Человек читающий. Значение книги для нашего существования - Хисген Рюд

В будущем человек сможет передать технологиям любовь и дружбу, предполагает Кадзуо Исигуро (1954) в романе-антиутопии «Клара и солнце» (2021). Исигуро изображает общество, в котором человек способен построить близкие отношения с искусственным интеллектом: роботом-гуманоидом, именуемым «Искусственным Другом». Самое печальное в книге Исигуро — это финал, в котором искусственная подруга Клара умудряется полюбить девочку Джози сильнее, чем ее родная мать.

Все указывает на то, что вдумчивое чтение — как условие обучения мышлению — должно занимать важное место в нашей культуре. Не следует воспринимать технологии как неконтролируемую силу. Когда мы говорим о невозможности управления развитием культуры и используем этот аргумент в качестве оправдания бездействия, то причиняем вред сами себе. Ведь будущее, в которое мы устремлены, не высечено в камне. Разве мы как общество не в состоянии поставить перед собой цель и способствовать всему, что нас к ней ведет, одновременно стараясь замедлить тенденции, угрожающие направить нас в противоположную сторону?

Если мы признаем важность чтения для нашего развитого демократического общества, мы должны за него бороться, приложив все усилия для того, чтобы восстановить прежний статус книги в обществе. Либо найти адекватную альтернативу той силе мышления, которую развивает в нас вдумчивое чтение. Впрочем, одно другому не мешает. Для начала необходимо признать особую роль чтения в истории нашей культуры, а затем интегрировать ее в сценарий будущего.

Благодаря обширным исследованиям, проведенным за прошедшие десятилетия, у нас впервые появилась возможность создать полное, целостное представление о том, что такое чтение и как оно на нас воздействует. Вооружившись этими знаниями, мы можем пересмотреть образовательные цели и принять меры по развитию навыков чтения среди населения. Отсутствие этих навыков во многом обусловлено образовательной политикой, рассматривающей чтение исключительно как процесс получения информации, в первую очередь фактической, а не в качестве сложного взаимодействия с текстовыми символами. Разумеется, уделять внимание функциональной грамотности чрезвычайно важно, но если мы не видим социальной значимости более высоких уровней навыков и практики чтения в повседневной жизни, то наносим себе и будущим поколениям колоссальный ущерб.

Понимая, что нельзя вернуть прошлое, что надлежит двигаться вперед и что наши возможности повлиять на будущее крайне ограничены, возникает вопрос: как быть?

Мы должны иметь в виду следующее:

— чтение — это сложное взаимодействие с текстовыми знаками, бесконечно большее, чем просто поглощение фактической информации;

— способность мыслить критически и аналитически неразрывно связана с вдумчивым чтением, и утрата этой способности подрывает навыки мышления каждого отдельного человека и устои демократического общества;

— если мы будем продолжать сидеть сложа руки, то вдумчивое чтение исчезнет навсегда.

Основные тезисы

1. Будущее общества, в котором люди все реже и менее вдумчиво читают длинные тексты, выглядит сомнительным.

2. Большинство людей по-прежнему верит в важность чтения, но эта вера зачастую носит латентный характер и требует дополнительной поддержки.

3. Из всех изобретений человечества письменность оказалась самым влиятельным. Благодаря умению читать и писать появились книга, печатный станок, образование, торговля, компьютер, интернет, правовое государство, современная демократия и прочие достижения нашего общества.

4. В современном обществе мы всем обязаны книгам, и именно потому, что мы живем в грамотном обществе, чтение занимает в нем столь важное место.

5. Умение читать — это прежде всего вопрос практической необходимости. Однако тот, кто учится читать вдумчиво, движется к более высокой цели: развивает концентрацию, терпение, способность мыслить критически и рефлексировать.

6. Разговаривать мы учимся естественным образом, чуть ли не играючи. Однако овладение навыками чтения и письма требует огромных усилий, настойчивости и многих лет обучения — но чем больше затрачивается усилий, тем щедрее вознаграждение.

