От чужих берегов - Андрей Круз

– Я слышал, что "Сессна" не смогла продать "ФедЭксу" кучу самолетов и оставила их у себя на складе. Вот и надеялся добраться до одного из них.

– Из-за груза? – понятливо уточнила Сэйра.

– Именно так, – подтвердил я. – У нас запас еды, автомобильного бензина и даже кроссовый мотоцикл с собой. Все везли в фургоне. Что-то бросать жалко и, откровенно говоря, страшно. Именно этого нам потом и не хватит.

– Понятно, – кивнул Маркус. – Но ты немного ошибся, склад "Сессны" не в Уичите. Завод – да, а вот склад в Индепенденсе.

– Индепенденсе? – переспросил я, неприятно удивленный. – В журнале было написано, что они их держат на поле своей фабрики в Канзасе.

– В Канзасе, парень, чтобы ты знал, две фабрики "Сессны". Твою птичку под индексом 172 собрали на заводе в Индепенденсе, это сто миль к востоку отсюда. И склад находится на муниципальном аэродроме города.

Я с облегчением выдохнул воздух, сто миль – не катастрофа, долететь можно.

– А что там? Мертвецы или люди?

– Там люди, – усмехнулся он. – Там самый большой в этой стране патронный завод и там прорва винтовок, так что должен понимать. Я тебе более того скажу – не вижу особой проблемы в том, чтобы поменять твой самолет на то, что ты ищешь. Нам нужны машины полегче, чтобы чтобы уходило меньше топлива. У военных один "стратотанкеры".

– Это хорошо, – осторожно сказал я, понимая, что сейчас должно пойти перечисление проблем и объяснение, почему я не могу этого сделать.

– Но пока не поговоришь с Преподобным и он не скажет своего решения – тебе придется посидеть здесь, – закончил свою мысль Маркус.

– С Преподобным? – немного споткнулся я на такой формулировке.

– С Преподобным Смитом, – уверенно и с заметным почтением подтвердил Маркус. – Он просил меня поговорить с людьми с самолета и привести их, то есть вас, к нему на проповедь. А потом он встретится с вами сам.

– И… он может нам помочь? – спросила Дрика.

– Да, милая, он может, – улыбнувшись, ответила Сэйра. – Если он сочтет вашу просьбу достойной помощи, вы получите и самолет, и топливо, и все, что вам понадобиться. Иисус заповедовал нам помогать странствующим. Говори с ним с чистым сердцем, не таи от него ничего, и Бог поможет тебе, и мы поможем. Бог есть Любовь.

Лицо Сэйры, носившей имя жены библейского Авраама, при этих словах словно внутренним светом засияло, настолько искренней и наивной она выглядела.

Дрика же выглядела немного обалдевшей, но вот я удивился не очень сильно, если честно. Это Канзас, самое сердце американского Мид-Веста, Среднего Запада. Еще эти края называют "библейским поясом", народ здесь все больше глубоко религиозный, а проповедники всех мастей именно здесь собирают обильную жатву долларов, а заодно владеют душами верующих. И если я все понял правильно, случилось неизбежное – после такой апокалиптической катастрофы к власти в этих краях пришел кто-то из тех благообразных седоватых мужичков в галстуках, что занимают своими проповедями десятки каналов кабельного телевидения.

Все происходит так, как и должно происходить. Если бы здесь, в такой день и час, властителем умов стал бы не местный проповедник – я бы был сильно поражен.

– А что делается к северо-западу от вас, не слышали? – перевел я тему разговора.

– По разному, – пожал плечами Маркус и занес кофейник над моей чашкой, – Хочешь еще кофе?

– Спасибо, с удовольствием.

Налив нам полные чашки, Маркус сказал, повторившись:

– По разному. В штате в основном спокойно до самого Канзас-Сити. Население у нас не плотное, расстояния большие, так что люди вне городов отбились легко. Ну и оружия много. Соседние штаты тоже спокойные, что Арканзас, что Оклахома, что Небраска – главное, в большие города не лезть. И даже бандитов не очень много.

– А дальше?

– Дальше мы и знаем меньше, – сказал он, озадаченно почесав в затылке. – Большие города, в больших городах – большие гетто. Оружие купить нельзя, защищаться нельзя. Много людей. Говорят, что по некоторым большим дорогам невозможно проехать, пробки из машин, в которых до сих пор сидят мертвецы, тянутся на многие мили. Большие города, что были язвами на теле нашей страны, превратились в язвы гниющие, там Ад. Что я еще могу сказать? Старайтесь не попадать в те края, держитесь от них подальше, если хотите сохранить как саму жизнь, так и душу.

– Сюда в первое время бежало много людей оттуда, – добавила Сэйра. – Разных людей, хороших и плохих. Хорошо, что мы старались разделять зерна и плевелы.

– И как? – не удержавшись, хоть и подумал, что не стоит продолжать этот разговор, все же спросил я.

– Немало хороших людей осталось с нами, – ответила она просто. – И здесь, и в других городках. Во многих местах нужны люди, Гнев Божий прошелся частым гребнем по нашей земле, многие погибли.

– А плохие?

– Дурных людей отослали в дурную землю, откуда они пришли. Пусть чистое остается чистым.

Я сильно задумался.

16 апреля, вторник, вечер. Уичита, Уичита Метрополитэн, Канзас, США.

Как бы я не опасался религиозного фанатизма в разных его формах, Маркус и Сэйра были гостеприимными хозяевами. Кофе дело не ограничилось, нас еще и накормили вместе с другими людьми, жившими и работавшими на аэродроме. Обед был накрыт в бывшем кафетерии терминала аэропорта, за составленными в длинный ряд столами сидело около пятидесяти человек, мужчин и женщин, приветливо улыбавшихся нам и здоровавшихся.

Перед обедом Маркус, главный на этой территории, судя по его поведению, прочитал довольно длинную молитву, во время которой все сидели с постным видом, устремив очи долу. Зато кормили вкусно, жареным мясом с картошкой и початком обжаренной в масле кукурузы, подавали безалкогольное имбирное пиво.

Потом Маркус повел нас по аэродрому, показывая свое хозяйство и заметно гордясь тем, как ловко он тут все организовал. Несмотря на благочестие, грех гордости был ему не совсем чужд.

Организовано и впрямь все было толково. Все были при деле, никто не занимался ерундой. Особенно понравилась мне автомастерская, в которой переделывали автомобили, усиливая, укрепляя и "подгоняя под новые требования рынка". Решетки, отбойники, закрытые кузова – все всерьез.

– Несколько групп людей собирают все подходящие машины в городе и везут сюда, на вон ту площадку, – Маркус указал рукой на стоянку, которую я заметил сразу после приземления. – А мы делаем из них такое вот боевые колесницы, и дальше Преподобный распределяет их, тем, кому нужнее.

– Единолично?

– При нем есть совет, они помогают. Вот, посмотри…