Девочка и Звезды (ЛП) - Лоуренс Марк

Герант зарычал, повернулся и зашагал прочь, пригибаясь, чтобы покинуть комнату:

— Иди и умри на льду.

31

ЭРРИС ВЫТАЩИЛ ЗИНА и Као из черных ледяных пещер. Они визжали, ревели и выкрикивали угрозы, которые, как знала Яз, никогда не могли возникнуть в головах ни одного из них. Она закрыла уши от их болезни и продолжала заставлять свою звезду гореть, защищаясь от любого изменения мнения со стороны Теуса или неповиновения в рядах Запятнанных. Однако свет не мог защитить от копья, брошенного из темноты, и Яз шла так быстро, как только мог Турин, все еще спотыкающийся и дезориентированный. Он пока не говорил, хотя его несколько раз рвало, и он сплевывал грязь на пол. Яз все еще пронзало холодное подозрение: Теус сломал разум Турина, когда уходил из него, сделав его хромым инвалидом, о котором нужно заботиться.

Наконец они услышали приглушенный рев из расселины, потом вышли на ее склоны. Все были истощены и вымокли в черной талой воде, которая постоянно капала в более теплых пещерах. И все же они не были в безопасности. Ледяной мост лежал слева от них всего в тридцати ярдах. Чтобы добраться до него, надо было преодолеть узкий пролет скалы между черным льдом с одной стороны и зияющей пропастью с другой.

— Будь осторожен. — Яз повела Турина впереди себя. — Мы уходим отсюда — просто сосредоточься на том, что ты делаешь. — В ее голове промелькнуло видение Петрика, падающего с моста. Если Запятнанные намереваются остановить их, копья полетят именно здесь.

Турин хмыкнул и поплелся вперед, все еще сгорбившись, как и в низких туннелях, ведущих в расселину. Позади нее Эррис тащил Као и Зина вдоль уступа, герант перед ним, рука вывернута за спину, Зин — позади, более или менее волочимый, они оба боролись и выли.

Протесты Као и Зина отразились эхом криков и рева из глубин черного льда. Дикая какофония, казалось, очень быстро становилась все громче и ближе, как будто шум мчался впереди толпы Запятнанных. Черные глотки ближайших пещерных ртов усиливали звуки, прежде чем выбросить их в расселину, заглушая жалобу невидимого потока. Яз беспокоилась, что пройдет совсем немного времени, прежде чем рты извергнут одержимую демонами орду, производящую весь этот шум.

Турин споткнулся, его нога заскользила. Яз поймала его за руку, удержав от падения. Он отшвырнул ее и, пошатываясь, двинулся вперед, достигнув ледяного моста через десять шагов, каждый из которых, казался последним перед тем, как он рухнет в пропасть. Теперь он стоял у начала моста, вяло борясь за равновесие, как одинокий шест палатки, пострадавший от ветра.

Еще один крик разорвал воздух позади Яз. Что-то в быстро затихающем вопле отвлекло ее внимание от Турина. Она обернулась и с ужасом увидела, что там, где Эррис держал Као и ее брата, теперь он держал только геранта и горсть разорванных шкур. Когда шок парализовал Яз, первый из преследующих Запятнанных начал выпрыгивать, крича, из ближайшего пещерного рта.

— Нет! — Яз застыла на месте. Как будто регулятор снова столкнул Зина в яму. — Нет!

— Яз! Шевелись! — Эррис подтолкнул Као вперед. Герант пошел вперед, широко улыбаясь, как будто ее страдания были самым сладким пиршеством, приготовленным для его удовольствия. — Быстрее!

Позади Эрриса первые из Сломанных уже бежали по выступу, не заботясь о своей безопасности.

— Яз! — снова закричал Эррис, более отчаянно. Он подошел достаточно близко, чтобы Као бросился на нее и попытался сбросить в расселину.

С криком, совершенно не способным выразить то, что она чувствовала, Яз повернулась и поспешила на мост. Турин все еще стоял на льду в самом начале дуги, которая пересекала расселину, стоял в нескольких дюймах от края, все еще сгорбившись и наклонившись вперед, глядя в пустоту под собой. Яз дотянулась до него и попыталась подтолкнуть вперед, не опрокинув и не лишив его равновесия. Она обнаружила, что его тело застыло, словно его заморозили, каждый мускул напрягся.

