Невеста Драконов - Кристина Лу

Зазвенели щиты - кто-то бросил в Соню какое-то заклинание, оно срикошетило и отправилось назад к его создателю. Сдавленный крик и одна из девушек в толпе стала медленно оседать. Последнее, что Соня увидела, прежде, чем все пришло в движение, - это короткий кивок одного из Гай. А потом мир сошел с ума. У Сони создалось такое впечатление, что то безумие, которое творилось вокруг, вращается вокруг нее, а она - это ось, центр, и только у нее хватит сил прекратить… Внутренности как будто сжались, а потом последовал рывок, извиняющаяся мысль Вэя: он без разрешения взял у нее силу. Его разум сейчас работал четко и быстро, он был острым, как лезвие бритвы, ничего не пропускал… Гай дрались словно демоны, демоны схлестнувшиеся друг с другом из-за какой-то совершенно неведомой для Сони цели. Хотя нет, она почти их понимала сердцем, но не разумом, потому что логика ускользала, а мозаика не хотела собираться, не хотела послушно складываться, Соня как всегда что-то упускала из виду, нечто совершенно очевидное, находящееся перед ее носом…

Они безнадежно проигрывали. Вэй дрался за пятерых, но все равно, он не мог победить сразу столько Гай, которых прикрывали драконы, Лейн уже начал выдыхаться, его лоб блестел от пота, руки слегка подрагивали, магии совсем не осталось. Валентин и Александр из последних сил держали глухую защиту, пытаясь сберечь остатки энергии. Решение пришло само собой, оно казалось таким логичным и таким правильным, что Соня ни на миг ни усомнилась. Сейчас, когда на ее глазах они проигрывали, а она только бессильно сжимала кулаки, безжалостно раздирая нежную кожу ладоней, не чувствуя боли, только нечеловеческое напряжение, этот выход ей казался единственным возможным из всех. И пусть она потом пожалеет, пусть, только бы все остались живы, и они смогли продолжить свой путь.

– Ри, - она позвала их, так ласково и нежно, как мать зовет своих детей, но Соня не обманывала себя: она ненавидела их, ненавидела этих злобных, жестоких существ, не ведающих жалости и сострадания..

Они откликнулись без колебаний, без промедления, будто только и ждали, что она призовет их. Они не могли не подчиниться - она создала их преданными. Соня взирала на переливающиеся ленты, которые плотно оплели ее руки. Кончики извивались, старались коснуться лица Сони, издавая при этом нечто похожее на урчание. Девушка же чувствовала к ним непреодолимое отвращение. Она прикрывала глаза, стараясь унять ужас и хаос, бушующие внутри нее. Они были ей противны, отвратительны, ее тошнило от их ласк и прикосновений. Верные псы, но такие жестокие…,. Все. Нет времени, нужно выбираться отсюда…Глубокий вдох…

– Валентина, Александра, Вэя, и Лейна защищать, остальных… - секундное колебание, голос перестал ее слушаться, и Соня уже не сказала, а прохрипела, -

УБИТЬ!

Ленты разлетелись в разные стороны, ряды врага дрогнули, послышались крики боли и вопли ужаса. Гай, которые так уверенно наступали, дрогнули, а потом отступили, пытаясь сразить нового врага, ее Ри.. Крошки Ри были очень сильны и коварны, ведь их создавали для войны в Проекции со Зверями, которые были гораздо сильнее Гай… Здесь Соня была ограничена печатями, но эти маленькие бестии - нет. Они, беззастенчиво черпали энергию из земли, атаковали, уворачивались… Они были потрясающе живучи, если ленту рассечь надвое, то она моментально срасталась. По рядам Драконов прошла первая волна паники, в глазах Валентина плескался ужас, он вцепился в брата, наблюдая, как одна из лент нанизывает на себя недавних противников, как жемчуг на нитку.

Это оказалось совсем не страшно: приказать убить всю эту толпу народа. Люди почти постоянно сражаются со зверем внутри себя, но когда им или их близким начинает угрожать нечто извне, то внутренние противоречия забываются. Соня понимала, что сейчас творила, что это море крови, которое она разрешила здесь устроить - на ее совести, только совесть сейчас покорно молчала, не останавливала, не упрекала, потому что Соня сейчас убивала не ради удовольствия, не ради крови или боли, а чтобы защитить братьев, своего Дракона, и Лейна, которого Бог наградил высшим даром. Последний не мог так просто умереть, ведь тогда все его стремления, все старания и страдания были бы напрасны. Это было гораздо более жестоко, чем то, что сейчас творили умытые свежей кровью ленты.

Вэй подбежал к ней и встряхнул. Соня вышла из оцепления, в котором чувствовала себя во время боя уже вполне привычно. Ей было все равно, что творилось вокруг, главное, что те, ради кого она разрешала убивать этим безжалостным созданиям, были в безопасности.

– Отзови их! - прошипел Вэй. Запах его крови ударил в ноздри.

Соня посмотрела в его глаза. Впервые в жизни она видела в них страх, настоящий, неподдельный, а потом девушка медленно покачала головой. Она не станет этого делать.

– Отзови своих проклятых Ри, пока они здесь побоище устроили!

Соня вздрогнула от его слов, хотела было что-то возразить, но передумала. Зачем? Смертей за полминуты уже и так было достаточно. Зачем убивать всех, если можно просто продемонстрировать свою силу? Да? Нет, еще рано, если только припугнуть, то противник не поймет, что их лучше оставить в покое, поэтому надо преподать урок. -, утопить здесь все в крови. Ради будущего покоя и безопасности - так надо. Мысли медленно кружились в неслышном вальсе.

– Будешь же жалеть потом!

– Возможно.

Это действительно можно было назвать побоищем, но на этот раз, Соня, глядя на все бесчинства, которые творили ее ленты, не чувствовала ничего, кроме ненормального, неестественного мрачного удовлетворения. Кто к нам с мечом придет, тот от меча и погибнет. Эти Гай, они посмели покуситься на самое дорогое, что есть у нее в жизни, они заточили ее мать, и они хотят сострадания? Нет, они его не получат. Слишком самоуверенны они были, считая себя венцом творения, а остальным предоставляя роль отбросов… Пока показать Центру, что люди тоже не лыком шиты, чтобы задумались, прежде чем начинать бесполезную войну. Гибнуть будут они…а люди станут венцом творения… и так по вечному кругу…

– Прекратить! - закричала Соня, обращаясь к лентам, - немедля ко мне!

Ее рот сжался в прямую линию. Она собрала всю свою волю в кулак, потому что глаза вдруг распахнулись и увидели, а сердца замерли, обливаясь кровью…Ни Гай, ни уж тем более драконы, просто не могли им противостоять, они погибали с выражением детского удивления на лицах, что этом мире оказалась сила, значительно превосходящая их, и эта сила им не принадлежала.

Ленты послушно метнулись к ней, снова обвили ее руки, противно чавкая, все в чужой крови. Они преданно терлись об нее. На миг на лице Вэя проскользнула гримаса отвращения. Но, наверное, напряжение последних дней дало о себе знать, и Соня уже перестала реагировать на некоторые вещи привычной благородной истерикой. Она объявила временное перемирие с самой собой, разрешив себе быть жестокой тварью, которой нравится убивать, и демонстративно погладила одну из лент. Та довольно к ней прильнула, блаженно заурчала.