Живой Журнал. Публикации 2001-2006 - Владимир Сергеевич Березин

class="p1">— Давненько я что-то не гадил в журнале у Березина. Необходимо предпринять самые решительные меры. Хорошая тема для флэшмоба: "Сходи в журнал к Березину и от души погадь там".

— А не забанить?

— Это еще кто забанит? Березин? Меня?! Вот ещё. Я у него на днях бараний суп шурпа ел. Он же мне брат практически, Березин-то. Как же это он брата забанит?

— Хорошо бы он поскорее закончил эту бесконечную серию про разговоры! Так и передай, раз "брат практически"

— Похоже, Березина переклинило на разговорах конкретно, а когда Березина на чом-то клинит — тут просто святых выноси. Думаю, еще год-два нам придется это терпеть.

— Не плюй в Березина. Во-первых, пригодится, во-вторых, побьет.

— Березин очень мирный человек, а во-вторых, он меня крайне боится. Если он тебя несколько раз бивал, то это еще не повод переносить свою схему взаимоотношений с Березиным на весь окружающий мир.

— Во-первых, он меня не бивал. Митьки никого не хотят победить и вообще. А вот тебя он чуть не утопил в бассейне — было же? было? Намеревался, по крайней мере, заговор составил и чуть было его не осуществил. А ты говоришь. Текилозавр.

— Ага, это он на словах такой смелый. А в сауне боялся приблизиться ко мне на расстояние броска щупальцем. Завернулсо в простыню от греха и отступил на дальний конец стола, где и воздвиг бруствер.

— Подожди, капитан Воробей, будет и на твоей улице Кракен. Дай только Березину отрастить щупальца.

— Нет, ты не понял. Щупальцами собиралсо бросаться я. А еще у меня есть замечательный хитиновый клюв, который способен раздробить самый твердый крабовый панцирь. Даже березинский. Оттого опасается он меня, даже здороваясь за руку, глазами по сторонам бегает, заранее рассчитывает пути к отступлению.

— О, Мидянин-катацуморидако, таинственный дух местности Шем! Пою твой хитиновый клюв, когда ты бьешь им врагов наповал! Жалею самурая Бэрэдзина, что решился биться с тобою в офуро! Мечтаю о времени, когда ты позволишь ничтожному мне Написать хокку тушью из твоего тушечного мешочка!

— Засчитано.

— Ты клюв спрячь, и штаны потом застегни. Нехорошо это.

— Что же, собака, пишешь и болезнуеши, совершив такую злобу? К чесому убо совет твой подобен будет паче кала смердяй? Я думаю о людях, в отличие от. Многда даже два раза в неделю.

— Да врёшь ты всё. Только о деньгах и думаешь.

— Ага! Сам пришол.

— Как не придти? Мне ведь надо узнать, не ты ли спалил усадьбу Мураново.

— Он еще затопил остров Бураново и залил нечистотами поляну Санмарково, да.

— Эти-то мне пофигу. А за Мураново мне кто-то ответит.

— Пропал Мидянин?

— Нет, не я. А когда бы даже я, и что с того? все равно ничего не докажете; меня и не было там в то время. А то, что я шол к станции с пустою канистрою, так это ровно ничего не означает.

— Ты тут клювом не щёлкай. Нечего, тут.

— Боишса? Правильно.

— Нет. Чего мне бояться? Вологодский конвой шутить не любит.

Извините, если кого обидел.

01 сентября 2006

История про разговоры DLXXXVI

— Украл в сети Духлесс, прочел несколько страниц. Самое первое впечатление: зачем я это читаю? Мне же совершенно не интересно. Я же это все уже читал. У Миллера, кажется, или еще у кого-то. Но тот даже в переводе выглядел как-то гораздо стильнее, и еще там мне было интересно. А здесь нет. Задумался.

Дело, наверное, в персонаже. Что произойдет с тем мужиком и с той одноногой блядью и с тем кем-то еще, интересно, потому что у каждого глиста можно найти интересный ракурс. Вот тот Миллер его находил. А Минаев даже не пытается, и пишет о чем-то, чего я пока не понял, наверное — иначе зачем мне это рекомендовали? Пока все ужасно, но я как всегда верю в смерть автора, четаю дале.

— А патамушта ты — подвижник. Страдалец за народ.

— Таки да!

— Только подвижник может читать эту книгу без служебной необходимости заработать на пересказе бабла.

— Березин, ты гуру. Только сейчас понял, что жизнь моя состоит из того, что я поднимаю бабла на пересказах. Красиво, мля…

— Я не полноценный гуру. Потому что я не постиг Великой Тайны — отчего люди употребляют кривые эвфемизмы итмпа "мля". Отчего им не сказать "Бля", честно, по мужски так. Отчего они придумали эти "нах" и "мля". Нет, концептуальных и религиозных борцов со сквернословием понимаю, а вот это нет.

К словам "хрен" и "хер" претензий не имею.

— Пристыдил.

— Отож! Я такой! Мне палец в рот не клади.

— "Нах" звучит короче и энергичнее.

— Хуёво как-то звучит. Хуёво.

— Дурак ты, боцман. Грязный грубый гетеросексуал.

— Почему это грязный? Вовсе нет. Я завсягдатай бань.

— Читаю дальше «Духлесс». Все также в недоумении. Теперь мне кажется, что про коммерческих директоров мне рассказывает офисный планктон низшего уровня. Который, конечно же, все про них знает… И про секретарш, которые ему хамят, тоже написал — так им, сучкам! Он и про них все знает. Прямо начинаю нервничать.

— Самое смешное, что этот же вопрос (то есть, утверждение в виде вопроса) задавался Минаеву, типа, а чё ты брат там-то и там-то лажаешься в описаниях?. И он отвечал в том духе, что понимали б чё, поработайте с моё в крупном бизнесе, уроды.

— Я так понимаю, маленькая собачька до старости щенок. Оттого неважно, сколько именно человек проработал в крупном бизнесе. Зрелость, как правило, слабо коррелирует с биологическим возрастом.

— Мы не имеем достоверных сведений о его кадровых позициях.

На самом деле, это удивительно полезная книга. То есть, очень поучительная — для тех, кто хочет разобраться в механизме общественного спроса и предложения. Только действовать нужно без всякого снобизма. Вот погляди — как-то в Живом Журнале один молодой человек начал набирать себе список читателей, по нормальной выборной технологии, считая всех юзеров за идиотов.

Ну и набрал — только напрасно потом каялся, и говорил, что поступил так исключительно из научного интереса. Хорошо начал вестовой Крапилин, да плохо кончил. В случае с книгами стесняться нечего — впаривание и есть главный закон массовой культуры.

И если можно впарить говно за $0.99, то не надо уменьшать норму прибыли.

Итак, как явление — это аналог Оксаны Робски, только ставшее мифологическим символом Рублёвское шоссе замещено на жизнь молодых людей в Москве — завсегдатаев клубов, в остальное время называющихся странным сочетанием «эффективные менеджеры». При этом степень достоверности описаний здесь примерно такая же, что и в женском