Грани матрицы - Евгений Гаркушев

– Пойдем, – предложил я двойнику, – Расскажу тебе, что знаю, а ты расскажешь мне о своем. Не боишься выстрела в спину?

– Ты стрелять не станешь. А с тобой ведь никого нет?

– От Усть-Щугора я добирался один. Да и туда прилетел в отдельной капсуле. Но некоторые подозрения у меня имеются.

– Пойдем в машину. У меня в кустах джип.

Мне ничего не оставалось, как поверить в искренность Вороненко. Он мог подстрелить меня, но не сделал этого. Как не сделал бы я, оказавшись на его месте. А мозги нам, видимо, по каким-то причинам промывать не стали. Или не сумели.

Разговаривали мы долго. Я объяснил своему двойнику, что намереваюсь совершить. Какие планы, по моему мнению, были у террористов. Не просто так ведь они подсовывали мне шашки с димлетидом и дальнодействующими радиодетонаторами. Да и спецслужбы нашей страны явно имели в деле какой-то интерес. Вряд ли они не могли просчитать, как поведет себя Вороненко в той или иной ситуации. Или все-таки не могли? Но, в любом случае, они чего-то боялись. Потому что в противном случае ввели бы усиленное дежурство. Поставили часового на каждой вышке. Вызвали подкрепление из Америки. Да мало ли что еще можно было предпринять?

Я полагал, что нам – именно нам – нужно захватить станцию. Не с какими-то корыстными или высокоидейными целями (хотя заполучить рычаг давления на Большого Брата для меня было крайне необходимо), а просто для того, чтобы остаться в живых. И чтобы станцию не взорвали. Террористы, по-моему, собирались сделать именно это. Им не нужна ни ГигаТЭЦ, ни ТераТЭЦ. Точнее, эти станции совершенно не нужны заказчикам их авантюры. Они хотят отбросить человечество в прошлое, заставить миллионы людей голодать и мерзнуть – лишь бы им было сытно и тепло. А все разговоры о благе страны, пользе для сограждан – блестящая мишура для молодых, доверчивых соратников.

– Сдайся властям, – предложил мне Вороненко – не слишком, однако, настойчиво, с легким юмором. – Открой им планы супостатов. Вряд ли мы вдвоем – если я все-таки решу присоединиться к тебе, – справимся с задачей лучше, чем сотня подготовленных охранников.

– Должны справиться. Зачем меня нанимали боссы террористов? Полагаю, не просто так. Ухлопали на это большие деньги… Наверное, есть какой-то фактор, позволяющий нам установить контроль над станцией легче, чем другим.

– И удержать ее?

– А уж это твоя задача… Ты специалист по охране. Вороненко хмыкнул. Я продолжил наступление:

– Подойдем к вопросу утилитарно. Ты думаешь, мы переживем все эти события? У нас ведь даже идентификаторов настоящих нет. И навигационных чипов. Липа. К тому же мою подругу отравили медленнодействующим ядом. Что я, по-твоему, должен ее бросить?

– Наверное, нет, – задумчиво произнес мой двойник.

– Да и нас наверняка ликвидируют!

– Думаю, убивать не станут. Общество нынче гуманное… В крайнем случае отправят в ссылку.

– Но ведь и американцы хотят нас «кинуть», – воззвал я к патриотическим чувствам двойника. – Тут террористы правы, хотя волнует их, по-моему, вовсе не это. После того как в Колумбии будет пущена ТераТЭЦ, ГигаТЭЦ начнет работать только на Европу и Россию. Мощность увеличат. Экология Русского Севера ухудшится. В свою очередь европейцы закроют свои станции. А наши разорятся сами собой, не выдержав конкуренции. Тут нас и возьмут за горло железной рукой. Повысят тарифы, и никуда мы не денемся – будем платить за жизнь. Отдавать ресурсы, территории, работать за копейки…

– И ты в это веришь?

– Верю. Отчего же не верить? Бледнолицые братья всегда поступали подобным образом с колониями.

– Вообще-то я тоже верю, – кивнул Вороненко. – Люди не стали лучше за последние пятьдесят лет. Точнее, та их часть, что находится у власти. Отдельные индивидуумы, возможно, и смягчились. Но хорошо это или плохо – кто разберет?

Мы посидели молча. Каждый думал о своем, но, наверное, мысли наши были схожи.

– Так ты мне поможешь? – спросил я. – Время позднее, светает. Я должен захватить объект. У меня другой дороги нет.

На лице моего двойника отразились сложные чувства.

– С одной стороны, не помочь тебе я не могу. Это предательство. Но, с другой стороны, я не могу помочь тебе проникнуть на территорию станции. Это тоже предательство, если не большее. Нарушение присяги. Нечестный поступок.

– Ты давал присягу?

– Нет, но они мне верили… Доверие дорогого стоит…

– То-то они приставили к тебе девчонку, повесили на руку браслет. Не удивлюсь, если в нем – бомба.

– Да, не исключено, что система ликвидации носителя в нем есть.

– Значит, нужно от браслета избавиться.

– В свое время избавлюсь.

– Так что, мы вместе? Поедем на твоем джипе?

– А сам бы ты как поступил?

Настал черед задуматься мне. Пожалуй, на джипе я бы на станцию не поехал. Скорее уже объявил бы в браслет, что увольняюсь, и вошел на ГигаТЭЦ через пролом в стене. Уже как не связанный обязательствами человек. Не используя преимуществ своего положения.

– Ты знаешь, – улыбнулся я.

– Тогда мне нужно снять бронекостюм. Браслет-под ним. Они и дырочки специально микроскопические делают – чтобы навигационные чипы работали, а в моем случае – браслет, его заменяющий…

– Лучше уж ретранслятор поставить. И провод через броню пропустить, – заметил я.

– Не скажи. Ретранслятор на броне сплавится, из строя выйдет. А навигационный чип потеряешь только вместе с рукой…

Вороненко начал методично расстегивать карабины, чтобы скинуть с себя костюм. Я наблюдал за этим с некоторой опаской. Во-первых, система самоликвидации могла сработать сразу же, без промедления, как только будет снят браслет. Во-вторых, одеться до того, как сюда нагрянут охранники, мой партнер не успеет. А нам нужно еще пробить стену и скрыться в лесополосе. И пробить вторую стену. И захватить командный пункт… Все эти соображения я ему высказал.

– Думал, – кивнул он. – Наверное, так поступим: когда я браслет сниму, ты стену подрывай и входи. А я уже – вторым эшелоном. Меня и ждать, наверное, не будут. Ты все внимание на себя отвлечешь. Да отойди подальше – не ровен час, подорвешься вместе со мной. Или хоть забрало опусти…

Чувство локтя – хорошо. Благоразумие – еще лучше. Что толку, если погибнем мы оба? Собственно, не за деньги ведь мы хотим захватить ГигаТЭЦ. И не для себя лично.

– Как считаешь, нож его возьмет? – спросил Вороненко, демонстрируя мне полоску пластика с несколькими разъемами и небольшим экраном.

– Выглядит он не очень прочным. Но видимость обманчива.

– В любом случае, вместе с рукой я его отрезать не намереваюсь, – рассмеялся мой двойник. – Ты уж чикни его ножиком. От всей души.