"Фантастика 2023-157". Компиляция. Книги 1-20 (СИ) - Шелест Михаил Васильевич

— Он только что утащил Глэдис, — сказал я профессору. Он громко и изумленно вскрикнул:

— Рочерс, расскажите мне немедленно все, что видели! Через несколько минут начнется заседание чрезвычайной комиссии, мне необходимо знать как можно больше!

— Когда совершено нападение на госпиталь? — вместо ответа спросил я, морщась от боли в голове.

— Пять минут назад.

— Он был тут чуть раньше, — устало сказал я. — Сначала он напал на пансион. И сразу же после этого — на госпиталь. Здесь действовали четыре кибера. В госпитале, как вы говорите, их было трое. Одного кибера он оставил на Рамзесе-2 присматривать за Глэдис…

— Откуда вы знаете про Рамзес-2?

— Догадался, — ухмыльнулся я разбитыми губами. Боль в них усилила боль в голове. — Он использовал генератор Рочерса-старшего и возник здесь в облике рабочего кибера. И прибор, и готовое механическое тело с компьютером в башке он мог так быстро и беспроблемно получить только на Рамзесе-2. Ведь он прекрасно ориентировался на заводе, был там в командировке… А что, у вас есть официальные сведения?

— Да, — удрученно ответил он. — Связь с Рамзесом-2 потеряна. Это беспрецедентный случай. Каналы гиперсвязи никогда не отказывают. Значит, либо аппаратура заводского комплекса вышла из строя, либо кто-то ее отключил.

— Очевидно второе, — сказал я, опускаясь на землю. Ноги не держали меня. Перед глазами стоял световой круг, в котором растворялись фигура кибера и извивающаяся в его руках Глэдис. — Это диверсия нашего друга. Боюсь, что персонал комплекса пленен или уничтожен киберами Рута… Скажите, как ему удалось провернуть такое?

— В этом нет никакой загадки, — тяжело произнес Грипп. — Он через Сеть проник в головной компьютер комплекса, перехватил управление киберами-рабочими и запрограммировал их на подчинение своим командам. С этого момента они начали действовать по его указке… Я даже боюсь думать о том, что он сделал с людьми.

Его слова прозвучали вопросительно, но я молчал, тяжело дыша в трубку. Впрочем, Грипп и не ждал от меня ответа.

— Одного из киберов он подключил к компьютеру, — сказал он, — и копировал на винчестер робота самого себя… В принципе он мог сделать такое с каждым механическим рабочим.

— Нет, — отверг я его предположение. — Я их видел. Они вели себя так, что абсолютно ясно: Рут пока не делал этого. Он спешил. Он, — вдруг с горечью выдал я, — в отличие от БЗС не тратил время на анализ обстановки и формирование чрезвычайных комиссий!

— Но, Дэниел… — начал Грипп. Я перебил его.

— Прошло всего восемнадцать часов с начала его активных действий, мистер Грипп! — закричал я. И крик мой был таким неожиданно громким, что я вздрогнул. Но продолжал говорить. Боль в голове, дикая тревога за Глэдис и унизительное ощущение собственной беспомощности выплескивались из меня потоком слов. — Слышите — всего восемнадцать часов! Меньше суток! А он уже грохнул о плиты космодрома космический лайнер, устроил разбой в госпитале БЗС и детском пансионе, выкрал двух женщин с Земли, захватил киберкомплекс на Рамзесе-2 и сколотил команду киберов, полностью подвластных его воле!

— Но мы… — снова попытался заговорить Грипп.

— А вы?! — еще громче заорал я, так что голова просто треснула от боли. — Что сделали вы? Где ваши хваленые аналитики БЗС? Где пресловутая оперативность Бюро? Ваши люди приезжают только тогда, когда уже не нужны, когда все кончено! Еще прошлой ночью стало известно, что генератор Рочерса-старшего использовался без всяких санкций! Кто это делал? Вы думали о сетевом черве? Но той же ночью вы уже предполагали, что Рут изготовил собственную электронную копию! Если бы вы сопоставили…

— Но я не был уверен! — ответно закричал Грипп. — Мы действительно думали, что генератор включен сетевым червем! Полагали, что Грегори Рут изготовил вирус, чтобы уничтожить следы своей некрасивой смерти! Такой вывод напрашивался! Для полной же уверенности в преображении Рута нужна была совокупность фактов! А эти факты приходили к нам постепенно! Генератор же с Рамзеса-2 мы отключили от Сети сразу же после его первого использования. Но кто мог подумать, что Рут к тому времени уже обосновался на сервере локальной сети заводского комплекса!

