Кодекс Дракона - Елена Малиновская

Лантий побагровел. Вскинулся было возразить, но почти сразу же бессильно опустился обратно.

— Значит, я обречен, — прошептал он, трясущейся рукой наливая себе самогона из новой бутылки. — Но что вы тогда делаете здесь? Пришли позлорадствовать?

— Пришли помочь. — Рикки слабо улыбнулся. — Лантий, отпусти своих людей. Поверь, если мы тебя не спасем, то они тем более.

— «Мы»? — переспросил я, удивленно подняв брови. — То есть мы нападем на Дани все вместе? А к чему тогда рассказы, что это мой поединок?

— Это действительно твой поединок. — В светлых глазах Рикки застыл лед — Твоего права на него никто не оспаривает. Мы… Мы лишь наблюдатели. И потом, вдруг ты не справишься? Драконицу все равно надо будет остановить, иначе, опьяненная первой кровью, она отправится в город праздновать свой первый вылет. А это неприемлемо.

Я грустно усмехнулся. Эх, Шени, Шени. Хватит уже хвататься за каждую соломинку. Тебе ясно дали понять, что никто не встанет между тобой и драконом. Это твой бой, пусть и обреченный на провал заранее.

Рикки недовольно качнул головой, но ничего не сказал в ответ на мои печальные мысли. Вместо этого выжидательно перевел взгляд на Лантия.

— Будь по-твоему, — с явной неохотой ответил тот. — Я уберу людей.

И потянулся к маленькому серебряному колокольчику, вызывая в кабинет слугу.

Очередная вспышка молнии синим всполохом легла на бледное лицо Рикки. Храмовник не торопился вернуться на свое место, что-то выглядывая за бесконечными потоками дождя. Я встал и подошел к нему. Прищурил глаза, наблюдая, как пузырятся лужи в лиловых сумерках пасмурного вечера.

— Она уже близко, — тихо проговорил Рикки. — Я чувствую ее вожделение. Ее жажду крови и убийства.

— И почему меня это совершенно не радует? — хмыкнул я.

Рикки проигнорировал неприкрытый сарказм, прозвучавший в моих словах. Вместо этого обернулся и спросил, чуть склонив голову набок:

— Шени, ты знаешь, где у драконов слабое место?

— Э-э-э… — опешил я. Кашлянул и неуверенно предположил: — На горле?

— Дани — молодая драконица, — продолжил Рикки, словно не услышав меня. — Она не станет превращаться в доме. Побоится расшибиться о стены, еще не четко представляя свои размеры и возможности. О нет, она попытается вытащить Лантия во двор и уже там заняться им. Даже в человеческом облике драконы во много раз превосходят людей по силе и быстроте реакции. Но это твой шанс. Второго не будет. Подлови ее в комнате. Призови силу дармана на помощь. И дерись так, как никогда прежде. Если же Дани все же удастся вырваться во двор и она перекинется, то запомни одну вещь. Никогда не бей дракону в горло. Самое уязвимое место у них — это подбрюшие. Обычно оно защищено мягкими чешуйками, несравнимыми по крепости с броней хвоста, тела или крыльев. Понятно?

— Почему ты мне помогаешь? — поинтересовался я. — Сначала отправляешь на верную смерть, а потом даешь советы? Или это способ успокоить свою совесть?

— Это способ избавить тебя хотя бы от одной клятвы, которыми ты обвешался с ног до головы, — резко ответил Рикки. — Со второй будем разбираться позже.

Я насмешливо фыркнул, но ничего не успел сказать. Рикки поднял палец, призывая меня к молчанию, прильнул к запотевшему стеклу, что-то выглядывая в подступившей темени, и негромко произнес:

— Она идет.

Позади Лантий грузно осел в кресло, случайно смахнув со стола бутылку. По комнате поплыл густой запах алкоголя, который, смешиваясь с моим волнением, вызвал спазм в животе. Я до соленого привкуса во рту закусил губу, пытаясь совладать с волнением. Шени, успокойся! Рано раскисать и молить богов о быстрой безболезненной смерти! В конце концов, ты столько раз смотрел опасности в лицо. Неужели не справишься на этот раз?

— Что ты пугаешь? — пробурчал Борг, на мгновение открыв глаза и прислушавшись к чему-то, ведомому только ему. — Не идет она. Рано еще. Просто перекинулась и впервые поднялась в небо. Авось молнию на хвост поймает — и не будет у нас никаких проблем. Кроме одной: куда девать столько жареного мяса.

Рикки покачал головой и повторил с прежней уверенностью:

— Нет, Борг. Так нам не повезет. Дани слишком смышленая, чтобы долго кувыркаться в тучах. Пару кругов над Лутионом — и она явится сюда. Поди, и одежду где-нибудь недалеко спрятала, потому как прежнюю при превращении в клочья изодрала.

Томительно потянулись минуты ожидания. Лантий торопливо глушил стакан за стаканом, но не пьянел. Рикки каменным изваянием застыл у окна, рисуя непонятные знаки на запотевшем стекле. Даже Борг окончательно проснулся и нервно постукивал пальцами по подлокотнику, уставившись перед собой неподвижным взглядом. Я в свою очередь расхаживал по комнате, до боли в костяшках сжимая рукоять меча. Она отвечала мне привычной теплой пульсацией, но, против обыкновения, это меня не успокаивало. Хотелось заорать во все горло от нетерпения — когда, когда уже?! Такое чувство, будто вновь ожила татуировка на моем теле, и я вынужден прислушиваться к неторопливой поступи смерти.

— Скоро, — неожиданно обронил Борг — Совсем рядом.

Рикки прислонился спиной к подоконнику, уставившись на дверь. Лантий как-то жалобно всхлипнул и припал к бутылке, дергая кадыком и торопясь ее допить. Я покачал головой при виде такой картины. Жаль, что Флокса сейчас не может его видеть. Авось разочаровалась бы в моем сопернике. Хотя, с другой стороны — вряд ли бы на его месте я вел себя по-другому.

«Да ладно? — насмешливо удивился оживший вдруг внутренний голос — Тебе не кажется, что положение у тебя сейчас ненамного лучше, если не сказать — хуже? И ты ведешь себя по-другому. Что не может не радовать. Не люблю нытиков».

«Разве я не ною?» — удивился я.

«Ноешь, — легко согласился бог-отступник. — Чем меня уже изрядно утомил. Но хотя бы собираешься встретить свою судьбу достойно — лицом к лицу, в честном поединке. А не упившись вусмерть со слабой надеждой, что алкоголь сделает процесс умирания от когтей дракона менее болезненным».

— Дани! — вдруг крикнул Рикки, обрывая мой внутренний диалог. — Ну что же ты застыла за дверью? Мы все только тебя и ждем!

Наверное, мне показалось, но магические шары мигнули и загорелись ярче, когда на пороге показалась девушка. Или правильнее сказать — драконица? На пол с длинных распущенных волос Дани и ее насквозь мокрой одежды стекала вода. Девушка провела рукой, убирая пряди с лица, обвела нас спокойным взглядом и подбоченилась, словно не заметив, как от этого движения рубашка прилипла к телу, бесстыже обрисовав ее грудь.

— Что я вижу, — мелодично проговорила Дани, делая неторопливый шаг вперед. — Какое сборище! Целых четыре мужчины. И все собираются сражаться со мной?