'Фантастика 2025-62'. Компиляция. Книги 1-26 - Ринат Искандэрович Мусин

как рыба в воде. Они такие толпы на завтрак отражают. Единственное — вий. Вий в диковинку для всех, никто на него не смотрит. И молодцы.

Упыри и вурдалаки вынужденно перегруппировались, и я увидел терминатора. Он лежал на полу мордой вниз, а из спины у него торчал металлический штырь. Что это был за штырь, откуда твари его взяли — я не понял. Во всяком случае, терминатор был полностью нейтрализован. Он уныло вошкался, пригвождённый к полу, и пытался добраться до своего ружья. Которое лежало от него метрах в пяти.

Пока охотники рассредотачивались по залу, я тоже на месте не стоял. Дело в том, что у меня сложилось такое нехорошее впечатление, будто вий имеет что-то против меня лично. Во всяком случае, больше он ни на кого не смотрел, упрямо вертел башкой вслед за мной. В целом, это было ожидаемо. Ещё в той, первой уничтоженной деревне старушка предупреждала, что вий хочет именно меня. Как там он сказал? Что я напрасно выжил? Ну, кому напрасно, а кому и очень даже в тему. Эх, поболтать бы с этой страхожопиной! Да, боюсь, не того пошиба тварь, чтобы с ней болтать.

Салочки мне быстро надоели. Я решил попробовать другой подход.

Полёт!

Потолок у храма был высоченным, и взмыл в воздух я безо всяких проблем. Находясь в подвешенном состоянии, быстро скинул со спины щит и повернул его так, чтобы видеть отражение соперника. Ожидаемо, быстро задрать башку у вия не вышло. Четверо упырей с вилами, которые держали веки, что-то заверещали, видимо, рожая новый смертоубийственный план.

Ага, щас. Нет уж, настал мой черёд веселиться.

Удар! Удар!

Вместо того, чтобы бить по вию или хотя бы по упырям, я врезал по вилам, и те переломились. Сперва одни, потом другие. С грохотом виевы веки рухнули на деревянный пол, и чудовище взревело негодующим рёвом. Упыри засуетились, подбирая обломки вил. Видимо, трогать веки руками было неприятно или зашкварно.

Вот теперь — Костомолка! И ещё, и ещё. И — Меч. Четверых упырей раскатало, как коровьи лепёшки асфальтоукладывающим катком. А потом я — ну, чем чёрт не шутит, — кастанул Костомолку на вия.

У-у-у-ух ты, блин… Вот это скала. Вообще никакой реакции, как будто действительно скалу пытаюсь сломать. Это вам не леший, тут всё серьёзно.

— Веки! — загрохотал вий. — Поднимите мне веки!

Кто-то немедленно кинулся поднимать веки. Я же вынужден был опуститься на пол. Полёт — штука нестабильная. Ещё только грохнуться и ноги переломать не хватало, то-то все обрадуются.

Опустившись на пол, я, не глядя, махнул мечом и снёс башку оголтело кинувшемуся на меня вурдалаку, получил порцию родий и посмотрел на вия. Без щита.

Меня тряхнуло. Волосы поднялись дыбом. Не то, чтобы эта тварь выглядела так уж запредельно страшно, хотя, конечно, приятного мало. Но даже с закрытыми веками вий излучал некие подавляющие волны.

И всё же я мог на него смотреть. На него и на двух суетящихся возле вурдалаков, пытающихся что-то исполнить с веками при помощи обломков вил.

Бегло просканировав сознания охотников, я понял, что битва, как таковая, закончилась. Сотня охотников прошлась по упырям, как газонокосилка. Оставался вий и двое ассистентов. Но смотреть на них мог только я, остальным запретил строго-настрого.

— Владимир! — грянул голос вия. — Ты умрёшь!

— А можно не надо? — отозвался я и двумя Ударами отшвырнул вурдалаков. — Давай ты сегодня, а я — лет через восемьдесят, в полном расцвете сил и с такой эрекцией, что гроб закрыть не получится.

Вий издал утробное рычание и поднял руки к глазам. Какого хрена эта тварь зате… Нет. Не-е-ет. Ну, это уже перебор, мать его разэдак!

Вий отрывал себе веки. Это ж какая сильная мотивация должна быть!

Я торопливо отвёл взгляд и вновь сосредоточился на щите.

«Бей, Владимир, — долетела до меня мысль Земляны. — Вся наша сила — твоя!»

В щите я видел отражение сверкающих страшных глаз вия, которые заливала зелёная кровь.

— Умрёшь! — прогремел вий.

Я ощутил давление. Частично его взял на себя щит, частично — доспехи. Но и остатков хватило, чтобы меня приподняло над полом и потащило к вию.

— Ты и родиться не должен был!

— Я больше не буду, обещаю!

— Ты умрёшь!

— Собеседник-то из тебя слабый, бро…

В голове гремели переполненные паникой голоса охотников. Я запретил им даже думать в сторону вия, не то что смотреть. И они подчинялись, коль уж я был их сотником.

Я не кастовал никаких Знаков, я ждал. Какой смысл щекотать тварь, которая уже продемонстрировала своё категорическое и неоспоримое «фе» моей прокачанной Костомолке. Оставался только один шанс, и в него я вложил всё.

Вглядываясь в щит, я видел приближающиеся горящие шары. Вот уже ощутил у себя на коже раскалённое дыхание вия. Значит, пора.

Я подсветил меч соответствующим Знаком и нанёс удар. Вложил в него все силы, какие только могли мне дать охотники. Входя в правый глаз вия, меч полыхал, как джедайский, даже лучший. Блин, да джедаи обделались бы от зависти, увидев, как светится мой меч!

Глаз лопнул, как стеклянный. По мечу потекли потоки зелени. Вий взвыл, и я почувствовал ногами пол.

Велик был соблазн повернуться к вию и покончить с ним. Но я упрямо глядел в щит. Выдернув меч, переместил его в другой глаз, и тот лопнул с тем же звуком.

— Глаза! Мои глаза! — стонал вий.

По церкви метался невесть откуда взявшийся ветер, откуда-то доносились визги, крики, хохот, взметнулась стая летучих мышей.

Я отбросил щит и посмотрел на вия. На чудовищно, невообразимо сильную тварь, которая не могла даже ударить меня своей тяжеленной рукой, и которая лишилась своего единственного оружия.

— Передай на том свете всем привет. — Я выдернул меч из глазницы. — И что если хотят в гости — Владимир всегда ждёт с распростёртыми объятиями.

Меч вспыхнул ещё ярче, осветил церковь, прежде чем снести здоровенную голову вия одним ударом.

Голова упала, как шар для боулинга. Потом рухнуло туловище — как сброшенный с вертолёта бегемот.

А потом меня ударило молнией. Такой силы, что отшвырнуло к самому выходу из церкви. Я прокатился на спине пару метров, врезался головой в стену и, видимо, вырубился на несколько секунд. Когда открыл глаза, сотни не было, а в церкви бушевал пожар.

— Уходим! Уходим! — кричали охотники.

Я попытался подняться. Мне не дали.