Старые дороги - Галина Дмитриевна Гончарова

но письмо! Письмо Маргариты, которое не должно попасть в руки посторонним!

Адриенна сделала шаг вперед и взяла книгу из рук слуги.

– Благодарю.

– Это ты ее столкнула?! – завизжала эданна. Но ее перебил голос дана Рокко:

– Кто видел, как упала служанка?

– Я видел. – Марко выступил вперед. – И дана Адриенна… я ее к себе лицом развернул, чтобы не смотрела.

– Я видела, – подала голос одна из служанок. – Я помои свиньям несла, а тут она как закричит… и Марко к себе дану прижал…

– Значит, Адриенна не могла столкнуть вашу служанку, эданна. Она была внизу, – кивнул дан Рокко. – Дана Адриенна, что это за книга?

– На ромском. Я взяла ее в библиотеке, решила почитать. Сидела как раз в башне, читала.

– А потом?

Адриенна потупилась.

– Ну… я…

– Дана, прошу вас, говорите без прикрас.

– Мне стало почему-то страшно, – созналась Адриенна. – И я убежала.

– Бросив книгу?

Дан Рокко отлично успел узнать девушку. Бросать книгу Адриенна не стала бы ни в коем случае. Наоборот, любого бы загрызла за такое предложение.

– Мне действительно стало страшно, – не солгала Адриенна. – Я себя не помнила.

Книга была у нее в руках. И письмо внутри, Адриенна успела это увидеть.

– Так было? – Взгляд дана Рокко переместился на Марко. Парень пожал плечами.

– Я что… Я во дворе был, тут дана бежит, я ее поймал, пока она себе бед не наделала, вижу – не разбирает ни пути, ни дороги. Только-только встряхнул, а тут… летит. Вот где жуть-то!

– Ага… значит, там был кто-то третий?

– Эданна Рианна приходила. Небось не по нраву ей такое…

Кто это сказал?

Так и не нашли. Но слова мигом разошлись по СибЛеврану, к немалому раздражению дана Марка. А вскоре кто-то шепнул, что видел призрак служанки в башне… потом второй подхватил…

СибЛевран обзавелся своим личным привидением.

Адриенна знала, что все это гольная чушь. Но к чему оспаривать или объяснять? Пусть люди сплетничают, тоже дело хорошее.

Сама она ни о чем рассказывать не собиралась. Но и забывать не будет.

Наверняка приставания служанки и вся эта грязь – дело рук эданны Сусанны. Что ж.

Когда-нибудь ей придется за все ответить. Когда-нибудь. А пока остается только ждать. Жить и ждать удобного случая.

Мия

Вот уж чего Мия не ждала, так это визита Марии в свои комнаты.

– Мария?

Служанка отбросила назад толстые черные косы. В Феретти крестьянки заплетали две косы, перебрасывали на грудь, вплетали ленты и цветы. Когда выходили замуж – делали одну косу и укладывали корзиночкой вокруг головы.

– Дана, мне поговорить с вами надо.

– Пожалуйста. – Мия отставила в сторону лютню. – Что случилось?

– Дана Мия, отпустите меня. Я замуж собираюсь.

Мия подняла брови.

– За кого же?

– За ньора Лаццо. За старшего…

– Фредо Лаццо? – удивилась Мия. Причем чему удивилась больше – непонятно. Вроде бы купец уже в годах и не слишком красив. С другой стороны, и Мария…

А что – Мария?

Лет ей двадцать пять – тридцать, точнее девушка не знала. Вроде как Мария даже моложе ее матери. А в остальном…

Косы черные, без ниточек седины, щеки румяные, фигура такая… налитая. Фредо понять можно. Да и Марию, пожалуй, тоже. Это раньше она казалась Мии толстухой, пока в Феретти жили. А сейчас и очень даже… Мия постепенно повзрослела.

– Да, – с определенным вызовом произнесла служанка.

Мия пожала плечами.

– Приданое я тебе дам. Хотя, подозреваю, муж у тебя этих сольди и не заметит. А так – будь счастлива. Я за тебя только порадуюсь.

– Спасибо, дана!

Мия улыбнулась.

