает. Жена его — игривая дама лет сорока, пикантная штучка с фигурой, еще не перешедшей грань того, чтобы ее называли толстой. У них в городе частная практика гомеопатическая. Жена и как секретарь при нем, и как составитель снадобий. Катаются они туда-сюда на старинном чуде ГДРовского автопрома под названием «Robur». Такая «буханка» полугрузовая с округлыми обводами вагонной компоновки кузова.

Запойный художник-самогонщик неопределенного возраста, оформивший в Демидовске все вывески и витрины с основания города. Худой как жердь, потому как в запоях ничего не ест, только пьет. Ездит на «Сузуки-самурай», кустарно переделанном в грузовой пикап с двухместной кабиной. Бабы у него живут часто, но временно. Ненадолго. И как правило — из новоприбывших неприкаянных. Живут с ним до тех пор, пока не осознают, что даже такие, как они, тут дефицит.

Охотник еще одинокий, дома бывающий редко. Разве что очередной охотничий трофей от таксидермиста приволочет на своей «шишиге», оттюнингованной как для «Кэмел-трофи», в которой можно жить с не меньшим комфортом, чем в доме. Малоразговорчивый товарищ. Головой кивнет — и дальше чешет упругой походкой.

Выездной фотограф с женой-видеооператором. Молодые, симпатичные, резкие. У них две машины. «Унимог» с двойной кабиной-купе для дальних рейдов и трехдверный «гелендваген» для местных покатушек на свадьбы и прочие юбилеи. Периодически они еще и передачи делают для местного радио. Востребованные товарищи.

И последний сосед — частный детектив. Как водится, одинокий волк с малозапоминающейся внешностью. Тоже вечно в отъездах. Но бутылочку раздавить с соседом совсем не промах, когда на отдыхе. О работе своей ни слова не сказал, кроме того, что его профессия в отсутствие регулярной полиции всегда будет востребована. Он больше любит трепаться про староземельную жизнь и рассказывать байки о работе ростовского уголовного розыска. Смешные.

Мы втроем, с художником еще, так и собираемся, когда все трое в поселке в наличии. Бутылочку раздавить. Это так называется, потому как я или сыщик изначально приносим пузырь чего-нибудь приличного, а потом художник вечно бегает домой за своим самогоном. Самому догнаться и нас угостить.

Все люди с виду совсем не суровые. Но пулемет по крайней мере есть в каждом дворе. И так в этом поселке сложилось, что соседи друг другу излишне не досаждают. Может, потому, что детей ни у кого не было?

Мой хозяин — геолог. Постоянно пропадает в экспедициях. На этот раз его занесло на южный берег Залива к англичанам на контракт, вот он и искал себе постояльца на долгий срок. Половина того, что я ему плачу за месяц, в городе ушла бы только на оплату стоянки для автобуса. Так что мне тут по деньгам. Главное — начать самому зарабатывать.

Называется наш поселок Нахаловка, потому что никто ни у кого разрешения на строительство здесь не спрашивал, когда заборы из дикого камня по два метра ставил.

Новая Земля. Протекторат Русской армии.

Пригород Демидовска. Поселок Нахаловка.

22 год, 19 число 7 месяца, пятница, 7:00.

Вот я и пристроился на новой родине.

Работаю водителем междугороднего автобуса — эксплуатирую бывший «путанабус». Зарабатываю неплохо, что радует — не все же тратить. Чистыми за вычетом всех расходов и налогов остается у меня денег в полтора-два раза больше, чем у ведущего инженера на демидовских заводах, а они тут элита.

А я еще не каждый день в рейс выезжаю. Так что режим щадящий. Жилы не рву.

Налог — всего 15 процентов от дохода, и один процент сбора на оборону, остальное все мое. Лепота. За этот процент сбора меня еще и на учения ополченцев не тягают. Впрочем, как и других предпринимателей. Сапоги-то сапоги тут в руководстве, а соображают, что мы — это в случае чего их тыл. Готовые службы тыла.

