Игры Шпиона - Андрей Закаблуков

пышущие пламенем из пастей, даже несколько странных существа в чёрных плащах и масках в форме птичьего клюва. Последние держались на некотором отдалении, стараясь не попадать под удар.

Тут заработали и немногочисленные лучники в количестве трёх человек. В мире, где волевая броня легко отражает удары, не заряженные Волей стрелы или камни не очень помогут в бою. Лишь те, кто научился проводить свою Волю через стрелы, могли стать лучниками. Стрелки были малочисленны, но очень сильны. И демоны сразу же почувствовали это на своей шкуре. Первая же стрела прошила сразу двух лесканов, заставив их упасть на землю, забившись в агонии. Вторая стрела разнесла череп лекера. Третья пронзила плечо дёрнувшейся в сторону твари в маске. Из плеча демона тут же повалил густой чёрный туман, а сам он зло прошипел и поспешил укрыться за спинами товарищей, залечивая рану.

Но лучников было слишком мало. Они никак не могли поразить такое количество целей. А потом сразу трое демонов в масках внезапно разлетелись тучами крылатых пастей, устремившихся к бойницам, где сидели стрелки. Лучники были вынуждены переключиться на новые цели.

Защитники врат сражались яростно и отчаянно. Обычному человеку, даже воину, трудно справиться и с лесканом. Солдаты Пареенда хорошо обучены и никогда не забывают о тренировках. Потому каждый из них мог на равных драться с подобными демонами. Но врагов было слишком много. Вот пал первый подчинённый капитана, ухитрившись забрать с собой троих лесканов. Вот второй солдат развалил ударом меча голову лекера, но и сам был насажен на пику. Энгэ и оставшихся двух стражников, перешедших практически в глухую оборону, теснили к вратам.

— Закрывайте! Закрывайте ворота! — крикнул капитан, прекрасно понимая, что это значит для него и его подчинённых. Но позволить демонам ворваться во внутренний город нельзя ни в коем случае!

— Как бы не так! — прошипел демон в маске, внезапно вышедший из-за спин лесканов. Тварь тут же выбросила вперёд руки с зажатыми в них чёрными мечами, поразив обоих подчинённых Энгэ. Воин попытался ударить демона в грудь, но его меч только бессильно звякнул об мгновенно скрестившиеся чёрные клинки. Следующий удар выбил оружие из рук капитана и опрокинул его на землю.

— Конец! — тварь замахнулась мечами, чтобы добить упавшего.

Энгэ понял, что сейчас умрёт. Но сожаления он не испытывал. Капитан делал то, что должен был сделать, когда дал клятву защищать жителей этого города. Он и его люди стояли до последнего, не пропуская врага. Последнее, что он сделал — закрыл глаза, чтобы не видеть последним в своей жизни сонмище отвратительных демонических рож.

— Пламя Очищающее!

Над Энгэ пронесся слепящий белый огненный шар, прожёгший дыру в тёмной твари.

— Ах ты… падла! — прохрипел демон, разваливаясь на куски. Чёрные мечи со звоном упали на землю.

Из врат города выходили жрецы и храмовые девы, младшие экзорцисты. Им ещё далеко до мощи экзорцистов истинных, но уже сейчас их руки объяты пламенем, представляющим угрозу демонической мрази.

— Вали их! Не дай им опом!..

— Пламя Очищающее! — одна из храмовых дев метким выстрелом снесла особо умному лекеру голову.

Следом за священнослужителями из города выходили солдаты Пареенда. Лучники уже разобрались с крылатыми пастями и снова дали залп, но уже со всей яростью и в полную силу. Три стрелы попали в самый центр демонического воинства и взорвались, разметав ближайших врагов в клочья.

Исход битвы был предрешен.

Едва демоны, напавшие на Робуст, были перебиты, солдаты Пареенда сразу же устремились в атаку. Командир организовал контратаку, дабы добить успевших отступить врагов.

Хэнк ехал по дороге в родную деревню, молясь Великому Свету, чтобы с его семьёй всё было в порядке. Его сердце билось всё чаще по мере того, как он подъезжал всё ближе. Ещё немного, и он снова обнимет свою любимую женщину, погладит по головам сына и дочь, увезёт их отсюда в город, в безопасное место.

Когда повозка поднялась на холм, откуда открывался вид на деревню, сердце столяра едва не остановилось.

— Нет… пожалуйста, Великий Свет, нет! — руки мужчины выпустили поводья. В следующее мгновение он соскочил на землю и побежал к горелым остовам домов, к чёрной выжженной земле.

Только бы они успели скрыться! Успели сбежать!

Хэнк упал, запнувшись об упавшую балку. Он вновь поднялся и побежал, безуспешно пытаясь отыскать хоть кого-нибудь выжившего, пока не оказался на деревенской площади, сейчас усеянную останками погибших от лап демонов.

— Нет… — Хэнк смотрел на широкие деревья, под тенистыми ветвями которых любили собираться все жители селения.

Сейчас на них не было листвы. Вместо листьев каждая ветвь прогибалась под страшным грузом. Женщины, дети, старики, все, кто не мог сражаться и не успел сбежать, были повешены здесь. И перед Хэнком была его семья. Любящая жена, дочь и малолетний сын.

Столяр издал страшный крик, полный боли и горя, и в крике этом невозможно было разобрать ни единого слова. Мужчина рыдал, упав на колени. Те, кем он дорожил, кого он любил. Они все погибли в один миг.

Внезапно внимание Хэнка привлекло движение. Затуманившимся взглядом он поднял глаза на тело своей жены. Глаза женщины открылись и посмотрели прямо на него…

Хэнк проснулся в холодном поту. Руки судорожно сжимали край плаща, которым он накрывался.

— Сон. Опять этот сон, — тихо прошептал он.

— Ты совсем сдал, приятель, — с соседнего места приподнялся его соратник, бывалый солдат Генрик. — Лучше выспись, как следует, а то неизвестно, когда демоны вновь пойдут в атаку.

— Сам ты чего не спишь? — хрипло спросил Хэнк, стараясь, чтобы его голос не сильно дрожал.

Генрик не ответил. Только снова лёг, сложив руки за головой. Немного погодя решил последовать его примеру и бывший столяр, а ныне солдат священного Пареенда. Больше у него ничего не осталось. Только месть. И Хэнк собирался забрать в могилу как можно больше демонических ублюдков, прежде чем они доберутся до него.

— Завтра решающее сражение, — послышался голос Генрика. — Либо мы, либо нас. Говорят, на этом направлении будет особенно жарко.

— Возможно, это и к лучшему, — ответил Хэнк.

— Ещё говорят, что идёт подкрепление во главе с Ксангорфом Ликидом. Думаю, с ним мы быстро разобьём демонов.

— Я уже ни во что не верю.

Бывший столяр не хотел говорить. Эта не столь давно начавшаяся кровавая война не думает заканчиваться. И пока ничего хорошего для защитников королевства не произошло. Они гибнут, видят, как гибнут другие, видят, что осталось от поселений, до которых добрались демоны в первые дни. И многие уже начали терять веру, если ещё не потеряли её безвозвратно.