Дневник Верховского - Юрий Сафронов

Реакция А.Н. Колошиной на убийство императора Александра П была такова, что «мамочку» насилу привели в чувство…

Теплые отношения с бабушкой А. Верховский поддерживал долго. Сохранилась открытка, отправленная Верховским из Кореиза 13.09.11: «Дорогая бабуля. Привет из Мисхора. Вчера приехал. Сегодня уже брал ванну и играл в теннис. Целую. Приехала ли мама? Поклон всем. Саша» (л. арх.).

Таким образом очевидно, что А.И. Верховский получил от предков безукоризненный (с точки зрения воспитания) задел для своего духовного роста.

Глава II.

ДЕТСКИЕ ГОДЫ. НАЧАЛО ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ

Чист, как золото, тверд, как сталь.

В начале мая 1893 года член Совета министра внутренних дел тайный советник Н.Н. Колошин, дед Александра Верховского, подал прошение на имя государя императора Александра III о зачислении своего внука в пажи, что давало бы в дальнейшем возможность быть зачисленным в Его Императорского Величества Пажеский корпус. Такое решение государя императора должно было рассматриваться как высокая честь, на которую имели право только сыновья генералов или внуки полных генералов — от инфантерии, кавалерии и артиллерии; редкие исключения из этого правила делались для детей старинных русских, польских или грузинских княжеских родов. Всего за сто с лишним лет своего существования Пажеский корпус выпустил не более 3500 человек.

Прошение Н.Н. Колошина было удовлетворено, но процедура эта оказалась весьма непростой. Прежде, чем на докладе по этому вопросу 13.V.1893 года появилась собственноручная подпись государя императора Александра III «Согласен», нужно было разрешить сложный (и даже каверзный) процедурный вопрос, который был решен удивительно быстро. Шестилетний Александр Верховский, считавшийся согласно официальным документам неродным внуком тайного советника Н.Н. Колошина вопреки закону и «не в пример прочим» был принят кандидатом на поступление в самое престижное военно-учебное заведение России — Пажеский Его Императорского Величества корпус{301}.

15 октября 1896 года десятилетний казеннокоштный кадет паж-кандидат Александр Верховский начал обучение в Александровском кадетском корпусе. В Российском Военно-историческом архиве (РГВИА) сохранилась аттестационная тетрадь кадета пажа-кандидата Верховского, из которой можно узнать подробности о способностях и характере, отмеченные воспитателями в разные годы:

«Очень самолюбив. Религиозен, и любит свою мать безгранично».

«Весьма религиозен — богобоязнен. Умственно развит не по летам, но взрослого из себя не делает, резвясь в свободное время, как малый ребенок. По характеру общительный, чуткий, правдивый, сильно самолюбив, в занятиях прилежен и настойчив. Всегда весел, натура увлекающаяся. Нервен и вспыльчив… Мать свою любит всем сердцем. С товарищами уживчив, помогает им в занятиях, участвует в подвижных играх… Духовное развитие выше возраста… Способности блестящи… Весьма любознателен и прилежен… Играет на флейте»{302}.

Религиозность и богобоязненность воспитывались в Александре с раннего детства. Из документов личного архива видно, как его отчим генерал М.А. Огранович прививал своим детям такие ценные качества. Огранович писал: «Помни, что всякое дело, а тем более начало ученья в Корпусе надо начинать с моленья Господу Богу о даровании сил и разума для преодоления наук», (л. арх.).

13 октября 1901 года Верховский по прошению, поданному 19 марта 1901 года его матерью Ольгой Николаевной на имя «Его Императорского Высочества Главного начальника Военно-учебных заведений» великого князя Константина Константиновича, был переведен в Пажеский ЕИВ корпус. И здесь в ранжирных списках по успеваемости Александр Верховский — всегда первый. Так, при переходе в старший специальный класс весной 1904 года у него средний балл 11,93 при максимальном 12. Лишь по тактике у него было 11 баллов, но 12 баллов не получил ни один из сослуживцев его роты. Никто тогда не мог себе представить, что через двадцать лет А.И. Верховский станет автором лучших в стране учебников по тактике.

После смерти генерал-майора И.П. Верховского опекуном осиротевшего Александра была назначена его мать, которая должна была периодически отчитываться перед С. — Петербургской Дворянской опекой о расходах. Среди полученной Ольгой Николаевной в 1903 году суммы в 328 руб. 1/2 коп. значились и расходы, связанные с пребыванием ее сына в Пажеском корпусе:

Дано на руки с января по август по 5 руб. в месяц — 40 руб.

Уплата за каску — 25 руб.

Уплата за тесак (6 руб.) и высокие сапоги (14 руб.) — 20 руб.{303}

К увлечениям пажа Александра можно отнести игру в шахматы, занятия фотографией. В 1897—1898 годах был церковным певчим. Уроки рисования он брал у известного художника Александра Богдановича (Готфридовича) Виллевальде и за успехи был удостоен получения фотографии с автографом этого признанного мастера живописи (л. арх.).

Верховский очень много читал, отдавая приоритет исторической литературе. Ему надолго запомнился многотомный труд И.И. Голикова, первого русского историка, наиболее полно написавшего о жизни и деятельности Петра Великого, которого тщательно изучал А.С. Пушкин при подготовке материалов для своей будущей истории о Петре Первом.

13 августа 1904 года Александр Верховский утвержден фельдфебелем, а 22 августа он был произведен в камер-пажи. Началась его придворная служба.

В воспоминаниях пажей имеются интересные сведения об исключительном служебном положении фельдфебеля Пажеского корпуса, который был своего рода «идол», «бог», на которого все пажи смотрели со страхом, благоговением и восхищением. Когда фельдфебель каждое утро величественно проходил через рекреационные залы младших классов для рапорта директору, игры и шум прекращались. Видимо, такая привычка к дисциплине укоренялась в воспитанниках надолго. Во всяком случае, по семейному преданию, в семье Александра Ивановича «все ходили по струнке».

Звание камер-пажа автоматически давало своему носителю высокую привилегию быть единственным камер-пажом самого государя, а фельдфебель пажеской роты считался старшим среди фельдфебелей всех военных училищ.

В Пажеском корпусе существовал обычай, согласно которому фельдфебелю вручалась шпага, которая переходила ежегодно от фельдфебеля к фельдфебелю с выгравированными на ней фамилиями предыдущих владельцев. Где сегодня та шпага с именем Верховского и других представителей этого привилегированного учебного заведения, давшего России столько выдающихся личностей? Сохранилась ли она для истории, пусть даже и в частной зарубежной коллекции?