Пусть люди вымрут! - Роман Никитин

Ррраз! Флавий распрямил толчковую мышцу, и лучник, получив мощнейший удар в грудь, улетел в стену, собрав по пути два стула и стол. Брызнули деревянные обломки, с потолочных стропил посыпалась труха. Клинка из пола Флавий так и не вынул, и русский дико завыл, баюкая разорванную пополам ладонь.

Два! Привыкшие к полутьме глаза выделили одного из белобрысых и Флавий метнулся к нему рассекая воздух гладием. Воин успел заметить новую угрозу, присел и тут же полоснул римлянина в живот. Только самого нгулу там уже не было — Флавий быстро ушел противнику за руку.

Теперь перед Гизой остался только один враг — как-нибудь справится.

Беловолосый медленно закружил вокруг Флавия, расталкивая ногами остатки мебели. Очень опасный и опытный тип, очень опасный. Оба меча держит свободно, немного подкручивая в воздухе задний. Флавий не знал этой школы, да и вообще парой владел не очень, отдавая предпочтение старой доброй школе быстрых пехотных боев с одним клинком.

Русский бросился вперед — и тут же ушел в полукувырок. Этого Флавий ждал: послушно подпустил белобрысого в нижнюю зону, а затем одним махом перепрыгнул ему за спину, на лету разворачиваясь в полуоборот. Обычному человеку так ни за что не сделать — но Флавий все лучше и лучше осваивал свое новое тело.

Подданный Руси удивленно обернулся — чтобы получить гладием промеж глаз. Будь он менее опытным — этим бой бы и закончился. Но противник оказался тертый: молниеносно ушел от удара назад, кувырнулся перекатом через плечо и снова вышел в низкую стойку. Флавию надоела игра в кошки-мышки, к тому же он понял, что светловолосый гигант понятия не имеет что такое настоящий нгулу.

Римлянин швырнул себя на врага и, в последний момент перехватив гладий левой рукой, обрушил меч на послушно скрестившиеся клинки. Защита со звоном сработала, остановив атаку Флавия, но осознать свою ошибку русский не смог. Не успел гладий ударить в пару мечей, как беловолосый воин захлебнулся кровью из пробитого горла.

Флавий щелчком вогнал автоклинок обратно в предплечье.

− Делаешь успехи, − поздравила Гиза, убирая свой короткий меч в ножны. − Только самого главного мерзавца я так и не нашла. А ты?

Флавий вытер гладий о рубаху светловолосого.

− Я тоже. Только несколько татарских обезьян на входе. Плюс лучник. И вот этот…

Римлянин пнул ногой булькающего кровью противника.

Позвали Мариуса. Вампир явился в царство смерти подлинным королем — тожественно оглядел разрушения, насладился видом располосованных врагов, после чего добавил не без ехидства:

− И это вы усомнились в безобидности крудов?

Трансильванец с укоризной посмотрел на своих подельников, потом на разбросанные тут и там тела. Кто-то из русских еще стонал, но большинство нашли смерть очень быстро и сейчас помалкивали.

− Если господам воинам интересны мои наблюдения, − продолжил Мариус, − то из дома никто никуда не уходил. Все шестнадцать человек, которых я засек еще с улицы, по-прежнему в здании. Да, и все же…

Вампир присел на чудом уцелевший стол, притулившийся у дальней стены.

− Я вот не совсем понял, а какова была цель нашего визита? Перебить всех подряд или все же допросить кого нужно?

Флавий смутился, Гиза совершенно спокойно поправила на себе одежду и заметила, что допрашивать можно только тогда, когда никто уже не может оказать сопротивления. Мариус еще раз оглядел окровавленные тела и признал, что действительно, сопротивления русская делегация уже не окажет.

− Но кого допрашивать? − усмехнулся вампир. − Вы же тут всех банально вырезали.

Флавий считал в уме. Получалось, что из шестнадцати человек Гиза до встречи с беловолосой парочкой уложила девять. Последний замкнул десяток жертв. А поскольку убивать не насмерть, как ядовито кольнула девушка вампира, ее не учили, получалось, что в живых могут остаться разве что противники Флавия. Всего числом шесть, включая четырех громил-неумех в коридоре. Впрочем нет, четыре! Ведь лучника-то он просто швырнул в стену — а из повреждений у того разорванная ладонь и только. Плюс обезьяна в коридоре, которую Флавий лишь оглушил ударом плашмя.

Оказалось, что не оглушил. Как уж так получилось, римлянин сам не понял, но вместо синяка на голове башибузука красовался замечательный пролом черепа. Неизвестно, был ли вообще задет мозг (Флавий сомневался в его наличии), но в себя громила не приходил.

А вот смуглого с распоротой ладонью удалось привести в чувство, хотя и заняло это минут десять. Флавий даже испугался, что тот истечет кровью до того как вернется в сознание, но Мариус что-то такое с ним сделал, что изуродованная длань русского мигом перестала кровоточить.

− Мы так делаем после «слива», − чуть смущенно объяснил Мариус. − Свернуть и остановить кровь нам несложно.

− Вам бы лекарями работать, − пробурчала Гиза, в очередной раз проходясь по нервным точкам русского. Смуглый воин упорно не приходил в себя.

− И работали, когда Рим призывал.

− И почему перестали?

− Из этических побуждений, − заскрытничал вампир. Потом махнул рукой и разоткровенничался.

− Мы очень хорошо останавливаем кровь и врачуем человеческое тело, но удержаться от того, чтобы не сцедить немного для личной коллекции — не можем. Несколько раз это вскрывалось, и совет легатов подал ходатайство о прекращении вербовки среди наших.

− Мдя, союзнички…

Гиза отчаялась привести русского в чувство и отошла от тела. Среди разрухи и хаоса обнаружила уцелевшую глиняную кружку, потом выкатила из-под обломков стала бочонок, выбила донце и наполнила кружку до краев.

− Никто вина не хочет? Хорошее.

Флавию было не до выпивки. Он смотрел на вампира.

Тот сел на корточки напротив бессознательного тела, положил руки на бедра и что-то тихо-тихо запел на неизвестном языке. Римлянину, как говаривают, в детстве росомаха на ухо наступила, поэтому уловить мелодию он не мог. Но даже своими отдавленными ушами слышал, что она очень грустная и тоскливая.

− Что ты делаешь?

− Не мешайте, − прервался Мариус. − Его душа блуждает, я зову ее.

И снова заскулил.

Флавий с девушкой успели прочесать весь дом и дважды пригубить вина, когда результат музыкальных трудов круда дал знать. Контуженый застонал, схватился за раненую руку и открыл глаза. Возможно, если бы на месте вампира был Флавий, Мариусу снова пришлось бы вытаскивать бедолагу из бессознательного состояния. Но круд внешне был весьма мил и, что самое главное, ничуть не походил на двух вторгшихся убийц-чудовищ, в несколько минут вырезавших всю делегацию.