Беспредельная Римская Империя. Пик расцвета и захват мира - Анджела Альберто

Войдем через дверь в центральное здание. Оно очень протяженное и занято каменными прилавками, на которых сотни рабов чистят рыбу, вскрывая тушки. Рыбу сдабривают первым слоем соли изнутри и снаружи, а после сырье поступает на заготовительный конвейер. Марка (и нас) поражает, что рыбья требуха не выбрасывается, а тщательно собирается и уносится в сопровождении туч мошки́.

Последуем за одним из носчиков, вместе с хозяином объясняющим, как изготавливается гарум. Существуют различные системы для получения разных видов соуса. Такие вещи лучше не рассказывать за столом… Если обобщить, то выходит, что рыбьи внутренности бросают в резервуар (или прямо в ванны) вместе с большим количеством соли. В состав добавляют мелких рыбешек, вроде аттерин (разновидность маленьких сардин), барабульки и пр. Полученную массу оставляют надолго перебраживать на солнце, постоянно помешивая. Жара и солнечные лучи разлагают смесь, но соль предотвращает окончательное гниение. В определенный момент в резервуар опускается сито из ивовых прутьев, довольно плотного плетения, которым содержимое придавливается ко дну. Прошедшая через сито зловонная жижа… и есть самый ценный продукт! Его разливают по маленьким амфорам и подают к столу. Это — гарум. Оставшееся на дне содержимое резервуара или ванны более плотной консистенции тоже послужит соусом, но менее дорогим. Его называют «аллек».

Также существуют другие разновидности подобного рецепта: одна из них предписывает собрать вместе скумбрий, килек и прочих рыбешек, перемолоть в кашицу и разложить по амфорам. Смесь выдержать на солнце в течение двух или трех месяцев, постоянно помешивая, потом добавить старого вина — из расчета две части вина на одну часть рыбной массы. Наконец амфоры закрываются и ставятся в погреб…

Можно себе представить, что после открытия жидкая субстанция будет иметь необычный привкус «рыбного вина»…

Теперь хозяин ведет нас в самое сердце предприятия. Здесь расположены бассейны с готовящимся гарумом. Ощущение, будто мы попали в атмосферу «Ада» Данте. Перед нами — ряды огромных ванн, наполненных плотной жидкостью фиолетового цвета. На поверхность то и дело всплывают рыбьи кости. Несколько рабов помешивают жижу длинными палками. Запах стоит чудовищный, тошнотворный, он разъедает ноздри и впитывается в одежду. Повсюду снуют тучи мух. Место поистине устрашающее. Лицо Марка искажает гримаса явного отвращения, что может показаться оскорбительным для хозяина. Однако тот, похоже, чувствует себя здесь абсолютно комфортно. Поднимая палец и указывая на некоторые амфоры, он сообщает, что именно тут производятся самые ценные виды гарума. Но перед тем как сбежать отсюда, послушаем последний рецепт. Потроха тунца смешать с жабрами, молочной сывороткой и кровью, добавить соль. Оставить все в глиняной емкости на два месяца, не больше. Затем в сосуде проделываются дырки, и то, что выльется, и будет гарумом высочайшего качества… или таковым, по крайней мере, считается.

Как может римлянам нравиться столь тошнотворная гадость? Вдумайтесь, на пирах соусом с благоговением сдабриваются мясные блюда и прочие яства. А каков он на вкус? Если попытаться воспроизвести древний рецепт, получится крайне соленая жидкость, вкусом напоминающая анчоусную пасту. Вероятно, соль мешает подобной бурде стать отравой. Представьте себе, что римляне используют его не только в качестве приправы, но и как консервант и даже как лекарство…

И последнее замечание. Вспомните о широком употреблении анчоусной пасты в приготовлении множества блюд в нашем рационе, и вам откроется та вкусовая нота, что была столь любима римлянами.

Экскурсия окончена. Марк выходит наружу и с наслаждением полной грудью вдыхает свежий воздух океанского бриза. Больше никогда в жизни он не понесет письмо в подобное место. Однако в руках он держит маленький сосуд с гарумом. Подарок хозяина. Самого высшего качества…

Откуда прибывает золото Рима

Прошло несколько дней. Марк продвинулся на север, минуя Гиспалис (Севилью) и Италику (родину Траяна). В те времена область эта еще не именуется Андалузией. Это — Бетика, по названию реки Бетис, современный Гвадалквивир. Андалузией она станет после падения Восточной Римской империи.