И как руководителю частной транспортной компании кинули мне автоматом старлея[112] автомобильных частей легкой пехоты. Запаса, конечно. С правом призыва на случай войны. Вместе с принадлежащим фирме транспортом. Три ха-ха.

Фирма моя (фирма — это громко сказано, я в ней один корячусь, даже бухгалтер у меня приходящий; но фирма официально зарегистрирована в городе Демидовске) называется «Амазонский экспресс». Пассажирские перевозки класса «люкс». Что и написал я по бортам автобуса над несущимся рысью длинным крокодилом. А что? Узнаваемый бренд!

Пока катаюсь только по маршруту Демидовск — ППД — Береговой — ППД — Демидовск. Безопаснее в протекторате кататься вне конвоя, чем в других землях. К тому же автобус, не связанный скоростью с конвоем, получается действительно экспресс: за световой день от Демидовска до Берегового — почти без напряга. Выезд после рассвета и приезд еще засветло.

В середине дня — остановка в ППД с обедом. Там у меня бигмачная прикормлена по внешнюю сторону забора. Правильный казанский пацанчик Равиль подсуетился и в прошлом году с разрешения руководства армейской Базы устроил рядом с КПП что-то вроде «Макдоналдса» только с русско-татарским колоритом. Создал то, что у Лужкова в Москве в девяностые не получилось. И работают у него там в основном уже уроженцы Новой Земли — дети солдат и офицеров. Быстро, споро, вежливо и вкусно. Хоть и фаст-фуд голимый. Но что еще надо в дороге? Тем более что самса — не гамбургер ни разу: сытней, вкусней и полезней.

А главное, так я чаще Танюшку вижу, чем если бы катался еще и в Москву с Одессой. Хотя маршрут востребованный. Часто спрашивают.

Как приезжаю я к морю в поселок Береговой, так Бисянку отпускают в увал[113] на ночь — она сказала, что я ее муж, вот начальство и идет навстречу, хотя оформить наши отношения официально в поселковом совете у нас все руки не доходят. Они другим заняты, когда мы видимся. Я-то совсем не против женитьбы, только Танечка не желает на это мероприятие короткие часы увольнения тратить. Ждет, когда ей сразу минимум два-три дня отпуска дадут. А с этим туго по первому году службы.

Вот и сейчас: подвез я ее до КПП части, помахал ручкой напоследок и, вздохнув, поехал пассажиров собирать в Демидовск. Слава богу, они не кончаются. Здесь и конвои с Северной дороги окончательно тормозятся после остановки в Одессе — рембаза тут у легкой пехоты (сам один раз пользовался — лопнувшую рессору менял). И переселенцы, что морем из Порто-Франко в армейский протекторат пришли, тоже здесь стартуют в новой жизни. Так что рачительные вояки не стали дублировать посты иммиграционной службы и сосредоточили ее в поселке Береговой.

Конечно, и в ППД, и в Демидовске какие-то чиновники, отвечающие за учет новых поселенцев, остались — мало ли кто прикатит на собственном транспорте? Тормознулся по первости человек в Москве, а потом там семье не понравилось. Да мало ли причин? Но вот Иммиграционный департамент с аппаратом первого военкома перебрались к морю практически целиком для комплексного охвата новичков.

Даже новые отельчики строят для таких транзитеров. С минимумом удобств, зато дешевые. А уж если частник к процессу подключается, то это значит, что такое решение принято окончательно.

Так что быть вскоре Береговому городом. Думаю, недолго ждать осталось. Весь полуостров застроят. К бабке не ходи. Населения, не считая военных, уже за четыре тысячи перевалило.

Тут и штаб военно-морского флота ПРА находится вместе с базой флота и морским ремзаводом, постепенно превращающимся в судостроительный.

И батальон морской пехоты расположен.

И грузовой порт.

И штаб-квартира государственной нефтегазовой компании. С геологами, поисковиками-разведчиками недр, бурильщиками-эксплуатационниками скважин и обслуживанием нефтепровода.