Спящая планета - Уильям Беркетт

И получил еще один шок.

Перед ним выстроились в его спальне — а именно там он и был, как он понял с самого первого момента пробуждения, — самые фантастические типы, которых он когда-либо видел. Там был толстяк с ружьем на плече, другой человек, самодовольно стоящий на культях ног, в то время как штанины его брюк были заткнуты за пояс, и еще там было полдюжины ллари. Двое из них склонились над третьим землянином, лежащим на носилках, еще один — пузатый летчик, судя по форме, — держал пистолет, направленный в голову безногого. Остальные трое — майор и два капитана — просто стояли и смотрели на него.

— Вы понимаете по-лларански? — спросил толстяк.

Дюма молча кивнул, почувствовав внезапно пульсирующую боль в голове.

— Хорошо. — Он повернулся к майору-лларанцу: — Произнесите свою маленькую речь, майор.

— Да, сэр. — Майор сделал шаг вперед, пока Дюма переваривал то, что толстый землянин отдает приказы лларанцу и тот подчиняется, как будто они исходят от лларанского генерала.

— Вы — пленник Империи, — сообщил тот ровным тоном, — Земля, Венера и Марс захвачены Империей. Благодаря использованию нового и не имевшего прецедентов оружия население этих трех планет находится в глубоком, подобном коме сне. Это помогло нам добиться совершенно бескровной победы и, удерживая население трех планет в качестве заложников, получить в высшей степени благоприятные позиции на переговорах с Федерацией. Мы предлагаем вам не оказывать сопротивления и полностью сотрудничать с нами, любое сопротивление будет тщетным и только повлечет репрессии по отношению к гражданскому населению. — Он отступил назад.

— Достаточно хорошо, шеф безопасности?

— Достаточно хорошо, майор, — сказал толстяк. Он взглянул на Дюма: — Я вижу, как завертелись колесики у вас в голове, полковник. Превосходно — именно этого я и хочу. Полностью ли вы переварили сообщенную вам информацию?

— Вполне, — ответил Дюма, раздраженный тоном толстяка.

— Хорошо. Тогда усвойте еще кое-что: транспортом, на котором это оружие было доставлено, были наши автоматические суда, совершавшие рейды в прошлом году. Когда был достигнут требуемый уровень насыщения, последовало полномасштабное вторжение. Само оружие является экстрактом из цветка, найденного на Рисстайре, одном из миров Империи.

— Звучит невероятно, — заметил полковник.

— Но это правда, — возразил толстяк. — Вы готовы слушать дальше?

— Полностью.

— Хорошо. Предполагалось, что все люди на этих трех планетах впадут в спячку более или менее одновременно около месяца назад. С подавляющим большинством именно это и произошло, но было несколько заслуживающих упоминания исключений. Донован, вон тот безногий, был одним из них. Он не уснул. Более того, он убил шестерых или семерых солдат, прежде чем его взяли в плен, а затем додумался до того, чтобы распространять среди захватчиков сказки о мстительном духе деда, который не простит, если его потревожить каким бы то ни было образом. Усвоили все это?

Дюма долго медлил, прежде чем медленно произнести:

— Усвоил.

— Хорошо.

— Ну и к чему это все нас подводит? — Дюма испытал большое облегчение, осознав, что первоначальное впечатление было неверным, что он не заснул на посту, но новое положение дел требовало от него максимальных усилий, чтобы приспособиться к событиям за столь короткое время.

— К причинам вашего пробуждения именно в этот момент.

— Понимаю, — он нахмурился, — значит, есть особая причина?

— Есть.

— Но я не вижу какая.

— Именно для этого я здесь, — сказал терпеливо толстяк. Он говорил с некоторым трудом. Причиной этого, как мог заключить Дюма, были пластиковые повязки на его лице и голове. — Чтобы объяснить это вам.

— А что делает меня настолько важным, что требуется объяснение от переодетого агента? — поинтересовался Дюма. Он уже понял, кем является говорящий, еще до того, как майор обратился к нему по званию.

— Только то, что вы являетесь командиром «Эль-Скорпио».

— Ну и что?

— Позвольте мне задать вам теоретический вопрос, полковник.

— Хорошо, если прежде вы дадите мне стакан воды.

— Мучает жажда?

— Чертовски.

— Естественный симптом после пробуждения, — успокоил его толстяк, — потом начнете чихать.

— Чихать?

— Да, и очень сильно. Это не опасно, но раздражает. Уничтожает все следы достоинства, вот что это за чихание. Но вернемся к тому вопросу, который я хотел задать. Предположим, полковник, что эта база полностью укомплектована, конечно, за исключением перехватчиков. Предположим, что весь боевой флот Лларанской империи размещен на этих трех планетах. Какой ущерб вы можете нанести ему?

Он пожал плечами:

— Сотру с лица земли.

— Именно так я и думал. Теоретически это делает вас очень важной особой, не так ли?

Майорлларанец беспокойно зашевелился:

— Шеф безопасности, я не понимаю, куда вы клоните…

— А от вас этого и не ждут! — огрызнулся толстяк. — А теперь заткнитесь.

Лицо майора застыло, и он вытянулся, как будто собираясь что-то сказать. Потом он подумал и ограничился тем, что стал угрюмо смотреть в потолок. Дюма отметил эту немую сцену и запомнил на будущее. Между завоевателями трения. Хорошо. Может, он смог бы… Но агент заговорил:

— Предположим, полковник, я сказал бы вам, что Донован был не единственным непострадавшим, которому удалось причинить неприятности ллари. Предположим, я сказал бы, что юрист из Атланты по имени Джеймс Риерсон тоже преуспел кое в чем, да так, что пошли слухи, что он и есть тот призрак деда, о котором говорил Донован.

— Полагаю, так могло случиться, — согласился Дюма.

— Тогда предположите, что я сказал бы, что он не только остался непойманным, но стал такой проблемой, что Мартак Сарно, Верховный главнокомандующий лларанских сил здесь, послал своего лучшего подчиненного, шефа Службы безопасности Сджиллу, на его поимки.

— Вы скромны, не так ли?

— Даже слишком, — последовал торжественный ответ. — Предположите, что я сказал бы вам, что этот Риерсон получил помощь роботов, чтобы напасть на вражескую базу в самом сердце Атланты и разрушить ее, и этот Дрелиг Сджилла был упомянут среди пропавших без вести вместе с Донованом и тремя другими не пострадавшими.

— Это ваша сказочка, — сказал Дюма. — Пока она ничего не значит.

— Но как вы думаете, могло все это стать возможным?

— Полагаю, да. Могу я сейчас получить воду?

— Еще один момент. Думаю, вы сможете мыслить достаточно широко, чтобы принять и это?