Лунная школа - Катерина Полянская

— Вот он, — пробормотала Мариам. — Нефритовый скарабей…

Я ее услышала, но еще несколько минут так и стояла лицом к книгам. Руки вцепились в полку, ноги тряслись. Требовалось время, чтобы прийти в себя.

Когда же нашлись силы обернуться, увидела, что Мариам сжимает в руках драгоценного жука. Того самого, о котором говорил Шален… Золотое основание, нефритовые крылышки, глаза — крошечные осколки кристаллов. Тех самых ключей от города.

Крейстон, чтоб его порвало! Все это время он следил за мной! В самом буквальном смысле. И мог управлять, словно марионеткой!

Стало противно до тошноты.

Надеюсь, когда я шла в душ, он хотя бы «отключался»?

Тем временем Мариам опустила жука на стол. Тот сразу же встал на лапки, но удрать не пытался. А смысл, она же тоже сильный маг! Леди ректор прошла к своему креслу, села, склонилась так, чтобы подбородок уткнулся в столешницу, и заглянула драгоценному насекомому в кристаллы-глаза.

— Слышишь меня, Виверд? — каркнула она. — Я знаю, что слышишь. И видишь. Это Мариам Сораль, если не узнал меня в более юном облике. Встретимся завтра днем под городом, пересечение четвертого и седьмого тоннелей. И принеси все, что украл у меня, иначе я просто раздавлю твоего жука…

Угроза была страшная… Даже дети по ту сторону стены знают, что маг тесно связан со своим скарабеем. И если его уничтожить, человек через несколько дней умрет в муках.

Ничто не спасет.

А наши жуки, несмотря на присутствие золота и драгоценных камней, конструкция очень хрупкая…

Похоже, Мариам как раз решила проверить это, а может, просто Крейстона сильно ненавидела. Она схватила жука и выдернула одну лапку.

Я испытала приступ дурноты.

Временно покончив с врагом, хозяйка кабинета вспомнила обо мне.

— Осталось решить, что делать с моей маленькой лазутчицей…

Она встала, сделала два шага и остановилась, принялась внимательно разглядывать меня.

— Может, отпустить? — На мой взгляд, хорошее предложение.

Но она только хмыкнула.

— Ты умненькая, талантливая… но ты не секрет для Крейстона. А значит, использовать тебя на той стороне не получится, — годы лицемерия не помогли ей скрыть разочарование в голосе. — А жаль. В этом была твоя уникальность.

Между бровей мучительно пульсировала боль. Как же я устала от интриг и опасностей!

— Я невеста Кэйлика Орлгорда! — Вот уж никогда не думала, что однажды попытаюсь спрятаться за влиятельной фамилией!

— А еще чем-то нравишься мне, — усмехнулась ректор Лунной школы. А секунду спустя оказалась рядом и схватила меня за локоть. — Поэтому я не убью тебя прямо сейчас. Идем.

Осмыслить, что именно она сейчас сказала, я не успела. Ее кулон вспыхнул. В воздухе разлилась магия. Книжный шкаф, повинуясь ее воле, сдвинулся в сторону, и перед нами открылся проход. Сначала просто темный зев. По мере того как Мариам увлекала меня все ближе, в отблесках сияния ее кулона удалось разглядеть лестницу.

Не сказав больше и слова, она провела меня подземными коридорами, в одном из них обнаружилась дверь. Деревянная, громоздкая. Мариам отперла ее заклинанием и втолкнула меня в открывшийся проем.

— Не скучай, я скоро приду за тобой, — усмехнулась она.

И ушла.

Дверь запереть, конечно, не забыла.

Глава 17

Мой кулон светился не так ярко, как ее, поэтому осмотреться удалось только через какое-то время, когда глаза привыкли к темноте.

Комната выглядела довольно комфортной: мягкие диваны и кресла, изящные светильники, много книг, еще больше женских вещей. От расчесок и заколок до старомодных платьев. Толстые ковры на полу и обивка на стенах защищали это место от подземного холода.

Похоже, это здесь Мариам… вернее, тогда еще Милика… провела годы, прежде чем кому-то из Орлгордов взбрело в голову ее выпустить.

Комфортно, конечно… Но немудрено свихнуться.

Истерика — штука сильная, поэтому несколько минут я добросовестно кричала и билась в дверь. Как водится, без какого-либо результата. Ну, разве что пар выпустила. Потом еще какое-то время просидела под дверью на полу, часто дыша и глотая бегущие по щекам слезы.

Ну и что теперь?

Единственная относительно трезвая мысль сильно отдавала безумием: завалиться на диван и уснуть. Вдруг повезет, и я проснусь в нормальной реальности, где меня хотя бы не запирали в подземельях? Но в чудеса верилось слабо, поэтому, добравшись до вожделенного дивана, я не позволила себе спать.

Надо было срочно придумывать, как выбраться отсюда.

Чтобы кулону не приходилось напрасно тратить магию, работая светильником, я включила торшер. Тогда же поняла, что работает он тоже на магии. Ладно… Это может быть как-то полезно?

Ухватить умную мысль за хвост я не успела, вспомнилось кое-что действительно важное: Мариам говорила, тут есть проход в книгохранилище…

Искала я долго. Часов здесь не было, наверное, это еще одна грань наказания, назначенного Милике, но по внутренним ощущениям прошло много времени. Наверняка уже взошла луна. А если так, то до утра моя надзирательница будет занята школьными делами. Надо как-то выбраться, пока она не освободилась… Иначе кто знает, как со мной поступят. В лучшем случае, сдадут Крейстону, а что в худшем — даже думать не хочется.

Когда же ничего не нашла, откровенно взвыла.

Должен же быть какой-то предел невезению!

Я поднимала ковер, двигала и открывала мебель — ничего.

Возможно, тайный ход замаскирован магией, но я все еще не настолько сильна в подобных вещах.

И что теперь делать?

Вернувшись на диван, я даже заплакать не нашла в себе сил. Просто сидела и бездумно смотрела в одну точку. Пустота в голове вскоре стала тяжелой, глаза начали слипаться. И в тот момент, когда вялое бодрствование почти сменилось сном, я увидела его.

Моего скарабея.

Он остался в комнате, как и местный аналог мо-бука и прочие вещи, которые пришлись бы сейчас кстати. Но сидя здесь, в своей комфортабельной камере, я отчетливо видела, как светятся сапфировые крылышки, и от них отблески рассыпаются по обитому шелком нутру шкатулки. Той самой, подаренной Кэйликом.

Вновь напомнила о себе головная боль, но я не стала обращать внимания.

Как там учил Айзек? Сосредоточиться, почувствовать, дать команду…

Сердце затопила нелепая надежда.

Я до боли закусила губу.

Встань!

И лапки драгоценного насекомого покорно пришли в движение.

Боль усилилась. Только что я сделала максимум, допустимый для первого раза. Но это не повод останавливаться! Не сейчас.

Так, что там у нас дальше…