– Мария, ты уж с нами сколько лет! Неужели ты счастья не заслужила? Как вы умудрились влюбиться, если не секрет?

Мария потупилась.

– Вот так, дана. Я за малышкой Кати ухаживала, ньор Фредо ее любит, ну и…

Понятно. Он ее любит, ты ее любишь, а в результате вы и друг другу понравились. И такое бывает.

– Мария, я за тебя очень рада.

Мария окончательно расслабилась.

– Ньор Фредо хочет скромную свадьбу. Говорит, просто в соборе обвенчаемся, да и хватит нам, чего людей-то смешить?

– А ты?

– И я… дана, просить вас хочу. На колени встану, чем угодно отслужу…

– Мария, ты о чем сейчас?

– Кати.

Мия медленно кивнула.

– Что – Кати?

– Отдайте мне малышку? Дана? Дан Джакомо ее хоть и удочерил, а все одно не полюбил. Нет у него в сердце дочки.

Мия вздохнула.

Ну… если так…

Мария была полностью права. Когда-то Джакомо пожалел плачущего ребенка, не дал пропасть, взял к себе в дом, удочерил. В бумаги человека внести проще, чем в свое сердце. Мия видела – дядя равнодушен к Кати. Хотя уж на что обаятельная девочка! Улыбчивая такая, добрая, ласковая…

– Не знаю, согласится ли дядя.

– А вы с ним поговорите, дана Мия. Серьезно поговорите. При его-то образе жизни он и сам пропадет, и малышку подведет.

Мия медленно подняла глаза. Служанка улыбалась.

– Мария?

– Дана, я ж не слепая. Вижу я, и какая вы стали, и чему вас учат. Только вот не к добру это…

– Я не спрашивала твоего мнения.

– А я его и не говорила. – Мария пожала плечами, отчего ее грудь колыхнулась волной. – Просто с такой жизнью, как у дана, не нужен ему ребенок. Совсем не нужен.

И с этим тоже было сложно спорить.

Мия вздохнула.

– Ладно, я поговорю с даном. Ты малышку любишь. И Лаццо ее обожают… может, ей и правда будет лучше у вас.

– Уж вы поверьте, дана. Я б и ваших брата-сестер забрала, честно говоря. Это сейчас дан только вами занимается, а что потом будет?

– Ничего не будет. У них нет таких задатков, как у меня, – отрезала Мия.

– Ой ли?

– Точно.

Кто сказал, что слуги ничего не видят? Не знают? Мария определенно знала больше, чем стоило бы. Но выдавать служанку Джакомо Мия не собиралась. Ясно же, чем это кончится.

Смертью.

Джакомо ее приговорит. А с ней – кого?

Мия поежилась, понимая, что она – ценное имущество. А вот ее брат, ее сестры…

– Мария, я надеюсь, ты умеешь молчать?

– Я вам, дана, зла не желаю. И с Фредо поговорю, пусть он дана Лоренцо к делу приставит, да где подальше.

Мия кивнула.

– Сделай мне одолжение, Мария. Энцо должен многому научиться.

– Дана, тут Фредо хотел корабль на Девальс отправить. Может, и дана Лоренцо туда же?

– Это опасно?

– Как и вся наша жизнь, – пожала плечами Мария. – Молиться будем. А школа жизни хорошая…

Мия задумчиво кивнула.

Вот не хотела она Энцо того же, что и себе. Не хотела ему Грязного квартала, не хотела обучения у Сундука и прочих, не хотела…

А Джакомо может и его втянуть.

Что ж.

– Если ты поговоришь про Энцо, я поговорю про Кати. Мое слово.

– И я вам слово даю, дана.

Мия хмыкнула.

– Если ты выйдешь замуж за Лаццо, ты мне кем станешь? Тетушкой?

Мария посчитала на пальцах.

– Женой отца жены дяди. А вот как это называется…

– Тетушкой. Тетя Мария, отлично.

– Да, дана Мия.

– Или племянница? – подсказала Мия. И улыбнулась уже совсем иначе, тепло, спокойно. – Даже три племянницы.

Только вот подумали две женщины примерно об одном и том же.

Хорошо, что девочки еще маленькие. И Серена, и Джулия. А вот через три-четыре года…

* * *

С даном Джакомо