Ну да, мелькнуло в голове, конечно, на сервере. Я как-то об этом не думал. Естественно, Грегори Рут сначала перебрался на Рамзес-2 и только после этого уничтожил свой компьютер. Ведь ему надо же где-то размещаться, электронная копия его мозга — программа гигантского объема…

— Но если так, почему вы не смогли определить, что «небесный омнибус» атакован с сервера Рамзеса-2? — уже тише спросил я.

— Он запутывает следы. Самыми изощренными способами. Один из них — организация мнимых атак его фантомных копий с нескольких узлов одновременно. По первым данным, поступившим из Сети после аварии, «небесный омнибус» был атакован как минимум с сотни компьютеров. Пока мы разбирались, в чем дело, время шло.

— Эх вы! — как-то по-детски разочарованно воскликнул я. — А говорили, что можете отследить любого хакера!

— Можем, это несомненно, Дэниел, — убежденно, но несколько виновато ответил Грипп. — Но время, затраченное на это, прямо пропорционально степени мастерства хакера. А Грегори Рут — профессионал в сетевых делах…

Я понимал, что несправедливо напал на профессора. Он говорил о времени и совокупности фактов… Мне тоже нужна была эта совокупность — и причем немалая совокупность: «окно» в космическую пустоту, автомобильная авария, гибель Томаса Роя, посещение насмерть испуганной Лотты, — чтобы увидеть все как есть. Я тоже упустил время. И опоздал. Профессору не в чем было оправдываться передо мной. Но он все-таки делал это.

Захлестнувшая меня пару минут назад волна горечи, досады и раздражения прошла. Я заставил себя окончательно успокоиться и, помолчав, выдавил:

— Извините, Макс…

И услышал, как Грипп сказал:

— Я понимаю вас, Дэниел. Этот монстр ударил по самому дорогому, что у вас есть, — поставил под угрозу жизнь Глэдис. И судьба Лотты вам, конечно же, небезразлична тоже… Вам тяжело. Но, прошу вас, потерпите. Уже через полчаса, сразу после заседания комиссии, будут приняты самые решительные меры…

Я слушал его и пытался представить себе эти «самые решительные меры». И все никак не мог понять, что же они есть на самом деле. Но понял другое: каковы бы эти меры ни были, я должен принимать свои.

— Извините, Дэниел, мне пора идти. Я буду держать вас в курсе событий.

Мне тоже пора было идти. Я поднялся с земли, настороженно оглянулся и стал пятиться, все дальше углубляясь в тень парковых деревьев. А потом повернулся спиной к зданию.

— Счастливо, Дэниел, — попрощался Макс Грипп.

— Счастливо, профессор, — прошептал я и, стараясь остаться незамеченным, стал пробираться по парку к воротам.

Я уходил от пансиона. Меня не интересовала сейчас судьба чудесного парня Пола, уважаемых мною Монтега и Пайкса. Я знал, что они живы и с ними люди. А вот живы ли Глэдис и Лотта, и если да, то есть ли рядом с ними кто-нибудь способный помочь, я не знал. Я уходил, таясь за деревьями, чтобы меня не донял расспросами молодой высокий лейтенант из войск БЗС: на все вопросы я ответил Максу Гриппу. Я уходил, таясь, чтобы милые девчонки из пансиона не задержали меня, предлагая помощь: мне не нужна была помощь.

Я уходил, потому что знал одно: мне пора ехать по делам — спасать Глэдис и Лотту. И это все. Больше никаких других дел, обязанностей и забот у меня не было.

Я незаметно для всех уселся в автомобиль и помчался в мегаполис.

И вот теперь брел по площади к Музею инопланетных цивилизаций.

Его здание в виде гигантской шестиконечной звезды с нагромождением огромных кубов и сферических конструкций на крыше медленно надвигалось на меня. Я остановился и прислушался.

Того, к кому я шел, слышно не было. Но он уже знал о моем приближении, в этом я был уверен.

Я болезненно прищурился на свет ближайшего фонаря и продолжил свой путь. Соответствующие меры… Что же это такое в конце концов?