Найду тебя в темноте (ЛП) - А. Мередит Уолтерс

— Ты уничтожил меня, Клэй. Я была несчастной без тебя, — призналась я спокойно. Клэй открыл глаза, и я увидела в них надежду. — Но, Клэй. Я не могу так. Я так устала от переживаний о тебе. Я боялась засыпать, потому что ты мог сделать что-то с собой. Ты убиваешь меня, — слова вылились из меня, и я могла чувствовать свою усталость.

Клэй прижал меня ближе, пока наши грудные клетки не коснулись друг друга, и я подняла взгляд, чтобы смотреть на него. Он потянулся и убрал челку с моего лица. Я растаяла, когда его пальцы заскользили по моей коже. — Я никогда не обижу тебя. До тех пор, пока мы вместе, у меня есть то, за что бороться, — прошептал он.

Мне хотелось накричать на него за то, что он ранил меня итак уже миллион раз. Что он не боролся за нас, или за себя, несмотря на то, что я отдала ему любовь, что у меня была. Но он делал меня слабой. Я ненавидела себя за то, что была не в состоянии выразить словами мысли и сомнения, которые проплывали в моей голове. Почему я просто не могу сказать, что чувствую? Почему я позволяю себе погрузиться в него снова и снова?

— Я люблю тебя. Ты моя жизнь. — Он положил мою руку себе на сердце. Я чувствовала, как оно хаотично бьется под моей ладонью. — Чувствуешь это? Оно твое. Сейчас и всегда! — решительно сказал он, прежде чем обвить меня своими руками.

Он наклонился и оставил мягкий поцелуй на моем плече, пока мы держали друг друга. — Я люблю тебя, — прошептал он снова, прежде чем уткнуться лицом в мою шею. Я позволила ему немного подержать себя, прежде чем отстранилась. Он в замешательстве посмотрел на меня, когда я отступила назад, стараясь дать себе немного пространства.

— Клэй. Я тоже тебя люблю... — начала я, но он перебил меня. — И это все, что имеет значения! Мы любим друг друга! Это все, что нам нужно! — Он выглядел таким уверенным. Но опять же, он всегда таким был. Но в этот раз, я не была. — Нет, Клэй. Это не все, что нам нужно. Тебе нужна помощь! — сказала я ему.

Я наблюдала за тем, как лицо Клэя потемнело. — Не надо этого снова. Мы говорили об этом. Ты - это все! Если мы вместе, я в порядке!

Я подняла руку, чтобы остановить его. — Этого слишком много, чтобы я смогла это принять. Мне нужно время. Мне надо подумать. Пожалуйста, просто перестань, — умоляла я, уходя еще дальше. Я старалась не спорить с ним о его нелепом заявлении. Мне просто надо остановить этот разговор прежде, чем я полностью уступлю.

Клэй снова подошел ко мне, выглядя разбитым. — Мэгги, я был не прав! Пожалуйста, не оставляй меня! — Он плакал, снова протягивая ко мне руку. Я отодвинулась от его рук. — Я должна идти, — сказала я и повернулась, чтобы уйти.

Я бросилась бежать через деревья. Я не далеко убежала, прежде чем руки Клэя снова схватили меня сзади. Я споткнулась, когда он потянул меня, чтобы остановить. Он прижался своей грудью к моей спине и уткнулся лицом в шею. — Я не могу снова тебя потерять! Я сделаю все! Только не уходи от меня! — умолял он. Я чувствовала, как трясется его тело, когда он схватил меня. Его горячие слезы жгли мою плоть, скользя по моей шее. Я потянулась к его рукам, пытаясь отцепить их от меня. — Тогда позволь мне уйти. Просто дай мне время подумать. Я не могу это делать, когда мы вместе, — настаивала я, не оборачиваясь, чтобы не посмотреть на него. Я знала, если увижу его убитое горем лицо, то стану обреченным человеком. И я должна была решить, будет ли жизнь с ним тем, чего я хочу. Будет ли жизнь без него тем, что я смогу выдержать.

Клэй молчал в течение несколько минут. Я чувствовала его неровные вдохи рядом со своей спиной, тепло от его слез на своем плече, когда он прижимался ко мне так, словно его жизнь зависела от этого. Потом без единого звука он убрал свои руки, и я почувствовала холодный воздух нашего разделения, когда он отошел от меня, позволяя мне уйти.

* * *

Я была потрясена от времени, проведенного с Клэем. Я приехала домой практически в слезах и еще более запутанной, нежели была раньше. Мой мозг кипел, и я боролась с необходимостью побежать обратно к нему. Я не лгала, когда сказала, что мне нужно время. Но что-то подсказывало мне, что время ничего не решит.

Как я смирилась с тем фактом, что просто ушла от своей любви? Особенно тогда, когда он больше всего во мне нуждался. Каким это делает меня человеком? Во мне пробудилось отчаянное чувство самосохранения, когда оставила его стоять одного в лесу. Я была напугана и запутана, но не могла не думать о том, что он любит меня и хочет, чтобы мы были вместе.

И почему этого не может быть достаточно?

Я была сложной смесью страха и злости. Я будто пробивала стену или дергала себя за волосы. К сожалению, для моей мамы, которая вошла в мою комнату в разгар моего реального сумасшествия.

Я сидела за своим столом и крутилась на стуле, надеясь, что у меня появится пара крыльев, и я вылечу со второго этажа из своего окна. Я быстро грызла свои ногти и в настоящее время уже перешла на кожу своих пальцев.

Я услышала легкий стук в дверь, после чего, не дожидаясь разрешения, мама открыла ее, держа в руках охапку чистого белья. Она раздражающе весело улыбалась и все еще была одета в рабочую одежду. Она, должно быть, только что вернулась домой с работы.

Мама уронила кучу белья на мою кровать. — Как дела в школе? — спросила она у меня. Я пожала плечами, не глядя на нее. Я просто хотела, чтобы она ушла. Я все еще по большей части винила ее и отца в сложившейся ситуации. Может быть, если бы они принимали Клэя, все было бы по-другому. Или выпал бы снег в июле. Ну, все равно мне надо было кого-то винить, а именно они отвечают всем требованиям.

— Это хорошее или плохое пожатие плечами? — легко спросила она. Я снова пожала плечами. Мама была тихой, и потом я услышала скрип пружин моей кровати и подавила вздох. Великолепно, она хочет поговорить. Я повернулась на своем кресле и послала ей свой лучший взгляд. — Да? — раздраженно спросила я.

Мама нахмурилась. — А что с отношением? Я лишь хотела узнать, как поживает мой единственный ребенок. Неужели, неправильно для матери заботиться о благополучии ее дочери? — Хорошо, вот оно что. Я устала от их беспокойства. Устала до смерти от чрезмерной заботы мамы и медвежьей ерунды папы.

Я смотрела на маму - женщину, которая была моей лучшей подругой и огромной поддержкой всю мою жизнь. Но в тот момент я забыла обо всем этом. Вместо этого, все, что я видела, когда смотрела на нее, это врага.

— Знаешь что, мам? Если ты беспокоишься о моем благополучии, ты отступишь и позволишь мне жить своей жизнью с тем, с кем я хочу ее прожить. — Глаза моей мамы в шоке расширились на мою вспышку.