Зин ушел. Зин! Исчез, как Петрик в темной пропасти. Она попыталась выбросить это из головы, но образ руки Эрриса, сжимающей только разорванные шкуры, отказывался уходить.

Сквозь гиканье Сломанных, быстро приближающихся к мосту, Яз показалось, что она слышит издевательский смех Теуса. Она потеряла брата, несмотря на все свои усилия. Турин был сломленной развалиной, которая, вероятно, не могла ни накормить, ни почистить себя, и у нее остался только Као, с которым она чувствовала себя связанной только недовольным чувством долга.

— Яз! — Эррис снова догнал ее, заставляя Као идти впереди него на мост, который, как они когда-то беспокоились, мог не удержать их в одиночку, а теперь удерживал четверых из них.

Копье прорезало воздух между ними, поразительно быстро, и его поглотила пропасть. Яз не видела, как оно приближается, даже не видела, как его несли среди Запятнанных. Она снова закричала — смесь ярости, страха и разочарования, — затем схватила Турина, чтобы физически потащить его по мосту. В то же время она пожелала, чтобы ее звезда вспыхнула, надеясь отогнать любого Запятнанного, кто мог бы присоединиться к ним на мостике.

Турин застыл как вкопанный, только глубокий стон вырвался у него, когда она попыталась нести его вперед. Он казался неоправданно тяжелым, и ее попытки сдвинуть его с места ослабили свет, который она могла прогнать от звезды. С ворчанием ей удалось сдвинуть его на несколько дюймов по скользкому льду. Краем глаза она заметила что-то бледное там, где ничего не должно было быть. Ожидая, что в любой момент ее пронзит копье, она позволила себе взглянуть.

— Зин!

Там, в нескольких ярдах под ними, в темноте, поднимался Зин. Он боролся, извиваясь и отплевываясь от ярости, но нога за ногой неумолимо поднимался из пропасти. Внезапно Яз поняла. Его держал Турин. Когда Зин упал, Турин потянулся к нему своей лед-работой и ухватился за воду, которая составляет большую часть любого человека. Яз не могла знать, чего это ему стоило, но она знала, что лучше не нарушать его концентрацию. Вместо этого она обратила свое внимание на звезду и направила ее свет обратно на Запятнанных, только что достигших моста. Эррис, не имея места, чтобы пройти мимо нее и Турина, ждал вместе с Као, все они были открыты для следующего копья, которое с шипением появится из темноты.

К счастью, оружие любого рода было редкостью среди Запятнанных, и, если во мраке и были копья, то владельцы не хотели выбрасывать их в пропасть. В битве со Сломанными казалось, что Запятнанные должны полагаться на нежелание бывших друзей и семьи насаживать на вертел близких. На это, и еще на то, что никто не последует за ними в черный лед.

Под нарастающий хор завываний Зин поравнялся с мостом. Яз опустилась на колени и подняла его, крепко ухватив за плечо, несмотря на его когтистые руки. Мгновение спустя он вонзил зубы в мясо ее предплечья. Она вскрикнула от удивления. Боль была поразительной, и страх, что он действительно вырвется и сожрет кусок ее плоти, переполнил ее. Она в панике ударила его по голове. Зубы выскользнули из скользкой от крови плоти, Зин обмяк и беззвучно соскользнул с ледяного моста.

— Нет! — Но каким-то образом Турин схватил запястье мальчика и потащил его вперед.

Они быстро последовали за Турином и через двадцать шагов вернулись в пещеру, где они допрашивали Этрикса, казалось бы, целую вечность назад, но на самом деле меньше чем за день до этого.

— С ним все в порядке? — Яз поспешила к Турину, чтобы осмотреть Зина. Он безвольно повис в руках Турина, из его носа текла кровь. Глубокий укол вины пронзил ее, но когда она потянулась к нему, его глаза распахнулись, показав не почти белые радужки Икты, а малиновые диски: он бросился на нее, челюсть захлопнулась, едва не коснувшись кончиков ее пальцев.

Яз отдернула руку, впервые увидев темную кровь, сочащуюся из множества отверстий в форме зубов, которые Зин проделал там.

— Если ты можешь изгнать демонов, то сделай это быстро. — Турин говорил хриплым голосом, как будто слова стали для него чужими за то короткое время, что прошло с момента его пленения. — Они оба опасны, пока ты этого не сделаешь.