7. Полезность внимательного и вдумчивого чтения выходит далеко за пределы школьных навыков, измеряемых такими международными тестами, как PISA и PIRLS.

8. Чтение с экрана не эквивалентно чтению с бумаги. Текст на экране лишен физической опоры, которую обеспечивает бумага, и не способствует запоминанию прочитанного. Проблему усугубляют режим пролистывания и гиперссылки.

9. Текст, читаемый с экрана, часто понимается хуже, нежели текст на бумаге. Различные факторы способствуют тому, что пользователи экранов воспринимают цифровые тексты менее серьезно, чем те же тексты на бумаге. Либо из-за привычки отвлекаться, либо в силу недоверия цифровым текстам, нестабильным и изменчивым по форме и содержанию (ведь в интернете каждый может стать «автором», а цифровой интерфейс пользователя отличается непредсказуемостью и ненадежностью по сравнению с бумагой).

10. По мере того как молодежь все больше времени проводит за смартфонами и другими экранами, вредоносный эффект от этих экранов лишь усиливается (а не ослабевает, как предсказывалось двадцать лет назад). «Цифрового поколения» не существует.

11. В погоне за знаниями и развлечениями в альтернативных чтению формах медиа навыки чтения у многих людей ухудшаются, способствуя «вторичному цифровому неравенству». Его жертвами в первую очередь становятся дети из малообеспеченных семей{75}.

12. Не обманывайте себя. Аудиокнига — это не книга, это опыт прослушивания, для которого необязательно быть грамотным. Поэтом не рассматривайте аудиокнигу как замену чтению.

13. Поколение беби-бумеров отлично справляется с чтением с экранов, поскольку воспитывалось на книгах и умеет сосредоточиться. Поколения же, выросшие преимущественно с экранами, испытывают серьезные трудности с чтением книг. Привычка к краткости и быстрому переключению между беглым просмотром и пролистыванием лишает терпения, столь необходимого для длительного удержания внимания.

14. Привычка читать с экрана оказывает на чтение книг пагубное влияние. Мы перестаем сосредотачиваться на том, что читаем.

15. Внутренняя мотивация к чтению страдает от подсознательной веры в то, что цифровые технологии упрощают жизнь. Если оказывается, что чтение с экрана требует усилий, то многие, в первую очередь школьники и студенты, от него отказываются.

16. Многие утверждают, что на чтение у них не хватает времени. Придавая чтению большое значение, они тем не менее не в состоянии вписать его в повседневный график. Чувства вины и стыда лишь усугубляют разрыв между желанием и его претворением в жизнь. Узнаваемо? Во-первых, следует помнить: не вы виноваты в том, что живете в таком суетном мире, а во-вторых: чтение предлагает прекрасный способ отвлечься и отдохнуть от этой суеты.

17. Поскольку в экранном мире у вдумчивого чтения нет ярко выраженного будущего, нам, как обществу, придется сформулировать свои ожидания от чтения — для себя и для наших детей, — чтобы затем найти способ для воплощения этих ожиданий в жизнь.

18. Невольная ассоциация цифровых технологий с прогрессом, которую разделяют многие политики, школы и родители, нуждается в пересмотре. Подавляющее большинство школьников и студентов предпочитают в процессе обучения пользоваться книгами, а не экранами, поскольку и без того изо дня в день проводят за цифровыми устройствами.

19. Утверждение о том, что грамотности в XXI веке присуще многообразие форм, в том числе цифровая, а значит, традиционная грамотность уходит на второй план, противоречит тому факту, что именно традиционная грамотность по-прежнему лежит в основе всех прочих ее форм.

20. По иронии судьбы самыми ярыми сторонниками цифровых технологий зачастую выступают взрослые, которым нравится щеголять своим «молодым» мышлением. Разумеется, новые поколения не должны получать образование пятидесятилетней давности. Но не стоит переусердствовать, выплескивая с водой и ребенка (книгу). Вряд ли чтению книг существует альтернатива со столь же широким спектром положительных когнитивных эффектов, в первую очередь для мышления.