Неистребимый. Трилогия - Сергей Зайцев

Целитель, кстати, к нам не присоединился, а Нкот не обратил на это внимания, что подтверждало некоторые мои подозрения о давнем знакомстве этих двоих.

— Пора посвятить вас в то, ради чего я привел вас сюда, — негромко сообщил Нкот, словно не желая тревожить установившуюся над лесной поляной глубокую ночную тишину. — Устраивайтесь рядом.

— Наконец-то! — не без сарказма проворчал Бигман, без долгих раздумий опуская костлявый зад в траву напротив чужого. — Я уже начал думать, что не услышу этого до конца своей жизни.

Нкот подождал, пока мы рассядемся возле него, и неторопливо заговорил:

— Постараюсь говорить кратко. Все вы устали, всем необходим отдых, так что эту ночь вы проведете здесь, набираясь сил для дальнейшего похода. Теперь о цели нашего путешествия. Я прибыл сюда для того, чтобы уничтожить суперсущество, истребляющее разумные расы в этой Вселенной. На Шелте находится его гнездовище. Моя раса столкнулась с подобным созданием примерно пять тысяч межлет назад, когда у нас только-только наступила эра освоения космоса: именно тогда это порождение вселенской тьмы, это извращение мироздания и порядка, этот смерч энтропии, эта тварь, привлеченная нашей деятельностью в космосе, выследила нашу материнскую планету и обрушилась на нее, сея абсолютную смерть. За очень малое время наша раса была практически полностью уничтожена… Остались только небольшие колонии олджей на новоосвоенных планетах, не обнаруженных вселенской тварью из-за малой величины излучаемого ментального фона, не сравнимого с фоном густонаселенной планеты…

Ровный, бесстрастный, слишком бесстрастный для такого жуткого повествования голос Нкота, что, вероятно, свидетельствовало о его внутреннем напряжении, тонул в лесной тишине, как эхо в бездонном колодце, глаза слабо тлели внутренним зеленым светом. Я невольно превратился в слух, стараясь не пропустить ни слова, шелтяне также затаили дыхание. Бигман подался всем телом вперед, не сводя с чужого глаз, — кулаки под подбородком, локти на коленях, Отшельник что-то немо шептал. У меня создалось впечатление, что из слов чужого они поняли что-то, пока недоступное мне, но в любом случае масштабы событийной картины, рисуемые чужим, поражали воображение.

— …Мы дали твари много имен, так как могущество ее было безгранично, а его проявления — многообразны. Больше других закрепилось лишь несколько: собственно Тварь, Хищник, Враг и Проколд. В последнем — отражение проклятия нашей расы, проклятия олджей, неумолимого рока, стершего с лика планеты целую цивилизацию. Несмотря на гибель большинства, мы не сдались, — на колониях к тому времени имелись самые передовые технологии, завезенные с материнской планеты при освоении, все самые последние достижения науки и техники. Но самое главное — освоение планет вели лучшие из нас, олджи с очень сильными ментальными способностями. Это и помогло нам в дальнейшем больше всего остального. Собрав воедино все свои знания и опыт, путем чудовищных лишений и многих безвозвратных смертей изобретателей и испытателей мы создали самое совершенное оружие для борьбы с Хищником…

В руках Нкота, выпрыгнув из ниоткуда и разогнав на метр сумрак вокруг себя, беззвучно полыхнул призрачный Клинок, играя бледными оттенками алого и голубого.

— Но чтобы овладеть его возможностями, нам пришлось коренным образом, на генетическом уровне, и изменить себя, и создать специальное искусство, позволяющее олджу становиться неразделимой частью Клинка, — искусство Лешу, искусство «быстрой жизни». Именно тогда было положено начало духовного бессмертия для олджей, сменивших свое имя на лешуков, имя, которое больше соответствовало новому мироощущению измененных, и начало конца для Проколда. Обретя Клинки, мы ринулись в бой и смертельно поразили Тварь, но в агонии она успела выпустить своих зародышей — семена, и звездный свет разнес их по Галактике. Решив раз и навсегда обезопасить свое будущее, мы пустились за ними в погоню, но семена смерти оказались быстрее нас. Они разлетались все дальше и дальше, поражая планету за планетой, населенные разумными расами. Расстояния непрерывно увеличивались, все труднее становилось отыскивать и уничтожать порождения Проколда, а силы охотников все больше распылялись по Галактике. Наступил момент, когда каждый из нас должен был бороться в одиночку, и не всегда лешук оставался в живых после уничтожения Врага. И все же мы твердо решили довести дело до конца. По пути нам попадалось немало мертвых планет, ранее населенных разумными созданиями, сотни скелетов погибших цивилизаций, и долг продолжал нас звать вперед, не позволяя остановиться и оглянуться назад, не оставляя времени продолжить род, обрести потомство. Мы превратились в охотников за вселенским злом и… прекратили существовать как раса. Последний раз я видел своего собрата, угасающего после битвы с Хищником, межтысячелетие назад, и у него не было известий от других. Он не видел лешуков столько же, сколько и я. Поэтому я считаю, что остался один…

Глаза Нкота яростно сверкнули, озарив неистовой зеленой вспышкой всю нашу компанию, словно на мгновение в его черепе включились мощные прожектора.

— И мне не с кем продолжить свой род. Но и Проколд — тоже последний. С его гибелью в этой Галактике подобные существа прекратят свое существование.

Взгляд Нкота потух, он сунул Клинок за пазуху и сгорбился, всем своим видом показывая, что закончил.

А мне именно сейчас стало ясно, почему он ничего этого не говорил нам раньше. Просто потому, что такие вещи не рассказываются мимоходом. Силы неба, какую же он должен сейчас испытывать боль, горечь, отчаяние, оставшись один из всех своих. Я попытался поставить себя на его место, и мне стало страшно. Я не желал такой участи. Лучше уж умереть. А он был обречен жить. Жить и сражаться, отягощенный долгом, великим, непомерным долгом, оказавшимся сильнее всего остального.

Если только все это было правдой, то, что мы сейчас услышали.

— Пандемия на Шелте! — вдруг осенило меня. Вот о чем догадались шелтяне раньше меня, ведь пандемия коснулась их предков непосредственно. — Это и есть твой Проколд? Но… но на Шелте с тех пор прошло целое межстолетие?!

Нкот коротко кивнул.

— Разум не слишком частый гость во Вселенной, и именно он служит гнездом Проколду-хищнику, — в голосе лешука проступила глубокая горечь, — гнездом для потомства или угодьями для охоты. Нужно время, Никс, чтобы семя, попав на планету с разумными, начало развиваться во взрослое существо. И сейчас оно уже оформилось. Куколка готова лопнуть, и Тварь сперва обрушится на Шелту, довершив начатое, а затем на остальные миры вашего известного космоса, занятого Коалицией Независимых Миров и Мирами Галактической Федерации. Но это произойдет, если мы Тварь не остановим.