Отпуск на 14 дней - Люба Штаний

очень и очень полезно подслушать беседу, которую, уверена, скрывают от меня магически. В

противном случае, хоть одно-два слова я бы точно смогла идентифицировать, а так только невнятный

шум, окрашенный знакомыми нотками.

Мы шли довольно быстро, благо лес из высоких корабельных сосен не слишком затруднял

движение. Подлеска как такового практически не было. Земля, густо усыпанная опавшими некогда

иглами, мягко пружинила под ногами. Тихий скрип высоких стволов должен был пугать, но рядом с

даймонами страху не было места. Единственной проблемой были толстые узловатые корни тут и там

выступающие из земли. Несмотря на помощь подарка шорхи, усталость брала своё, и я то и дело

спотыкалась.

Только гордость не позволяла сбавить шаг. Нагив-то, при том, что был белее полотна и явно

чувствовал себя хуже, ни жестом ни словом не выдавал усталости. Если бы не следила за ним так

пристально, хоть и незаметно, не догадалась бы насколько ему тяжело даётся "прогулка". Но

неестественная, словно приклеенная, улыбка на побелевших от напряжения губах и злое упрямство в

глазах, выдавали его. Да, ещё слишком уж прямая спина.

Инар и Вален несколько раз спрашивали его о самочувствии и предлагали помощь, но даймон

только раздражённо поводил плечами и молча продолжал идти. Баран упёртый. Сколько нам ещё

идти?! Ничего себе "недалеко"! Нужно будет Валену потом разъяснить, что почти сорок минут

пешкодралом по ночному лесу называются несколько иначе.

Когда, споткнувшись в сто двадцать пятый юбилейный раз, я ощутимо ударила пальцы на левой

ноге и тихо зашипела, меня поддержала твёрдая рука. От сжавших локоть горячих пальцев по телу

уже привычно пробежала волна жара и, даже не глядя, я поняла кто это.

- Устала? - Тихо спросил даймон, одним прикосновением сводя на нет надежду сдержать обещания

данные самой себе. Наивная! Как, интересно, я собиралась быть холодно-равнодушной с

наважденьем, когда от звучания его голоса всё внутри дрожит и расплывается знойным маревом? Как

ни старайся, всё равно глаза выдадут бурю, клокочущую в душе....

- Да ты и сам еле на ногах стоишь. - Фыркнула, скрывая за язвительным тоном смятение.

- Ты права. - Широко улыбнувшись, неожиданно признал Нагив. - Очень хочется прилечь. -

Опаляющий жар из-под ресниц резко контрастировал с заявлением об усталости. - Составишь

компанию?! Выдохнул, почти касаясь губами уха.

На мгновение я опешила от столь активного проявления внимания и откровенного намёка. И это

после того, как, очнувшись, даймон буквально цедил слова? Понимаю, конечно, что тогда проклятье

приревновал к Инару, но что заставило его так резко изменить мнение? Неужто дифирамбы Валена?

На душе стало тоскливо, несмотря на привычную реакцию организма в целом, подло откликнувшегося

на прикосновение волной удовольствия и дрожью, пробежавшей по всему телу.

- Ты не приболел, дорогой? - Раздражённо фыркнула я, демонстративно отшатнувшись, и

попыталась отойти от наважденья. - Я смотрю, ты в процессе борьбы с монстром головой всё-таки об

камень приложился. Сильно!

Далеко отодвинуться не удалось, поскольку проклятье, ничуть не обидевшись на гневные реплики,

прижал меня к себе, ревниво прищурившись. Обвив рукой талию, мужчина без видимых усилий легко

удержал меня в непосредственной близости, и при этом, зафиксировав ладонью подбородок,

пристально посмотрел в глаза, что-то очень настойчиво там выискивая.

- Отпусти! - Рыкнула, безрезультатно трепыхнувшись и понимая, что сейчас либо ударю, либо

поцелую. И, при любом раскладе, сделаю это с душой.

Уже почти решилась, что остановлюсь на "ударю", когда даймон пошатнулся. Почти незаметно,

едва-едва. Будь он не так близко, я бы и не заметила, а так даже сердце пропустило удар. Правда,

Нагив виду не подал. Только взгляд на мгновенье расфокусировался и на лбу выступили крохотные

бисеринки пота.

- Так как на счёт полежать? - Всё ещё улыбаясь, проникновенно протянул он, медленно поглаживая

большим пальцем мою щёку.

- Как скажешь, мой король. - Выдохнула, прежде чем сообразила сменить приготовленный для

ответа ехидный тон, и потому мой голос прозвучал откровенно ядовито.

Нагив дёрнулся, и в аквамариновой глубине мелькнуло недоумение. Однако его рука всё так же

крепко прижимала меня к широкой груди. Я даже услышала, как сбился ритм, который отбивало его

сердце совсем близко.

Наверное, правильнее было бы позвать кого-то из даймонов, но я точно знала, что от их помощи

проклятье откажется не менее категорично, чем раньше. Всё-таки и у самых сильных мужчин есть

место слабостям. А действительно сильным и мужественным более чем кому бы то ни было

свойственны гордость и привычка "держать лицо". Особенно перед женщинами. По крайней мере,

перед теми, которые нравятся.

Единственный плюс сложившейся ситуации был в том, что теперь я не только чувствовала, но и

знала, что, как минимум, не безразлична Нагиву, а как максимум.... О максимуме думать хотелось

слишком сильно, чтобы я могла себе это позволить, по крайней мере, сейчас.

Хотя бы потому, что минусов взгляду предстало куда больше. И откровенно дурное самочувствие

любимого, и проблемы с его перемещением к ещё несуществующему лагерю, и собственная глупость,

отразившаяся в спонтанной реакции. Последняя может значительно осложнить дальнейшее

продвижение к цели.

Незаметно вздохнув, я оглянулась в поисках Валена. Тот стоял в нескольких метрах впереди,

задумчиво глядя на нас. Несмотря на темноту, я рассмотрела вопросительное выражение,

промелькнувшее на его лице. Какая он всё-таки умница!

- Лена, ты не слишком устала, чтобы нести эту тяжёлую сумку? - Спросил блондин довольно громко.

Нагив сделал шаг назад, освобождая меня от своих объятий, но не от пронзительного опаляющего

внимания.

- О да! - Кивнула я, нарочито тяжело вздохнув, и опустила плечи.

Рядом материализовался Инар, и потянул за кожаный ремешок.

- Я понесу. - Сдавленно произнёс он, отводя взгляд.

- Конечно. - Улыбнулась я максимально вымученно. - Спасибо, волчонок. Нагив, ты не мог бы

помочь мне? - И прежде чем даймон успел среагировать, шагнула к нему, закидывая руку себе на

плечо. - Давай представим себе, - просительно заглядывая в лихорадочно блестевшие ярко-синие

глаза, произнесла я громко - что мы просто прогуливаемся по очень-очень старому парку. А то после