Наконец он добирается до цели, на самом севере. Эту местность, расположенную на границе Испании и Португалии, в наши дни назовут Галисией. Здесь находятся золотые прииски.

Марк, занимая должность императорского чиновника, был послан сюда, чтобы проконтролировать, как идет добыча золота на этих рудниках под открытым небом. Они являются самыми крупными в империи и находятся в поистине райском уголке земли.

Марк проснулся рано утром, засветло. Половина протяженного отрезка дороги, который он прошел вместе со строем солдат свиты и прочими чиновниками, проходила по краю горного разлома. Когда они добрались до вершины, солнце выглянуло из-за горизонта, открыв взгляду захватывающую картину местных приисков.

Вокруг нас повсюду, до линии горизонта, простираются волны горных хребтов, сточенных временем. Их бока подернуты зелеными вкраплениями каштанов. Там и сям вздымаются, словно айсберги, башни естественного происхождения, крутые скалы и буераки — порождение эрозии высокогорья.

Этот великолепный пейзаж внезапно нарушает апокалиптическое зрелище: у подножия плато, на котором остановилась колонна солдат и чиновников, на несколько километров вширь простирается огромный лунный кратер, лишенный деревьев и жизни. Он напоминает дно высохшего озера, но на самом деле гораздо страшнее: это настоящая глубокая рана на теле Земли, дыра, зияющая внутри столь гармоничного пейзажа.

Это не творение богов, а дело человеческих рук. В этом Дантовом организме тысячи микроскопических человеческих фигурок двигаются и волнуются, подобно муравьям. Они принялись за работу с первыми лучами. Снизу доносится неясный гул, в котором слились крики и звуки орудий. Пожалуй, ад действительно схож с этим местом.

Таков вид крупнейших золотых приисков империи.

Высоченная скала, на которой стоит сейчас Марк, должна обрушиться в жерло лежащей у ее подножия лунной долины. Таким образом можно будет обнаружить золотую жилу, скрывающуюся внутри. Для разрушения будет использована специальная система подрыва, буквально названная Плинием Старшим «разрушитель гор» (ruina montium). За этим названием скрывается целая программа…

Момент близок. Все почти готово для нового обвала. Минуту назад был дан сигнал покинуть шахты.

В нескольких точках невдалеке от Марка на поверхность плато выходят множество колодцев, из которых начинают появляться редкие группки шахтеров. Они истощены, грязны, лица напряжены, в глазах — ужас. Но момент обрушения, естественно, еще не наступил, однако они этого не знают.

Кто эти люди и что таится в недрах темных коридоров, вертикально прорезающих землю на малом расстоянии от края горного обрыва?

В мгновение ока река человеческих существ изливается из недр рудников. Кто-то из копателей спотыкается и попадает под ноги спешащих товарищей. Все словно обезумели, в спешке пихают друг друга к выходу по бесконечной череде деревянных ступенек, ведущих вон из этого подземного ада. Кто-то совсем наг, на других — истлевшие лоскуты материи, исхудавшие тела покрыты грязью, царапинами и ранами. Лица в рытвинах, с многодневной щетиной. Нехватка зубов подчеркивает безнадежность выражений их лиц.

Нам на ум сразу приходит догадка, что они рабы. Но это не так. Пришедшие сюда трудятся добровольно, будучи свободными людьми. То есть это — местные жители, а также всякого рода отчаявшиеся субъекты. Они получают мизерную оплату, которой едва хватает на выживание.

Такая ситуация очень напоминает происходящее сегодня в некоторых областях стран третьего мира, где добывается золото (Африка, Южная Америка и пр.). Труд в таких зонах крайне тяжел, условия работы чудовищны, но речь все же не идет о рабах, во всяком случае с официальной точки зрения. В каждом теплится надежда найти крупный самородок, который изменит его жизнь. На этих приисках тоже происходит нечто подобное.