Цветы на камнях - Сергей Байбара

- Разрешите, сэр? – поднял руку Хунн, обращаясь к полковнику. Тот кивнул.

- Когда, на какой день наступила «ядерная зима», лейтенант? Когда пошел снег? Хотя бы примерно?

- У нас не было снега, сэр, - отвечал Гудман. – Небо затянулось серыми облаками, через которое иногда пробивалось солнце. Было много пепла, сэр. Радиоактивного пепла. Спустя полтора месяца начали вспыхивать нефтяные месторождения. Вот тогда небо почернело от непрерывных пожаров. Говорили, что скважины поджигали местные. Тогда майор Селински, бывший заместитель командира танкового полка предложил перебраться в бункер. Старый бункер, еще со времен Саддама Хусейна, сэр…

- Вы выдвинулись к иранской границе? – прервал лейтенанта Ричардс.

- Так точно, сэр! – криво улыбнулся Гудман. – Откуда вы знаете?

- Мы хорошо помним Ирак, - Ричардс переглянулся с Хунном, улыбнулся. – Наш полк находился в окрестностях Багдада.

- Так точно, сэр…

- И вы добрались до этого бункера?

- Да, сэр. Правда, по дороге, в результате стычек с местными мы потеряли почти половину наших, сэр… До бункера добрались сорок два человека, из семидесяти. Неподалеку от города Ханнакин у иранской границы действительно было несколько бункеров. Но два были разрушены. Еще в двух обосновались местные сперемешку с остатками британских солдат. Они атаковали нас… Они начали первые… Первые… Мы сражались за места в убежище, и мы победили.

- Вы убивали союзников, Гудман? – скривился Хунн.

- Они первые начали, сэр! Они отказались впустить нас, а потом начали обстреливать. Они объединились с арабскими террористами, сэр. Но их было меньше. Потом мы заняли бункер, где провели около года. Питались старыми запасами еды, консервами, у кого что было. Ходили в города, ели мясо убитых верблюдов. Доедали старые армейские сухие пайки. Но за это время умерли еще десять наших, от радиации и отравлений. Сэр, разрешите немного воды?

- Да, пожалуйста, - Ричардс подвинул к лейтенанту графин.

Гудман снял стакан, дрожащими руками налил воды. Инстинктивно оглянулся по сторонам, будто кто-то хотел отнять у него воду. Потом долго и жадно пил.

- Ну а что было дальше? – спросил полковник Ричардс.

- Дальше, сэр, когда тучи начали рассеиваться, мы стали все чаще выходить на поверхность. Пытались охотиться на одичавших верблюдов и лошадей, ловили рыбу. К тому времени майор Селински поймал по рации сигнал с американской военной базы в провинции Тамим. Мы решили выдвигаться туда. Майор Селински был тяжело болен и не смог идти с нами. Он застрелился. До провинции Тамим мы добирались около двух недель вдоль старой дороги. На западе горизонт был непроницаемо-черным от пожаров. Один из наших сошел с ума и начал бросаться на нас с ножом. Пришлось убить его. За все это время мы часто видели вооруженных людей в черных одеждах на мотоциклах и лошадях. Старались не показываться им на глаза, но пару раз все же пришлось вступить в бой. Это были шииты. Они украшали лошадей и машины человеческими черепами. Многие были вооружены нашим оружием. По дороге мы несколько раз видели обломки наших вертолетов, сгоревшие самолеты и бронемашины. Но в двадцати милях от Киркука мы встретили отряд американцев на танках. Когда мы добрались до города, нас встретили достаточно дружелюбно. Провинция превратилась в небольшое государство, во главе стоял некий Шейх Акмад. Он сотрудничал с американцами, а в городе жило несколько десятков американских солдат и гражданских специалистов. Нам предложили вступить в армию этого Акмада. Они там враждовали с соседями на востоке, в том числе и с суннитами…

- Извините, - вновь оборвал Гудмана майор. – Подождите с Акмадом. Скажите, то время, пока вы добирались до Кирука, небо оставалось черным? Пожары продолжались?

- Уже в меньшей степени, сэр, - ответил лейтенант. – Хотя были дни, когда солнца не было видно, и тогда во всем городе зажигали факелы. Дышать было практически нечем, и в подвалах шла драка за воздух. Слабых и увечных выпихивали на улицу.

- Когда же пожары прекратились? – спросил Ричардс.

- Полностью? Спустя три года, сэр.

- А что было потом?

