Заступник. Твари третьего круга - Арина Свобода

   – Эх, Ники… – Дугал тяжело вздохнул. – Кабы все в жизни так просто было – черное-белое, плохое-хорошее, добро-зло…

   – А как же?..

   – Да вот так… Между черным и белым сколько оттенков серого! Кажется белым-бело, приглядишься, ан нет. Маленькая толика черноты да покажется. Во всем так. И в нас с тобой много всего понамешано.

   – Тогда почему именно я? За что?

   – Кто ж знает. Думать об этом – только сердце рвать да голову ломать. Ни ты, ни я не выбирали этого. Так случилось. И все-таки мы не жертвы. У каждого есть выбор, что ему делать. Увеличивать количество света или тьмы. И у нас с тобой такой выбор тоже есть… Давай-ка на ночь устраиваться. Думаю я, совсем близко подобрались, негоже в темноте туда соваться.

   Дугал нашел огромную разлапистую ель, густо припорошенную мерзким снегом. Несколько движений снятым с ноги снегоступом – и перед ним открылся лаз. Ник нырнул следом за проводником и оказался в уютном шалаше из терпко пахнущих еловых веток. Высотой убежище было едва ли больше метра – только на четвереньках и ползать, зато вполне просторным, чтобы двум людям улечься.

   Дугал развел небольшой костер, приладил над ним котелок, плеснул воды из бутылки, всыпал горсть сушеных корений – в тесном пространстве разлился густой травяной запах.

   – Ничего, сейчас сил прибавится, – бормотал он себе под нос. – Отдохнем, да завтра с этой пакостью и покончим. Давно пора. А то ишь, взяли волю – скоро и город с лица земли сметут, мерзкие твари! Какой хороший лес был… Слышишь, Ник, я ведь сюда группы водил. Тут красота была – сосны корабельные, грибов-ягод немерено, зверь непуганый. Не поверишь – олени сами к людям выходили, хлеб с руки ели! Эх, чего говорить, сгубила все нечисть проклятая…

   Он сплюнул на усыпанную хвоей землю и сердито помешал варево.

   – Покончим со всем, вернусь в свою избушку. Город ваш мне вот где! – он рубанул рукой по горлу. Зачерпнул ложкой кипящий отвар, подул. – Ну-ка, попробуй…

   Но Ник уже спал, привалившись спиной к шершавому стволу.

   – Эх, пацан, – вздохнул Дугал. – Тяжело тебе придется. А делать нечего…

   Это было похоже на огромное живое облако. Клубящаяся, переливающаяся темнота. Сгусток невыразимого зла. Вроде той мглистой тьмы, с которой он привык сражаться еще ребенком. Но с этим облаком было что-то не так. Дышать рядом с ним – как возле огромного гниющего трупа.

   Ник, невольно щурясь и морща нос, сделал шаг назад. Наткнулся на Дугала – старик стоял вплотную к нему, часто неглубоко дыша приоткрытым ртом и утирая слезящиеся глаза.

   – Это оно? – почему-то шепотом спросил Ник. Сглотнул вязкую слюну. Все-таки он был прав. Темный вполне материален. И в реальности он гораздо страшнее и опаснее, чем в снах.

   – Ну, Первоматерь нам в помощь! Давай, Ник! – глухо отозвался Дугал.

   – Что? Я… Как, дядя Дугал?! Что делать-то?

   – Это, – Дугал ткнул пальцем в облако, – дверь. Чуешь? Отсюда они и лезут, сволочи.

   – Дядя Дугал…

   – Чего?

   – А откуда она? Дырка эта? Проход.

   – Ну, как… Известное дело. Я думаю, наш мир и тот, Темный, они, вроде как, соседи. Ну, как квартиры – через стеночку.

   – Или как звенья в цепи?

   – Вроде того. Ежели, допустим, в одной квартире дым коромыслом, в другой могут и не знать об этом, верно? А вот если в стене дырочку провертеть, тогда дым-то к соседям и потянет. Ну, или заразу какую, если она там есть. Уж в Темном-то заразы хватает…

   А в Темный зараза просочилась сквозь ту дыру, в которую он провалился. Из древнего мира с жуткими чудовищами.

   Дугал тяжело вздохнул:

   – Ну давай, что ли, дело делать.

   – Какое? – глупо спросил Ник.

   Здесь, перед лицом этого порождения тьмы, он ощущал себя не букашкой даже – молекулой, полным ничтожеством. Сила, помогающая отгонять монстров, казалась смешной и жалкой на фоне живого, пульсирующего, материального зла.

   – Надо нам эту дырку закрыть, – деловито сказал Дугал. – Ты давай гадость обратно загоняй – тут все твои способности понадобятся, – а я буду проход заделывать. На это моих силенок, может, и хватит. А не хватит, так ты уж сам справляйся.

   Ники послушно сосредоточился, вытянул руки… Нахмурился:

   – Погоди, дядя Дугал.

   – Чего еще? – недовольно спросил старик.

   – А если мы эту… этот проход закроем, то между нашими мирами вообще не останется… соединений?

   – Может, и не останется, – после недолгого раздумья отозвался Дугал. – Так это и хорошо. Будем в своем мире жить, сами за свои грехи отвечать.

   – А как же… Если кто-то плохое сделал? Куда его?

   – Не знаю я! – вспылил Дугал. – А только одно скажу – это, – он обличающее указал на источник зла, – изничтожить надо, уж ты как хочешь!

   Никел насупился. Своими руками закрыть проход в тот мир? Единственное место, где он, Ник, был почти всемогущим!

   Ник упрямо сложил руки на груди и помотал головой.

   – Ты чего? – удивился Дугал.

   – Не буду я, – буркнул Ник.

   – Как не будешь? Ты что? Я же тебе… Я же рассказал все! Ты что же это – хочешь, чтобы и твоих близких тоже эти твари извели?! Да ты же не простишь себе потом, пойми, дурья башка! До самой смерти каяться будешь, что струсил!

   – Я не струсил, – тихо сказал Ник. – Просто… Мороков по ветру развеивать – сколько угодно, а дверь в Темный не уничтожу. Я не хочу.

   – Чего не хочешь? – не понял Дугал. – Мерзость эту с нашей земли убрать? Да ты с ума свихнулся, что ли?

   Ник повернулся спиной к переливающейся тьме и заговорил, глядя в глаза Дугалу:

   – Я не могу без этого, дядя Дугал! Я… Мне нужен Темный, понимаете! Я только там… Если его не будет, что я тогда… Кому я здесь нужен?

   – Постой, парень, – Дугал взял Ника за плечи, слегка встряхнул – не зло, а, скорее, растерянно. – Ты что же несешь-то? Ты хочешь это все так и оставить? Пусть плодятся мерзкие твари? Пусть губят людей почем зря? Невиновных, Ник, не грешивших!

   – Все равно! – отчаянно крикнул Ник, вырываясь из рук Дугала. – Это ничего не меняет – грешил, не грешил! Конец все равно один! Нет никакого Светлого Леса, понимаете, дядя Дугал! Нет его!

   – Постой. Откуда тебе-то знать? В книгах пишут…

   – Ерунду пишут. Я был там, в Нижнем городе. Они все уходят туда! И хорошие, и плохие!

   – Врешь!

   – Я собственными глазами видел. Отца, и Шолта, и соседку нашу, и Марису, и Вайета… Если рано или поздно окажешься там, так какая разница, когда?

   – Неужели ты бы предпочел умереть в лесу шесть лет назад? Какая разница… – передразнил Дугал. – Поймешь, если тебе придется пережить своих любимых!