Пустые калории. Почему мы едим то, что не является едой, и при этом не можем остановиться - Крис Ван Туллекен

природы УПП процесс ее производства обычно просто не позволяет беспокоиться ни о состоянии окружающей среды, ни о высоких стандартах ухода за животными. Он стимулирует избыточное потребление еды и не дает нам информации о ее происхождении. Если вы покупаете свежую говядину или курицу, то на упаковке, возможно, будет написано что-нибудь вроде «травяной откорм» или «зерновой откорм». Покупатели часто интересуются, с какой именно фермы привезли это мясо. Но очень немногие спрашивают, чем кормили курицу в готовом УПП-сандвиче, который они покупают, хотя, как выясняется, это очень даже важный вопрос.

Возьмем, например, соевые бобы, одно из древнейших культурных растений в мире. Сою раньше редко использовали как пищевую культуру, потому что на вкус она не очень, да и переваривается трудно. Ее можно ферментировать и получить из нее хороший белок в форме тофу (или собрать неспелой и приготовить эдамамэ), но до недавнего времени соя не была значительным источником калорий для большинства людей.

Но поскольку соя содержит около 42 % белка, она очень эффективна для откорма животных, если ее интенсивно обработать, израсходовав много ископаемого топлива. Сначала стручки встряхивают, чтобы удалить стебли и грязь, потом обезвоживают в огромных нагревателях, с них механически снимают оболочку, измельчают в пыль гигантскими роликами, затем регидрируют обратно и собирают в хлопья. Масло извлекают с помощью горючего растворителя (гексана), а хлопья либо скармливают животным, либо дальше разогревают, охлаждают, измельчают, растворяют с одним уровнем pH и потом осаждают с другим, чтобы получить «изолят белка», который затем можно добавить в любую УПП для объема, сытности или просто для того, чтобы продукт можно было рекламировать как «высокобелковый». Соя – отличный пример созависимости фабричного земледелия и УПП-промышленности. Примерно 75 % сои идет на корм скоту, но рынок соевого масла тоже очень прибыльный – соевое масло добавляют в самые разные УПП30.

Это не эффективный способ приготовления еды из растения (по сравнению с, ну, не знаю, тем, чтобы непосредственно съесть растение), но он дешевый – настолько дешевый, что бо́льшая часть соевого белка уходит на корм курам (а также свиньям и молочным породам коров), из мяса которых потом делают УПП31.

Курятина – это самое популярное мясо. На фермах Великобритании каждый год выращивают около 1 миллиарда кур (по 15 на каждого взрослого и ребенка – вдвое больше среднемирового показателя), 95 % из них – быстрорастущие породы, которых интенсивно выкармливают в закрытых помещениях. Кур, которые свободно гуляют по птичьим дворам, почти нет. А поскольку из-за птичьего гриппа кур приходится держать в закрытых помещениях, возможно, «птица свободного выгула» окончательно уйдет в прошлое.

Лучший способ заработать на курице – как можно меньше времени потратить на уход за ней. Если держать курицу как домашнее животное, она может прожить около шести лет.

Но 95 % кур, которых мы едим, забивают в возрасте всего шести недель – менее 2 % естественной продолжительности жизни. Куры на свободном выгуле живут около восьми недель, а органические куры на свободном выгуле – около двенадцати (именно поэтому их мясо дороже). С чисто коммерческой точки зрения интенсивные методы птицеводства оказались успешными: цена на курятину в реальном выражении сейчас почти в три раза ниже, чем была в 1960-х32.

Этих кур держат на высокобелковой диете – немного рыбьей муки и очень много сои.

Каждый год в Великобританию ввозят 3 млн тонн сои – бо́льшая часть которой собрана за счет разрушения окружающей среды, которое уже сейчас воздействует на глобальный климат33–35.

Соя занимает настолько доминирующее положение как корм для промышленного животноводства, что среднестатистический британец или европеец употребляет около 61 кг сои в год, в основном в форме животных продуктов – курятины, свинины, лосося, сыра, молока и яиц36. Лишь 20–30 % импортируемой сои имеет «сертификат устойчивости» (а мы уже говорили о том, насколько малозначителен этот термин). Итак, если вы живете в Великобритании, то где-то в жарких странах есть участок земли размером с теннисный корт, где выращивают сою специально для вас, причем, скорее всего, он находится в Бразилии или Аргентине, где ради него уничтожают экосистемы, воздействующие на глобальный климат[135].

Если все пойдет прежним курсом, то в ближайшие 30 лет производство мяса в мире удвоится, и нам нужно будет где-то взять земли размером с Европу, чтобы выращивать там сою и кукурузу на корм животным.

И дело не только в разрушении сред обитания. Использование пестицидов при выращивании сои в обеих Америках ассоциируется с врожденными дефектами и повышением заболеваемости раком среди местных жителей. В Аргентине с 1990 года производство сои выросло вчетверо, а применение гербицидов – в 11 раз. В этих регионах увеличилась частота выкидышей и врожденных дефектов. В целом в Аргентине рак является причиной примерно 20 % смертей, но в этих областях доля смертей от рака составляет более 30 %38–40.

Если эти эффекты кажутся вам чем-то далеким, то воздействие на глобальный климат уж точно не должно. Продовольственная безопасность, которой наслаждаются многие из нас, порождена системой производства, которая удерживает издержки на низком уровне, уничтожая дикую природу и не расплачиваясь за углекислый газ в атмосфере. По иронии судьбы, такой подход рано или поздно приведет к огромной продовольственной незащищенности. Это уже происходит по всему миру, но в самом непосредственном виде – как раз в областях Амазонии, в которых свели леса для выращивания сои.

Для дождей в глубине материка нужны деревья. Дождевые облака не могут самостоятельно проделать 400-километровый путь от моря, так что для дождей в центре континента – тех самых дождей, благодаря которым, например, существуют леса в центре Амазонии, – требуются леса, растущие от самого побережья. Примерно половина всех дождей, выпадающих на Амазонию, порождена ее деревьями. Как знает любой, кто учил в школе географию, вода испаряется из моря, затем выпадает дождем на прибрежные леса. Эти леса «выдыхают» водяной пар, из которого появляются новые облака, которые уходят дальше вглубь континента, образуя так называемые летающие реки.

Что особенно важно, именно так вода попадает на плантации сои и кукурузы в центральной и западной Бразилии. Когда вы уничтожаете лес, дождей идет меньше. Исследование 2019 года показало, что сезон дождей в штате Мату-Гросу за десять лет сократился на месяц41, 42, и многие крупные соевые фермы в Бразилии сейчас страдают от засухи, которую сами же и вызвали.