Грешный ангел - Брук Лин

– Если Аврора не против, то конечно, – отвечает ему сестра.

Он не сводит с меня глаз в ожидании моего ответа. И я из вежливости принимаю его приглашение, но игнорирую протянутую руку. Парень с пониманием воспринимает мой жест и ведёт нас на танцпол. Оказавшись в центре зала, он кладёт руку мне на спину, но его прикосновения еле уловимы мной. Соблюдает дистанцию, за что я ему благодарна.

Как только моя рука ложится ему на плечо, мы начинаем двигаться в медленном танце, и парень заводит со мной разговор. Он задаёт обыденные вопросы о том, как проходит мой вечер, и нравится ли мне всё. Делает мне комплиментц. Говорит о чём-то своём.

Я с трудом улавливаю его слова. Понимаю, что мне неприятно находиться в таком тесном контакте с малознакомым мужчиной. Хотя… мне будет неприятно с любым, если он не Симон. Даже эти еле ощутимые прикосновения мужских пальцев на моей спине вызывают у меня отторжение. Ощущение, будто я предаю всё внутри себя. Знаю, это глупо, ведь фактически я – свободная девушка. Но что делать с сердцем, которое продолжает отбивать имя Симона?

Я замечаю, как к нам кто-то приближается, оборачиваюсь и встречаюсь с бездонностью зелёных глаз. Сегодня с самого утра Симон избегал взглядов со мной и близкого контакта. И вот он рядом. Так близко – рукой подать. И мне становится одновременно хорошо и плохо, холодно и жарко.

– Давид, позволишь? – обращается он к брату, показывая на меня.

Его слова повергают в шок и меня, и того, кто продолжает держать мою руку в своей.

– Пожалуйста, – произносит твёрже Симон, выжигая его взглядом.

Очевидно, Давид понимает всё без лишних слов и отступает, даже не соизволив спросить меня, не против ли я.

– Благодарю за танец и приятную беседу, – обращается ко мне учтиво парень и, поцеловав тыльную часть моей руки, отходит от меня.

Я замечаю, как злит Симона галантность брата и его излишние прикосновения ко мне, но он сдерживается. Как только мы остаёмся наедине, он уверено и без раздумий берёт меня за талию и прижимает к себе. У меня спирает дыхание. Смотрю на него в полном смятении, и не понимаю, что происходит. Он и в самом деле касается меня или я во сне?

Мы молчим, двигаясь в такт музыке. Я не отвожу глаз от него, а он смотрит куда-то в сторону, стараясь выровнять и успокоить своё тяжёлое дыхание.

– Что происходит, Симон? – спрашиваю еле слышно. – По-твоему, что ты сейчас делаешь?

Он продолжает молчать какое-то время, а после переводит на меня свой взгляд, что дробит всё внутри меня на мелкие части.

– Уберегаю своих близких от тебя.

– Мне нет никакого дела до твоих близких, – огрызаюсь в ответ.

– Тогда держись от них подальше.

– А от тебя?

– От меня тем более, – выцеживает, смотря на меня в упор.

– Я бы с удовольствием, но ты так крепко держись меня в своих руках, что боюсь, мне не убежать, – ухмыляюсь.

Он ослабляет хватку.

– Можешь бежать. Но предупреждаю тебя, если ты в поисках очередного идиота, который поможет тебе скрасить твою жизнь с женишком, то советую держаться подальше от моих близких! Ты ведь не думала, что я позволю тебе играть с моим братом?

Его слова как удары хлыста – один за другим бьют меня, отрезвляя и оставляя за собой колющую боль.

Кем он меня считает? Как смеет так думать обо мне? Он ведь даже не понимает, что мне пришлось пережить в ту самую минуту, когда он смотрел, как меня целовал Филипп! Не знает, как я нуждалась в помощи, как кричала и умирала изнутри! И вместо того, чтобы просто поговорить, спросить меня обо всём, он решил сделать обо мне самые грязные выводы!

– Знаешь, Симон. Я даже не стану спорить, что ты идиот! – бросив это, я отрываю себя от него, разворачиваюсь и ухожу быстрым шагом в сторону дамской комнаты.

Меня трясёт и колотит. Я иду быстрым шагом в сторону дамской комнаты. Хочу остаться одной, чтобы отдышаться и перевести дух. Чтобы не думал и не говорил Симон, это не должно повлиять на меня и моё настроение, ведь сегодня один из самых значимых дней моей сестры!

Зайдя в уборную, я разворачиваюсь, чтобы закрыться на замок. Но не успеваю я дёрнуться, как ко мне врывается Симон и заслоняет собой дверь, чтобы никто не смог в неё войти.

Я смотрю на него в полном недоумении. Не понимаю, что с ним вообще происходит и что он сейчас делает в женском туалете.

Он запускает руку в мои волосы, притягивает к себе и целует меня в губы. Целует неистово, жадно, отчаянно. Этот человек сошёл с ума и пытается свети и мой разум тоже…

Я чувствую, как теряю контроль над телом. Чувствую, как растекаюсь в его руках. Но в какой-то момент ко мне приходит осознание, что всё неправильно – так не должно быть. Я отталкиваю его от себя и рефлекторно даю пощёчину. И заключаю в неё всю боль и обиду, что таю в своей душе на него.

Смотрю ему в глаза и жду реакции.

Он касается своей щеки, усмехается и смотрит на меня вновь презренно.

– Всё-таки, ты умеешь давать отпор, когда этого хочешь.

И на этих словах уходит, оставив меня одну в растерянности…

Глава 35

Прошло два дня со свадьбы. Сегодня мы собрались на даче у родителей ребят, чтобы провести Бруно и Сару в отпуск. Я, молодожёны, Симон и их родная сестра Мия с мужем, которые завтра утром уже улетают обратно в Штаты, вышли во двор, развели костёр в мангале и удобно устроились на летней террасе, чтобы отдохнуть от громких женских голосов, смеха и мужских политических споров.

Мы с Симоном даже не поздоровались при первой встрече и за весь день не взглянули друг другу в глаза. И сейчас продолжаем делать вид, будто мы два незнакомца. И неважно, что за душой у нас целая история.

Я до сих пор не могу отойти от тех слов, что он в меня бросил после поцелуя. Получается, что он проверял меня? Хотел сравнить мою реакцию на него и Филиппа? Играл со мной и с моими чувствами? Эти вопросы туманом накрывают мой разум и заставляют сердце сжаться в горошину.

– Как это романтично, что вы летите туда, где всё у вас и началось, – расплываясь в