- Нас было пятьдесят человек. Мы почти десять лет жили в Кирукке, служа местному шейху. Даже пользовались определенным уважением. Гоняли пустынных бандитов, террористов, иногда сами совершали карательные вылазки. За десять лет большая часть населения этой страны вымерла, а остальная скатилась в средневековье. Потом была атака суннитов. Их было много, целая армия. Они дошли до города и сожгли его. Нам опять пришлось спасаться. На это раз те, кто остались, двинулись на север, в Турцию. У турецкой границы мы наткнулись на остатки американского гарнизона на старой авиабазе. Десять человек. Почти год мы общими усилиями приводили в порядок один из «Геркулесов». Когда взлетели, взяли курс на северо-запад, в Европу. Но поймали сигнал с вашей базы. И полетели сюда. К тому же уже над Грузией произошла поломка, и нам еле-еле удалось посадить самолет на один из заброшенных аэродромов. Вот и все, сэр…

- При посадке ваш самолет чуть не разбился, - заметил Ричардс.

- Да, сэр, - согласился Гудман. – Посадка была жесткой. Один из наших пилотов сломал ключицу при посадке. У остальных, - ссадины, ушибы. Так. Мелочи…

- Насколько я понимаю, команда на вашем самолете прилетела сборная? – спросил Ричардс. – Люди из самых разных частей и подразделений. А как давно вы командуете ими? С какого периода?

- Я вообще не командовал ими, - признался Гудман. – Лидеры все время менялись. Я – последний из них, так среди нас не осталось офицеров, а все бойцы с лидерскими задатками к тому времени уже погибли. Со мной прилетели рядовые и сержанты. Только пилоты имели звания старших уоррент-офицеров. Это люди, измотанные десятилетней борьбой за свою жизнь, сэр.

- У вас будет возможность отдохнуть и почистить перья, - заверил Ричардс Гудмана. – У нас здесь хоть и не эдемские сады, но жизнь вполне приличная. Вас к нам послал сам Господь, если он есть! У нас не хватает специалистов, как военных, так и гражданских. В общем, добро пожаловать в наше новое государство!

- Государство, сэр? – не понял Гудман.

- У вас еще будет время узнать об этом! Как вас приняли?

- Замечательно, сэр! Местные жители собрали для нас питание, одежду, медикаменты. Собственно, задержка по дороге в город, и была связанно с гостеприимством местных жителей.

- Ну, вот и замечательно. Много времени дать вам на отдых мы не можем, - встал с кресла Ричардс. Мы нуждаемся в ваших парнях, Гудман. У нас хоть и не война, но и миром нашу жизнь тоже не назовешь. Если ваши ребята нуждаются в помощи медиков, психолога, в услугах иного рода, мы все вам предоставим. Добро пожаловать в Союз Выживших поселений Джорджии, второй лейтенант Гудман!

- Спасибо, сэр! – Гудман сжал протянутую руку.

…Было три часа дня, и в клубе «California» было пусто. Только небольшая группа американских военных оккупировала столик в углу зала. Парни попивали чаек и заедали кукурузными лепешками с яблочным повидлом. В уголке хозяин клуба, старый грузин с метелкой и совком наводил марафет.

- Сейчас бы что-нибудь покрепче! – мечтательно сказал один из бойцов, морской пехотинец.

- А у меня есть старые запасы, - засмеялся сержант-связист, доставая из кармана металлическую флягу. – Добавим?

- Нет, лучше не надо, - предостерег летчик. – Если патрульные засекут запах спиртного, отправят в кутузку! Это раньше на это смотрели сквозь пальцы, а после чудачеств новчков, черт бы их побрал, упекут точно!

- Бача, у тебя есть chacha? – окликнул сержант хозяина клуба.

- Есть. И что? – ответил «трактирщик». – Сами знаете, что спиртное только после восьми вечера можно продавать! Хотите, чтобы меня Ричардс закрыл? Вы моих внуков кормить потом будете?

- Вот хрен старый! – вполголоса сказал морпех по-ангийски.

- Он прав, - развел руками пилот. – Придется сосать это пойло.

В прохладу полутемного помещения зашел темнокожий боец со знаками мотострелка. Он был в военной серо-зеленой майке, поверх которой на мускулистые плечи был наброшен китель. Пехотинец был разгорячен и чем-то до крайности разозлен. Войдя в зал, он от злости пнул один из стульев, да так, что тот полетел на пол.

- Эй, Корнелл, ты что мебель ломаешь?! – возмутился Бача.

- Да иди ты! – огрызнулся темнокожий пехотинец.

- Ах так! – Седой хозяин клуба от возмущения бросил метелку на пол. – Не будет тебе больше кредита в моем заведении! Так и запомни!

Это подействовало на американца. Он крепко выругался и принялся вымаливать у Бачи прощение:

- Бача, I,m sorry! Извини друг, просто нервов уже не осталось! Ну, что мне сделать?! Хочешь, я на крышу залезу и твою любимую песню спою?!

- Не надо! – сменил гнев на милость хозяин. – Что случилось-то?

- Лучше не спрашивай! – яростно махнул рукой пехотинец. – Пожалуйста, один чай. Нет, два чая! Отдам все в среду!